Ямато справился со своим Пейном и теперь сражался вместе с Какаши, чтобы одолеть Пейна с гравитацией. Итачи неподалёку только что поразил своего Пейна клинком Сусаноо. Когда Пейн почти расплавился на призрачном лезвии, Итачи посмотрел прямо на Сакуру, и, одобрительно кивнув, поспешил на помощь Какаши и Ямато.

Нахмурившись, Сакура заметила крошечную белую птичку, слабо трепещущую на ветру, как раз там, где только что стоял Итачи. Каким-то образом в её голове всё сошлось.

Шесть контейнеров.

«Что было в контейнерах?»

«Я».

Несколько призывов, все с Риннеганом.

Несколько человек, все с Риннеганом.

Додзюцу, считавшееся утерянным.

«Правитель и его Ангел».

«Как Сасори».

«…принести в башню труп. Такое редко, но случается».

«Леди Ангел — наш ангел-хранитель».

«Ангел-хранитель защищает», — подумала Сакура, потрясённо идя к бумажной птице. — «Он не бежит в самом начале сражения. Или не следит за ходом сражения через посредника. Она ушла, как только появился Пейн. Как Сасори… Но вместо красной печати Скорпиона у них — Риннеган. Настоящий… Его здесь нет!»

Она бросилась назад в лес, к оставленному там трупу. Заправив прядь волос за ухо, она проигнорировала устроенный ею беспорядок и присела рядом с ним. «А пирсинг?.. У всех призывов он тоже был», — подумала Сакура, потянув за один из них. Это оказался тонкий стержень с острым концом. — «Чакроприёмник», — заключила она, так как видела их однажды в книге. — «Он управляет ими через чакроприёмники… И он был в самой высокой башне… потому что оттуда наибольший охват!»

Она выскочила из леса, лихорадочно глядя на троих мужчин. Они были в разгаре битвы, сражаясь с самой гравитацией. Сакура посмотрела на башню, взвешивая своё решение. В башне её ждал настоящий Пейн, вместе с Конан. Сможет ли она справиться с обоими? Была ли причина, по которой Пейн использовал посредников?

— Какаши, — сказала она, подбегая к нему во время небольшого затишья. Он оглянулся через плечо, его разные глаза были широко раскрыты и выглядели усталыми. — Это не настоящий он. Это не Пейн. Он всё ещё в башне.

Следующая секунда показалась ей вечностью.

Сакура видела, как крутятся шестерёнки в его голове, когда он переводил взгляд с одного её глаза на другой. Какаши был одним из лучших шиноби, которых она знала, и он мало кому доверял, не задавая вопросов: она надеялась, что всё ещё была одной из тех немногих избранных.

— Итачи, иди с ней, — сказал Какаши, поворачиваясь к Пейну. — Верни её.

— Ясно, — сказал Итачи.

Они побежали обратно к башне, быстро поднимаясь по стене. Не обращая внимания на вход в пасти демона, Сакура бросилась на самый верх башни.

— Он здесь. Прямо внизу. Я уверена в этом, — сказала Сакура.

— Давай, Сакура, — просто сказал Итачи, доверчиво глядя на неё своими алыми глазами.

Сакура с рёвом ударила кулаком по крыше. Та пошла трещинами и развалилась. Из дыры в крыше в их сторону полетели десятки бумажных сюрикенов и кунаев. Итачи снова вызвал Сусаноо, блокируя снаряды, и спрыгнул в созданную Сакурой дыру, девушка последовала за ним.

Конан стояла перед ними, скрипя зубами.… А за ней виднелся мужчина с длинными рыжими волосами. Он выглядел крайне недокормленным и нездоровым, будто кто-то высосал из него всю жизненную силу. Но когда он поднял голову и повернулся, чтобы посмотреть на них, Сакура торжествующе поняла, что у него тоже был Риннеган.

Конан бросилась на неё, посылая очередную партию оружия в их сторону. Итачи сформировал гигантский огненный шар, сжёг бумагу и направил его в сторону Пейна. Не желая рисковать, Сакура бросилась к мужчине, одержимая желанием вытолкнуть его в следующую жизнь своим кулаком. Конан встала перед ней, но сделала ошибку, взглянув на Итачи.

Он редко использовал своё гендзюцу всё то время, что они провели вместе, но Сакура точно знала, в какой момент он захватил в него Конан. Её глаза затуманились, когда она упала на землю и издала мучительный крик. Человек за её спиной — Пейн — смотрел на неё, пытаясь освободиться от своих оков.

