Утро наступает всегда неожиданно. Вот первые солнечные лучи пробиваются сквозь шторы в комнату и падают на лицо спящего светловолосого юноши. Он морщится и отворачивается к стенке, в надежде отсрочить пробуждение, и в этот момент звонит будильник.

Семнадцатилетний юноша, которого зовут Саймон Рейли, поспешил протянуть руку к тумбочке, чтобы схватить мобильник, пиликающий громкую раздражающую мелодию. Выключил её, потёр глаза и оглядел комнату в поисках своих носков. Те лежали на стуле, где висели брюки и синяя рубашка. Зевнув, Саймон скинул одеяло и направился прямо к стулу. Сегодня очередной день репетиции школьного выпускного, на котором их класс 11-Б должен был танцевать вальс. Пафосно и скучно. Дело даже не в том, что Саймон плохо танцует, а в том, что Карсилину Радужникову, которую он любит, поставили в пару не с ним, а с Кулием Мызрером, с которым Карси рассталась два месяца назад. Саймону очень не хотелось, чтобы Карси начала снова встречаться с этим парнем. А всё шло именно к этому. Или так только казалось?

Одевшись, даже не завтракая, помахав тёте Ире рукой, Саймон отправился в школу.

В актовом зале было на удивление прохладно, там можно спастись от июньской жары. Выпускники 11-Б готовились к репетиции. Родители класса вместе с учителями считали, что вальс на выпускном вечере украсит праздник. И плевать, что большинство учеников не умеет танцевать и чувствует себя за этим занятием как слон в посудной лавке. Выучить все движения танца за пять дней оказалось очень непросто.

Кружась в темпе вальса, Саймон всё смотрел на Карсилину, которая держалась с Кулием довольно холодно. У него даже проскользнула мысль, что Мызреру с Карси ничего не светит. Задумавшись, он случайно наступил на ногу Машке, та фыркнула, но ничего не сказала. Все выпускники старательно выделывали па, которые должны были растрогать родителей и учителей на выпускном вечере. Продолжалось это два часа. После репетиции Саймон догнал Карсилину в коридоре и предложил проводить.

– Прости, но вечер на сегодня занят, – ответила она.

Он, чувствуя себя дураком, выдавил только:

– Понятно…

Внутри у него всё полыхало. Конечно, с Карси они хорошо общались, даже дружили. Саймон часто провожал её до дома, заваливался к ней в гости (или она к нему), и они весело проводили время за просмотрами фильмов или игрой в приставку. А вот признаться в своих чувствах Саймону не хватало смелости.

Возле школы Карсилину ждал Хиромор на мотоцикле. Он окончил школу года два назад. Хиромор – это такая кликуха. А имя к его типажу ничего не добавит. Вообще этот тип – простое уличное быдло, с такими даже говорить неинтересно. Ходили слухи, что Хиромор и его дружки занимались воровством. Начинал он свою «карьеру» с выколачивания денег у младшеклассников. Непонятно, что в нём могло заинтересовать Карсилину, если учесть, что они практически не общались, или Саймон не всё знал. Это казалось очень подозрительным.

– Карси, а тебе обязательно… – начал было Саймон, на что Хиромор, у которого, кстати, были сросшиеся брови, гаркнул:

– Ну что, Карсилина, садись позади меня.

– Сейчас… – кивнула она.

– Постой, – Саймон ухватил её за руку. – Он же уличный хулиган!

– Понимаешь, – она привстала на цыпочки и прошептала Саймону на ухо: – они готовятся к чему-то интересному…

– К чему? – не понимал юноша.

– Всё нормально. Просто интересно. Это, можно сказать, эксперимент, – пояснила Карсилина таким тоном, словно собирается сходить попить чаю к подружке.

– Карси, ты же понимаешь, что это бред? – возмутился Саймон, насупившись. – И что происходит у тебя в голове?

– Ну, ты скоро? – Хиромор ненавидел ждать.

– Сейчас, – кивнула Карси.

– Я тебя не пущу, – юноша крепче сжал её руку, намереваясь держать до последнего.

– Саймон! – она нахмурилась, попыталась вырваться. – Пусти, пожалуйста.

– Нет!

Ещё неизвестно, чему плохая компания Хиромора её научит. Карси же явно в неё не вписывается.

– Я не буду с ними долго сидеть, – попыталась уговорить друга она.

