Практика показывает, что смогу. Испуг сперва оглушил любопытство, но сейчас оно просыпается, и я наконец подхожу к замершему лучу. Пытаюсь коснуться его пальцем, но не выходит — чем ближе рука к объекту, тем сильнее что-то пружинит, отталкивая, как однополярные стороны магнитов.
Стоп. Если мир замер, а я — нет, то, наверное, я смогу что-нибудь сделать для спасения ситуации. Думать, почему на меня не сработала всеобщая остановка времени, некогда. Я знаю, что определённый уровень аварий ТАРДИС может вызывать удар по всему пространственно-временному континууму, как это было в случае с Пандорикой, и ничего хорошего не выйдет, если это повторится. Доктор наверняка за это не ответственнен — он быстро бы разобрался и ни за что не сунулся к «Протону», не предупредив. Да и вообще, он в Доме Правительства, а синяя будка — в штабе миротворцев. Значит, за рулём его спутники, у которых не хватило знаний и соображения понять, что к чему. Варги-палки, зачем эта девчонка вообще полезла на поле боя?!
Так, не отвлекаться, а медленно продвигаться вперёд и внимательно смотреть. Что сделано, то сделано, надо подумать, как исправлять. Неизвестно, сколько времени этот участок реальности простоит в стазисе, мне надо как-то растащить два слившихся корабля, пока они не долбанули. Наше хроноустройство не такое мощное и опасное, как галлифрейское, оно действует немного по другим принципам, но если рванёт ТАРДИС, к нам придёт та самая земная полярная лисичка. Но как, как разъединить два одиннадцатимерных объекта?!
— Дальше лучше не ходи.
Вздрагиваю. Даже не успела понять, уловила ли незнакомый голос слуховыми рецепторами или напрямую мозгом, мужской он или женский. Одно верно — он абсолютно чуждый. Глубокий и совершенно нейтральный по высоте тембр, слишком правильный, чтобы воспроизводиться речевым аппаратом, слишком естественный, чтобы воспроизводиться машиной. Медленно оглядываюсь, но ни глаза, ни приборы ничего не замечают. Так, что с настройками зрительного фильтра? Проклятье, линзы барахлят. Как бы и система жизнеобеспечения в скафандре не отказала… Что ж, остаётся последний способ выяснения обстановки.
— Кто здесь, отвечать!
Тихий смех всё тем же мелодически нейтральным, глубоким голосом. Потом невидимый собеседник принимается насмешливо рассуждать:
— Ц-ц-ц, метишь в Доктора, попадаешь в далека. Ничего нового в вашем континууме. И как вы не сходите с ума от скуки?
— Ты знаешь Доктора?
— Кто ж его не знает.
Лучше бы не знали.
— С этим я соглашусь.
Опа, оно мои мысли читает! Блок…
— Не трудись, у тебя не хватит сил, маленький далек. Даже у Доктора не хватало.
— Что ты такое? Кто-то из Стражей? Отвечать! Отвечать! — вот теперь я близка к панике. Что мы вызвали этим крушением в пространстве и времени, какую силу разбудили?
Почти беззвучное хмыканье.
— Сила? Да, это более близкое определение, но всё же неточное.
Оно — кем бы это ни было — ещё и издевается. Что ж, в иронии ему не откажешь, хоть какой-то признак разумности. Быстро, соображать. Мешанина в пространстве, разлом во времени…
— Ты — хроновор?! — а руки сами по себе встают наизготовку. Зачем, не знаю — через скафандр разряд всё равно не пройдёт.
— Какие вы всё-таки умилительные существа, готовы весь континуум в пыль стереть, лишь бы потешить свой комплекс неполноценности, — это уже совсем оскорбительно, и обида пока сильнее страха. Хотя да, мне страшно, очень страшно. Ведь я совершенно безоружна, хуже того, мой разум беззащитен. Если это действительно хроновор, то он намного сильнее Шакри.
— Они дети, просто непослушные дети.
— Значит, я права, ты — Древний, хроновор. Как твоё имя?
— Называй «Хронос». Кажется, это имя ещё имеет смысл в вашей реальности.
Запрашиваю базу данных. Или древний бог Времени, или старший из хроноворов, по логике — второй, и, пожалуй, это даже хуже. Никогда не думала, что дрожь в коленках ощущается так унизительно. А бесплотный голос продолжает рассуждать сам по себе, словно я для него — предмет какой-то. Хоть бы проявился, разговаривать с воздухом совсем не по себе.
— Использовать Доктора было бы правильнее, старый друг лучше новых двух. Но ты тоже подойдёшь, хотя у тебя критическая нехватка фантазии.
