Опустившись на краешек кровати, он взял ее руку и положил себе на колени, повернув тыльной стороной ладони вверх. Он вдруг замер, разглядывая ее ладонь и рисуя узоры своим пальцем. Обхватив одной рукой ее запястье, пальцами другой руки он, едва касаясь, повел вверх по ее предплечью, сдвигая мантию. От его прикосновений по коже мурашки шли. София хотела выдернуть руку, но смогла лишь слабо дернуться.

— На самом деле, — вновь прошептал он, заворожено глядя на ее руку, — на твое место претендовали еще трое. Но мадам Лестрейндж настояла на твоей кандидатуре.

Его взгляд вновь стал осмысленным и он, взглянув ей в глаза, улыбнулся.

— Она к тебе явно неравнодушна.

Без предупреждения он приложил палочку к ее запястью и произнес заклинание.

София едва слышно застонала от боли, прикрывая глаза. Она чувствовала, как по коже прошел разрез, и в следующую секунду потекла горячая кровь.

Мужчина приложил холодную колбу к ее запястью и полностью наполнил ее кровью.

— Вот так, — произнес он, закупоривая колбочку деревянной крышкой.

Он приподнял вверх колбу, разглядывая ее в тусклом свете восторженным взглядом.

— Многие думают, что кровь грязнокровок ничем не отличается от крови чистокровных. Чудовищная ошибка, — с презрением добавил он и скосил глаза на Софию. — Прогнившее толерантное общество. Считают, что маглы от нас ничем не отличаются. Готовы с каждой собакой сношаться и плодиться. Мерзость.

Он с осуждением покачал головой и встал на ноги. Остановившись возле стола, он стал аккуратно укладывать колбу с кровью в чемодан.

— Только взгляни на наш мир, — продолжал он говорить, не глядя на нее. — В банке сидят гоблины. Подумать только, безмозглые твари заведуют нашими деньгами и имуществом! А высокопоставленные должности занимают грязнокровки! — процедил он с отвращением. — Которые часть своей жизни о магии вообще ничего не знали. Клепают законы, запрещают кровную магию и отбирают семейные артефакты. Они ничего не смыслят в магии. В настоящей магии! Жалкие ничтожества.

Он сжал губы, скривив их, словно пытаясь сдержать ругательства, и прикрыл глаза. Вздохнув, он снова к ней подошел и сел рядом, взяв ее руку в свою. София уже готова была к очередной боли, но Тед, направив палочку на порез, прошептал заклинание, после которого рана стала затягиваться.

— Я тебе как ученый скажу, — произнес он, ласково глядя на нее и вновь начиная гладить ее руку. — Можно взять любой учебник, который старше пары веков, и ты не найдешь ни одного зелья, в котором чистую кровь можно заменить грязной. Безусловно, в приготовлении используют и то, и другое, в некоторых зельях даже кровь маглов используют. Но цели всегда разные. Потому что отличие колоссальное. Знаешь, это как сравнивать стекло и бриллиант, — улыбнулся он. — На вид вроде похоже, а если приглядеться…

— Банди, ты опять треплешься? — в комнату распахнулась дверь и появилась Беллатриса. — Взял кровь и ушел. Не надо ей тут лекции читать.

— Да-да, я уже ухожу, мадам Лестрейндж, — Тед расплылся в очаровательной белозубой улыбке и поспешил на выход, подхватив свои вещи. — Увидимся, София! — он на миг обернулся в дверях и тут же скрылся из виду.

У Софии все внутренности сжались, когда они остались с Беллатрисой одни.

— Банди любит языком чесать, — усмехнулась Беллатриса, — а Темный Лорд это терпеть не может. Но Банди лучший зельевар во всей Европе. Так что приходится терпеть. Тебе его сейчас тоже часто терпеть придется. Привыкай.

Беллатриса остановилась возле нее и смерила ее злобным взглядом, из которого вмиг испарилось всё веселье.

— Хватит молчать, дорогая, поговори со мной, — прошипела она. — Мне ведь скучно, мы совсем одним в этом доме. Или ты хочешь, чтобы я тебя другими методами заставила рот раскрыть?

— Va baiser, Bella, — чуть слышно произнесла София, посылая ее далеко и надолго.