– Тогда я с вами поеду, – Саймон думал, что нашёл компромисс.

– А вот – дудки! – хихикнул Хиромор, почесав свою монобровь, похожую на большую волосатую гусеницу. – У меня только одно место. И вообще, тебя, идиот, не звали.

– Сам ты… – юноша хотел ответить на его «идиот» своим, но Карси его перебила, ловко вывернувшись из рук:

– Все будет хорошо, – словно к щеночку обращалась.

– Но…

– Я ненадолго, – с этими словами, подмигнув Саймону, она села позади Хиромора. Тот газанул, и они скрылись в туче уличной пыли.

Чувство, которое Саймон в этот момент испытывал, глядя им вслед, было смесью беспокойства и злости. Сжав кулаки и раздражённо сплюнув, он поплёлся домой, думая, что, когда Карси нагуляется, нужно провести с ней воспитательную беседу, заключающуюся в том, что нельзя тусоваться с подозрительными личностями.

– Саймон! – услышал он позади себя и остановился, пнув урну, на которой осталась вмятина.

– Вот ты где! – воскликнул его друг Димка Морквинов, который не принимал участия в танце, потому что ему не досталось партнерши, но зачем-то припёрся сегодня на репетицию.

– Чего тебе надо? – буркнул Саймон. Хотелось взять и что-нибудь расколотить. Отчаяние подступало к горлу, стучало где-то в голове и грозилось вырваться на свободу. Перед глазами маячил образ Карсилины, которая с улыбкой затягивалась каким-то вредным куревом, принимая дымящийся бычок от Хиромора.

– Ты чего мрачный такой? – удивлённо спросил друг, поправив клетчатую кепку на своей кудрявой голове.

– Не твоё дело! – процедил Саймон, убрав руки в карманы джинсов.

– Это из-за Карси опять, да? – он попытался понимающе похлопать Саймона по плечу, но тот, прошипев ему что-то невнятное, отпрянул назад.

– Можешь не говорить, у тебя на лице всё написано.

Саймон скривил физиономию. Хотелось толкнуть друга. Сейчас он думал, что им не найти другую тему для разговора, тем более Саймон был зол и вообще не хотел общаться.

Так друзья и шли квартал до его дома в полном, чуть ли не гробовом молчании. Правда, Димка пытался его разговорить, то и дело вставляя в затянувшуюся паузу какие-то рандомные фразы. Например: «А ты знаешь, что группа «Крышка Люка» новый альбом выпустила? Говорят, песни немного расходятся с их стилем и там намного меньше гроулинга…»

Саймон, услышав это, даже бровью не повёл. И вообще, ему группы, исполняющие в стиле дэт-метал, не нравились, ибо их музыку тяжело воспринимать на слух, особенно в том месте, где солист начинает хрипеть, как припадочный, словно ему гирю на ногу уронили и душат одновременно. Саймон не был поклонником данного жанра, предпочитая что-нибудь мелодичное, когда как Димка был в восторге от такого, даже комнату свою разнообразными плакатами украсил и очень гордился своей коллекцией, которая насчитывала более пятидесяти плакатов известных групп. Двадцать из которых были с автографами кумиров.

Димка напросился в гости, так что Саймону пришлось смириться с его присутствием, хоть это и выводило из себя. Пока довольный Димка пил чай, Саймон сидел, сжав кулаки до такой степени, что ногти впились в кожу.

– Ты ведь прошел ту игру? – наконец сказал Морквинов, кусая мятный пряник, крошки от которого падали ему на джинсы.

– Какую? – не понял Саймон. Поёрзав на стуле от дикого желания разбить заварочный чайник из-за того, что Карси катается с Хиромором по городу.

– Ну ту, – Димка говорил так, словно его друг должен был догадаться по его намекающему голосу и взору.

– А, эту! – с раздражением бросил Саймон, так и не поняв, о какой игре речь. – Конечно, прошёл.

– Тогда дашь мне диск, а то я не хочу устанавливать пиратку…

– Бери, – махнул Саймон рукой, не желая вдаваться в подробности. И только теперь увидел отпечатки собственных ногтей на руках. Саймон постарался расслабиться. Сейчас ему вообще не хотелось запускать компьютер и что-либо проходить. Была проблема посерьёзнее, чем просьба Димки. И нужно успокоиться, а не думать о том, что делает Карсилина. А то от этих мыслей сносит крышу, причем, кажется, капитально.