И один Эта откровенно тупит. Как он умилительно похож на Шестого со Свалки Истории!.. Вопросительно гляжу на нашего солдата и подбадривающим кивком позволяю высказаться.

— А просто перестрелять их было бы эффективнее, — тут же тянет он.

— Когда-нибудь мы их всех перестреляем, быстро и эффективно, — соглашаюсь я самым обещающим тоном, который только могу изобразить и прочувствовать. — Но не в этот раз. Сейчас важно делать только то, что нужно Империи, а не то, чего требуют инстинкты.

— А, ну если так нужно для Империи… — как легко с низшими чинами! Скажешь им волшебное слово с прописной буквы, и все вопросы и недоумения сняты.

Ещё раз обвожу взглядом честную компанию за общим столом.

— Если ни у кого больше нет вопросов и возражений, текущий бриндигулум считаем закрытым. Передаю данные Эпсилону и Дзете. Если у них не возникнет вопросов и альтернативных предложений, проголосуем за итоговое решение.

И за отрицательный голос я отстраню от выполнения обязанностей каждого. Впрочем, вслух это говорить никому не нужно, и так все понимают. По идее, на слово «нет» в подобной обстановке вообще положено отвечать коротким выстрелом, но не мне решать судьбу прототипов.

Ребята переглядываются, явно ожидая, что кто-нибудь найдёт вопрос или возражение, пока ещё можно. Но не находят.

— Пересылай, — подытоживает Йота.

Миг, и протокол собрания улетает нашему арьергарду.

«Я так и знал, что ты предложишь что-то в этом духе, — тут же приватно обращается ко мне Эпсилон. — Прекрасно тебя понимаю и полностью согласен насчёт пресекания атаки».

«Считаю, что наши стратеги перемудрили с внушёнными идеями. Во всяком случае, нападение на Новый Давиус, тем более в такой форме, не было запланировано по имеющимся у меня данным, и корректировка тоже не поступала», — отзываюсь я.

«Пользуешься правом вето, данным тебе Императором?»

«У меня нет права вето, но я могу обоснованно возражать, что тоже немало».

«Если я не успею, я передам тебе командование кораблём».

«Лучше бы ты успел, — не удерживаюсь от затаённого вздоха. — Из меня недостаточно хороший командир, особенно в бою».

«Постарайтесь не потерять Бету», — вклинивается Дзета по параллельному каналу.

Что ж, судя по отсутствию возражений, они оба согласны с нашей затеей.

— Кто-нибудь против защиты Нового Давиуса? — спрашиваю у команды.

— Единогласно за, — сообщает Альфа после короткой паузы.

— Верленд, на копирование личности. Адери, следи за противником. Остальные, продолжаем готовить корабль к взлёту.

Бета смотрит на меня:

— Потребуется помощь. Пойдёшь со мной?

Киваю, вставая с места.

Когда мы с ним идём по переходам в медотсек, Бета наконец спрашивает:

— Как ты ухитряешься видеть такие варианты развития событий?

— Я много наблюдала за различными видами на Сол-3. У всех, у кого есть детёныши, имеется инстинкт защиты потомства. Причём он часто переносится на другие виды, даже у животных, вплоть до выкармливания детёнышей биологических врагов. Так, я сама наблюдала, как мелкий прирученный хищник, называемый «кошка», потеряв собственное потомство, выкормил и воспитал одного из самых вредоносных грызунов Сол-3, крысу. Я сопоставила этот фактор с потребностью заботиться о детёнышах у абсолютного большинства низших рас и его экстраполировала. Коротко формулируя, погибшие в большом количестве ювенильные особи неминуемо вызовут сочувствие у общественности, а сильная эмоция сближает низших эффективнее любых лозунгов. Следовательно, мы не добьёмся нужного результата, если выпустим ситуацию из-под контроля. Поэтому требуется вмешательство.

Входим в медотсек, встречающий нас мягким свечением активирующегося центрального экрана. Врач подходит к пульту и принимается за наладку оборудования. Впрочем, болтать это Бете не мешает.

— Почему Центр не предупредил нас о таком развитии событий?

— Стратеги не имеют абсолютного контроля над процессом на Зедени, мы не внедряли марионеток и робокопий, чтобы не быть раскрытыми. Если флот получил инструкции после вылета, в виде секретного циркуляра, они могли и не знать, куда он на самом деле направился. Вполне возможно, что мы раскрыли зеденийский план даже раньше Центра.

— Ты сообщишь туда? — спрашивает Бета, пока над одной из коек выдвигается тяжёлый блок медицинского сканера широкого профиля.