— Извини, — тихо сказала Сакура, привлекая его внимание. — Ты совершенно прав. В другой жизни я могла бы родиться здесь и видеть в Конохе врага… Но в этой ты угрожаешь жизни моего лучшего друга. А этого я просто не могу допустить.

Пейн начал было говорить, но она не дала ему такой возможности. Вместо этого она сформировала печать змеи и вызвала из земли острые как бритва деревянные копья, пронзившие Пейна прежде, чем он успел сказать ещё хоть слово.

Тяжело дыша, Сакура неподвижно стояла, глядя на искалеченное тело Пейна и не говоря ни слова. Итачи обошёл её, вытащил из подсумка кунай и ударил им Конан в грудь. Где-то глубоко внутри Сакура понимала, что она должна была быть шокирована тем жестоким способом, которым они только что прервали две жизни, но другая, бо́льшая её часть понимала, что такова была жизнь ниндзя. Это было не первое её убийство и не последнее.

Тем не менее, она чувствовала, что это может быть самым значительным убийством, которое она когда-либо совершит.

Итачи поднялся на ноги, наблюдая за падающим Пейном, прежде чем повернуться к ней. Не осознавая этого, Сакура бросилась к нему и обняла.

— Ты был прав, — прошептала Сакура ему в грудь. — Я не осталась позади. Я сделала больше.

В ответ Итачи крепко обхватил её руками.

— Молодец, Сакура.

***

— Сакура, — позвал Какаши. Сакура обернулась и увидела, что он прислонился к дереву и держит в руках банку маринованных овощей. Она не могла удержаться от смеха, когда подошла к своему капитану и взяла ёмкость из его рук. Приподняв бровь, она демонстративно подняла банку и легко повернула крышку, возвращая её Какаши.

— К этим крышкам требуется особый подход, который я никогда не смогу освоить, — сказал Какаши, будто осматривая банку критическим взглядом.

— Должно быть, это сильно осложняет быт, — легкомысленно заметила Сакура, разворачивая спальный мешок. Она с тоской подумала о гостинице, в которой они собирались остановиться: когда они наконец добрались до неё, там оказалось полно народу и свободных комнат не осталось. Вместо того чтобы рвануть к одному из больших городов, Какаши дал им передышку и разбил лагерь неподалеку от Дождя. — Я принесу хворост.

Когда Сакура вышла с поляны, она прошла мимо Ямато, который нёс несколько рыб и множество больших грибов. Он что-то напел ей, выходя на опушку пружинистым шагом несмотря на усталость. Сакура тоже не смогла сдержать улыбку: настроение в лагере решительно отличалось от того, что сопровождало их на пути к Дождю. Вопреки всему, они уничтожили лидера Акацуки, не потеряв при этом ни одного из членов своей команды.

В приподнятом настроении Сакура углубилась в лес, поднялась на холм, где заметила несколько сухих веток. Чем глубже она заходила в лес, тем больше осознавала, насколько остро ощущает треск веток и шорох листьев под ногами. В её венах всё ещё бурлил адреналин, хотя битва уже несколько часов как закончилась.

Добравшись до подножия холма, Сакура схватила одну из веток, прежде чем заметила чьё-то присутствие. Обернувшись, она увидела идущего к ней Итачи с фляжками, наполненными свежей родниковой водой. В отличие от двух других джоунинов, он почти не выглядел усталым, если бы не тёмные круги под глазами.

— Нашёл ручей? — спросила Сакура, когда он подошёл к ней.

— Он немного впереди, — сказал Итачи.

Она прикусила губу, застенчиво глядя на него. Недолгий момент, что они разделили после смерти Пейна, был прерван Какаши и Ямато, которые нашли их вскоре после того, как рухнул Пейн с гравитацией. И всё же, почувствовав его руки вокруг себя впервые за много дней, она вновь запылала. Даже сейчас простая близость к нему грозила её поглотить.

— Не смотри на меня так, Сакура.

Она вздрогнула от тёмного тона его голоса и от того, как это заставило нечто в её животе свернуться самым восхитительным образом.

— Как я смотрю на тебя? — осмелилась спросить Сакура, глядя ему в глаза. Она уронила ветку, когда Итачи поставил фляги и шагнул к ней. Она слабо слышала, как вдалеке Какаши и Ямато разговаривают у костра.