— Объясни-и-и!
— Ты не можешь меня видеть, потому что никак не представляешь. Мой облик зависит от того, кто на меня глядит… Как у Свалки Истории, — могу поклясться, ехидства в этом голосе больше, чем у ёрничающих Праймов, вместе взятых. — Послушай. Если верить содержимому твоего уныло-логичного мозга, трещина во Времени — дело рук не Доктора, а его помощников. Но ты тоже находишься под сильным воздействием Вихря… И она тебя выделила… И ты знаешь Доктора… — пауза. «Она»? — Вы вместе занимаетесь проблемой хроноворов в вашем континууме. Я ей тоже занимаюсь, только отсюда, из своего пространства. Несносные дети решили, что им всё можно, и будут за это наказаны, срок уже близок. Раз здесь нет Доктора, это сделаешь ты. Как бы твоим примитивным языком объяснить… Это приказ.
— Далеки не подчиняются приказам низших рас!!! — это мне уже просто в рожу плюнули. Электрические покалывания бегают в ладонях, так бы и долбанула, было бы по кому.
— А ты и не далек, тебе же Император так сказал. А слово Императора для тебя закон, — мразь, мразь, бесплотная мразь! Всё видит и издевается, как хочет! — Я выбираю тебя, безымянное существо с планеты Скаро. Возомнив себя всемогущими, мои дети нарушили правило о непересечении континуумов и вызвали этим нестабильность реальности, в которой обитают хроноворы. Но если разрушения наберут силу, рано или поздно это зацепит и ваше пространство. Поэтому ты сделаешь Шакри существами твоего мира. Выбери место, время и предмет, к которому ты сможешь их привязать. Слившись с материальным объектом, нарушители будут нейтрализованы. Я дарую тебе энергию для создания связи, в понятной тебе форме.
Нестабильность их реальности? Но ведь хроноворы вроде живут в Вихре Времени… Мать моя радиация! Нарушения в структуре Вихря?! Да это же конец!
— Соображалистая девочка, почти как Доктор. Нет, ситуация далека от критической и на Вселенной пока не сказывается. Но я чувствую даже мелкие нарушения и вижу их будущие последствия, — странно, но в бесплотном голосе Хроноса прорезается какая-то непонятная многозначительность. — Исправь ситуацию, пока не поздно. Для меня это невозможно. Моё появление в вашей реальности будет означать ещё больше разрушений и серьёзный постэффект. Поблагодари помощников Доктора, без них наша встреча могла не произойти.
— Стоять! — резко приказываю я. Тон Хроноса настолько меня оскорбил, что страх ушёл, осталась только здоровая даледианская злость. А она подсказывает, что эту бесплотную энергетическую мразь можно использовать, да и не всё она мне объяснила. — Я не смогу развести корабли, они сдетонируют, как только временной замок начнёт таять.
— Желаешь разъединения ТАРДИС и «Протона»?
Хитренький, да не на ту напал!
— От тебя? Ничего не желаю. Помощь тебе нужна, а не мне, — отвечаю я, окончательно успокоившись и включив трезвость мысли. — В случае самого плохого варианта меня успокаивает мысль о том, что я умру за Империю и выполняя задание Императора. Ты чего-то хочешь от далека — ты и думай, как этого добиться, докажи свой интеллект.
Громкий хохот мне ответом, а потом мир охватывает ещё одна вспышка — на этот раз янтарно-золотая.
— Теперь я понимаю, почему она тебя выбрала, — тает эхо бесплотного голоса, и резкий рывок страховочных ремней окончательно приводит меня в сознание. Что… это…было? Это по-настоящему было?! Кто — «она»? Что, варги-палки, у нас происходит?
Громкий стон справа заставляет меня выйти из прострации. Краем глаза вижу лиловое свечение «короны», сигнализирующее о критической перегрузке. Бета!..
В руке обнаруживается инъектор, который я пыталась схватить прямо перед аварией и не успела. Или всё же успела? Не помню… Всаживаю полную ампулу прямо в шею врача, бросаю взгляд на ожившие — или не отключавшиеся? — экраны прямо перед собой. Искажающего поля нет. Корабли зеденийцев в панике пытаются набрать оговоренную высоту, огонь по нам никто не ведёт. Несколько блоков бортового компьютера в аварийной перезагрузке. На расстоянии двух с половиной сотен леров от «Протона» висит вверх тормашками синяя полицейская будка — ну, в смысле, по отношению к поверхности планеты, а не по отношению к нам. А в эфире продолжает бушевать Луони:
