София не знала, сколько они провели в полной тишине. Темный Лорд молча ее разглядывал, не говоря ни слова. Тишина давила на нее, тяжестью опускаясь на плечи.

— Извини за Беллу, — тихим мягким голосом без капли сочувствия сказал он. — Она словно ребенок, который получил долгожданную игрушку. Но, насколько мне известно, Рудольфус за тобой приглядывает.

София о Рудольфусе ничего не знала, за все эти дни она его не видела. Но, очевидно, домовиков присылал именно он.

— Я так понимаю, ты уже знаешь, для чего ты здесь?

София ничего не ответила, продолжая пялиться на него и лишь подумала, что она по-прежнему ничего не понимает.

— Нужна твоя кровь, — сказал Темный Лорд, словно прочитав ее мысли. Он поднялся со своего кресла и стал не спеша спускаться с постамента. — Для зелья.

У Софии мелькнула мысль, что ее освежуют, словно животное, и выпустят всё до последней капли. Она даже как следует испугаться не успела, как Темный Лорд добавил:

— Кровь нужна не вся, лишь унция. Но если учесть, что необходимо проводить испытания, то выйдет, конечно, больше.

…но почему именно я?

— Для зелья нужна кровь чистокровной молодой женщины, — пояснил Темный Лорд, остановившись возле нее. — И ты подходишь по всем параметрам.

Думаю, Белла была бы счастлива пустить себя на такую жертву. Почему я?!

— У Блэков сильная кровь, ты права, но у них также несколько поколений инцестов, — едва заметно усмехнулся он. — Меня это не устраивает.

Софию это мало утешило. Она была уверена, в Англии, да и не только, множество чистокровных семей, у которых есть дочери и которые сочтут за честь оказать такую услугу Темному Лорду.

— Тут еще сыграл свою роль твой отец, — произнес Темный Лорд. — Я не люблю, когда вмешиваются в мои личные дела. Он перешел все допустимые границы, — закончил он, с отчетливо проскальзывающими шипящими нотками в голосе. — А дети предателей вполне даже могут ответить за проступки своих родителей.

София тут же вспомнила о Луи. О том, где он может быть, и почему не идет за ней, когда он так ей нужен.

— Тебе не стоит ждать своего брата, — тонкие губы Темного Лорда дрогнули в легкой усмешке. — Он за тобой уже не придет. А жаль. Мне он нравился. Весьма достойный молодой человек. Хотя и имеет непозволительные слабости. Но они компенсировались его талантами.

Она не спускала ненавистный взгляд с него. Хотелось убить его собственными руками. Задушить, горло перерезать, палочку в сердце вонзить.

Луи не может быть мертв. Она чувствовала это всем сердцем. С любимым братом не могло случиться ничего подобного. Луи умный и сильный. Он бы смог любому противостоять.

Она чувствовала, как очередная буря из страха и ненависти в душе поднимается, как ребра сжимает, а в глазах темнеть начинает.

— Интересно, — медленно произнес Темный Лорд. Достав палочку, он взмахнул ею, направив на Софию.

Она дернулась от испуга и отступила назад, чуть позднее понимая, что очередной порции боли не последовало.

Темный Лорд, без слов, продолжал махать перед ней палочкой, выводя сложный узор, пока вокруг нее не образовалась тонкая прозрачная пелена, напоминающая яичную скорлупу.

— Очень интересно.

Софии показалось, что в его голосе промелькнули радостные нотки. Она не понимала, что он делает.

— Ты знала, что на тебе стоит магический блок?

София лишь подумала, что ничего подобного она в жизни своей не слышала, как Темный Лорд продолжил:

— Довольно редкое явление. Теперь понятно, почему ты не могла колдовать.

Взмахнув палочкой, Темный Лорд переместил пелену и оставил ее висеть в воздухе между ним и Софией.

Она наблюдала за небольшим овальным облаком, по форме напоминающим яйцо, по всей «скорлупе» которого виднелись трещины различной величины.

— Видишь? — Темный Лорд не отрывал взгляда от этого облака, палочкой прокручивая его в воздухе и указывая на трещины. — Магия пыталась пробиться наружу.

Он надавил и провел палочкой по одной из трещин, а у Софии сразу всё сжалось в груди от боли и перехватило дыхание. Она зажмурилась и скривилась. В голову хлынули детские воспоминания, когда ей было одиннадцать и отец в очередной раз ударил ее.

Открыв глаза и выдохнув, она заметила, что Темный Лорд смотрит на нее. Он перевел взгляд на облако, снова прокрутил его и снова провел палочкой по одной из трещин, которая была чуть ярче соседних.

Ребра болезненно сжало, казалось, они ломаются внутри, протыкая легкие и не давая вздохнуть. Картинки в голове замелькали, напоминая об уроке Истории Магии, когда Сириус сидел возле МакКиннон.

— Удивительно, — прошептал Темный Лорд, прокручивая облако и надавливая палочкой то на одну трещину, то на другую, заставляя ее вновь и вновь переживать мучительные воспоминания, которые ломали ее изнутри и разрывали душу на части.

Как вдруг он остановился на самой толстой и длинной трещине. Выждав, пока София приведет дыхание в норму, он, не спуская с нее своих красных глаз, провел палочкой по глубокой трещине.

Она рухнула на четвереньки, больно ударившись коленями о мрамор, и со всей силы сжимала кулаки от боли, впиваясь ногтями в ладони. Ее словно на тысячи атомов изнутри разрывало, заставляя каждую клеточку гореть в агонии. Она чувствовала, как по щекам горячие слезы бегут, а в голове лишь одна картинка: как она стоит посреди пустой комнаты, которая вся в крови, как магия вырывается наружу и выносит половину стены, как она осознает, что Джори больше нет.

— Как прекрасны человеческие страдания.

Она плохо слышала от боли, и голос Темного Лорда будто издалека доносился.

— Прекрасны в своей искренности и чистоте…

— Больной ублюдок, — едва слышно произнесла она, когда боль потихоньку начала отступать.

Ее словно невидимые нити подхватили и поставили обратно на ноги. Но колени то и дело подгибались. Она была совершенно опустошенна — морально, физически. Она устала от боли, которую она испытывала круглые сутки. Устала от присутствия Темного Лорда в своей голове.

— Кто этот человек? — спросил он, вглядываясь в ее глаза. — Джори? Он был тебе дорог?

София в ответ лишь лицо кривила, пытаясь отвернуться, но Темный Лорд магией заставлял ее смотреть ему в глаза. Она чувствовала, как в голове одна за другой картинки мелькают с воспоминаниями о Джори.

Остановившись на последнем воспоминании с Джори, когда ей снился сон с его участием в Выручай-комнате, Темный Лорд отвернулся, над чем-то раздумывая.

Он медленно обходил ее кругом, что-то говоря себе под нос. Из шипящих звуков София и слово не могла разобрать, и лишь радовалась этой небольшой передышке, когда в ее мыслях никого больше не было. Присутствие Темного Лорда в голове оставляло заметный след. Оно вселяло в ней страх и отчаяние. Каждое воспоминание, по которому он прошелся, казалось, стало измаранным и искаженным.

— Ты знаешь, я мог бы снять с тебя этот блок, — произнес Темный Лорд, вновь остановившись напротив нее. — А ты взамен могла бы дать мне кровь. Мы оба оказались бы в плюсе.

Она ничего не отвечала, понимая, что он и так видит любую ее мысль.

— Но, вижу, тебе это не интересно, — шепотом добавил он. Темный Лорд вдруг замер и устремил на нее задумчивый взгляд. — Вот что странно: почему Дамблдор не попытался снять с тебя блок? Уверен, он его тоже заметил. А если он не увидел, то увидела распределяющая Шляпа.

У Софии вновь против воли замелькали картинки. Ее распределение первого сентября. Из-за волнения в тот момент, она плохо помнила те события, но Темный Лорд заглянул в самую глубину, доставая ее воспоминания наружу.

Шляпа не знала куда ее отправить. Она не видела ни ее способностей, ни стремлений, ни помыслов. И Шляпа сама сказала выбирать ей факультет, потому что она не видит ни одного подходящего. София выбрала Слизерин лишь методом исключения. Она не считала себя ни храброй, ни умной, ни трудолюбивой.

— Серьезно? Ты выбирала факультет, основываясь на словах домовика? — с очевидным презрением в голосе прошептал Темный Лорд. — Какая удача, что твои умственные способности не влияют на качество твоей крови.