— Отправлю шифровку по гиперсвязи и приложу к ней протокол совещания, пока буду снимать с тебя копию. Патвеб сейчас — слишком большая нагрузка, а сигарета перед боем вообще недопустима, — отвечаю, пожав плечом.

— Кстати, — вдруг с фирменной мерзкой улыбочкой заявляет медик, — я тут позавчера ночью читал твои сводки по Доктору и талам, и видео про него смотрел, тобой отобранное.

— Ну, и? — к чему это он клонит? Не понимаю.

— Этот твой жест, — он пытается передразнить моё фирменное плечепожимание.

— И? — продолжаю не въезжать я.

— Ты его позаимствовала у Двенадцатого.

Вытаращиваюсь.

— Что?..

— Ты делаешь это точно так же, как и он. Общение с Хищником не пошло тебе на пользу, — из Беты так и лезет едва сдерживаемое гнусное хихиканье.

— Возражаю!!!

— Ты себя со стороны не видела.

Быть такого не может. Хотя я действительно не видела себя со стороны и действительно много общалась именно с той регенерацией Повелителя Времени. Может быть, вырабатывая жестикуляцию, я просто переняла то, что видела вокруг себя, за неимением ничего лучшего, и просто не задумалась об этом. Но к чему это было мне сообщать? А, поняла.

— У тебя, как это называется, мандраж? — спрашиваю.

Теперь Бетина очередь удивляться:

— Мандраж?..

— Посмотри расширенный словарь.

— Уже посмотрел, слово отсутствует.

— Нервное тревожное возбуждение перед опасным заданием, — формулирую понятное ему объяснение.

Он кивает:

— Да. Пожалуй, да. Я никогда раньше не работал с пространственной множественностью, знаю только теорию. В бою нельзя будет удерживать фиксированное количество измерений, если намерен перенаправлять заряды куда нужно, а не куда попало.

— Послушай, а ведь теоретически можно подобрать такой вариант многомерности, чтобы содержимое реактора растеклось по кораблю. В этом случае вопрос о необходимости перенаправления ракет вообще не стоит…

— Умная, а тупишь. Залп по нам или планете — это их агрессия, на которую мы должны ответить. А первыми атаковать нельзя, если не хочешь дискредитации в глазах миротворцев.

— Прости, увлеклась, как десантура.

— Но вообще, такое вполне возможно. Мы сможем сделать это после того, как завяжется бой.

«Даже если далек не вооружён, он всё равно вооружён», — думаю я философски, пока Бета заканчивает с настройками. Потом помогаю ему правильно закрепить зонды, активирую процесс, составляю отчётную шифровку, отправляю её в Центр с помощью Гаммы, а потом четыре скарэла вдумчиво слежу за процессом копирования согласно полученной инструкции. Талы на связь так и не выходят, но наш связист поймал правительственный канал и транслирует нам все попытки переговоров с зеденийским флотом, который преспокойно разворачивается на средней орбите. При таких условиях нельзя поднять с космодромов даже те корабли, которые по какой-то причине не в глубоком космосе — их собьют раньше, чем они пересекут границу тропосферы. Да и парочка жалких катеров на орбите плохое подспорье, они тоже на прицеле, и не сбили их пока исключительно потому, что Зедени придерживается объявленного срока атаки.

По параллельному каналу Гамма перехватил разговоры полугусениц и тоже нам их транслирует, переключаясь с одного канала на другой, как только появляется что-то интересное. Оказывается, зеденийцы останавливают и досматривают любой посольский корабль, отчаливший с Нового Давиуса, на предмет укрывающихся там блондосов, что лишний раз подтверждает их намерение устроить тотальный погром в наших лучших традициях. Какая талантливая низшая раса, а ведь раньше их не видали и не слыхали. Так, сидело что-то на задворках цивилизации, торговое, только в разы потише Малдовариума. Где он теперь, этот Малдовариум, давно скатился, превратившись в низкоуровневый перевалочный пункт контрабанды, и на этом его международное влияние закончилось. Синекожие твари слишком любили деньги здесь и сейчас и слишком стремились продать всё и вся, чтобы суметь разработать грамотную стратегию экономического развития через века и поступательно её воплотить. А отсталая Зедени, поднимаясь на том же крышевании мафиозных кланов, постепенно легализовалась, пробилась на все возможные космические рынки, поназаключала выгодных альянсов и постепенно стала довольно сильным государством. Ну, по крайней мере, достаточно сильным, чтобы рискнуть развязать космическую войну.