Но Беллатриса, кажется, именно этого и добивалась. Она расплылась в хищной улыбке, приподняла полы мантии и села прямо на нее верхом. София чувствовал ее тяжесть на своих бедрах, но даже сделать попытку воспротивиться было невозможно.

Беллатриса склонила голову к плечу, разглядывая ее. Она протянула руку и бережно убрала короткую прядь волос от лица Софии, заправив ее за ухо.

От каждого ее движения, от каждого касания, всё внутри Софии вздрагивало, ожидая удара.

— Каково это, — прошептала Беллатриса, с маниакальным блеском в глазах глядя на Софию, — когда в тебя влюблены два брата?

София устремила на нее взгляд, полный ненависти.

— О, я прекрасно знаю, каково это, — она расплылась в ненормальной счастливой улыбкой. — Непередаваемое чувство. Правда? Когда ты можешь держать полный контроль над душами людей, которые ради тебя готовы на всё. Даже против собственного брата пойти. Это приятно.

Беллатриса едва слышно рассмеялась, не раскрывая рта.

— Только ты сглупила. Надо всегда выбирать наследника. Больше почета и уважения, больше привилегий. Вышла бы замуж за Регулуса, а развлекаться продолжила с Сириусом. Кто тебе мешал?

Она презрительно усмехнулась и покачала головой.

— К тому же, будь ты невестой Регулуса, тебя бы не тронули, -добавила она и вдруг скривила губы в отвращении. — Но ты опозорила его. Сбежала с помолвки с его братом-предателем, — процедила она, — как какая-то… дешёвка, — Беллатриса всё ниже наклонялась к ней и шипела слова ей в лицо, обдавая своим горячим дыханием. — Весь свет это обсуждал. Его мать вне себя была от горя. Ты не только опозорила благородный род, но и окончательно развалила их семью.

— Я ни о чем не жалею, Белла, — через силу усмехнулась София. — И поступила бы так снова…

Договорить она не успела. Беллатриса выпрямилась, резко замахнулась и отвесила звонкую пощечину. Голова безжизненно мотнулась, а по щеке растеклась острая боль.

Беллатриса с силой сжала её подбородок пальцами и наклонилась почти вплотную. В её черных глазах, казалось, потонуть можно. Словно два бездонных тоннеля, которые затягивали своим безумием.

София лишь успела увидеть, как мелькнул нож в руках Беллатрисы, который она уже не раз применяла, и почувствовала холодный металл на своих губах.

— Как думаешь? — прошипела она, не моргая глядя в ее глаза. — Сириус вернется к тебе, если мы твое очаровательное личико подправим?

София попыталась сбросить ее руки, но она железной хваткой держала ее за подбородок. Она только и могла впиваться в кожу ее рук ногтями и не давать приблизиться. Но София была слишком слаба, Беллатриса легко отбросила ее руки и надавила острием ножа на середину нижней губы, глубока ее протыкая и разрезая пополам.

Кровь тут же хлынула ей в рот. Она зажмурилась, пытаясь сдержать слезы, которые мгновенно наполнили глаза от боли.

Беллатриса вдруг дернулась и скривилась. Она встала с нее и рявкнула:

— Поднимайся. Темный Лорд вызывает.

Но София ее будто не слышала, она трясущейся рукой прикоснулась к своей губе, из которой всё еще шла густая кровь. Глубокий разрез был ровно посередине. Жгучая боль не утихала, и только ноющее чувство растекалось по всей губе.

Не дождавшись, пока София поднимется, Беллатриса выхватила палочку и сбросила ее с кровати.

— Поднимайся, — повторила она. — Темный Лорд не любит ждать.

София только сейчас поняла смысл ее слов и устремила на нее испуганный, загнанный взгляд. Она за эти дни многое пережила, и она никак не ожидала, что ей придется встретиться с Темным Лордом.

— Он хочет с тобой познакомиться.

Они оказались в темном мраморном зале, которому конца и края не было видно. Только пепельно-белое лицо Темного Лорда впереди маячило.

У Софии дрожь по позвоночнику прошла, стоило увидеть жуткую маску, которая была вместо его лица. Ей еще не доводилось видеть ничего подобного.

— Оставь нас, Белла, — звенящим шепотом произнес Темный Лорд.

— Да, милорд, — с придыханием ответила Беллатриса и, бросив напоследок взгляд на Софию, вышла из зала.