Это понятно, Артем полностью разделял недовольство старого Пита. Артем работал в научном круге. Молод. Талантлив. Он видел всё, видел, куда идет весь этот потенциал. Только на изготовление и очистку кислорода. Ну, еще на изготовление подслушивающих устройства и оружие.
— Да, я понимаю, что поддерживать щит вокруг города — это очень тяжелая задача, справиться с которой порой нелегко. На это нужны огромные энергетические затраты. Но используемые технологии уже порядком устарели, и генераторы все чаще выходят из строя. Задача ученных сводится к тому, чтоб удержать нужный фон, чтобы блоки, из который состоит щит, или точнее сказать ячейки, не ослабевали и выполняли свою задачу. Не пропускали разрушающие ультрафиолетовые лучи, так губительно сказывающие на обитателей города.
Разработка новых технологий не входит в приоритеты корпорации. Зачем выкидывать деньги на то, что и так пока работает, пусть и с перебоями — но ведь работает. Можно ведь, для экономии средств, время от времени сбрасывать мощность генераторов для перезагрузки и перезарядки… но об этом чуть позже.
Ремонтом генераторов занимается простой рабочий класс. По сути, самая низкая иерархия. Низкая зарплата и прав никаких. Артем так же относился к рабочему классу. Уволился из научного круга, а это означало, что он избавился от всех привилегий, которые были ему доступны. И так после увольнения Артем стал тем, у кого нет даже права голоса.
— С нашими знаниями, мы бы могли запускать корабли в космос, синтезировать еду, качественную еду, воду. Могли бы победить голод. — Старик проговорил с досадой в голосе. — А что получаем. Хорошая еда только на тарелках у глав корпорации. А о кислороде я вообще молчу. Кислород, особенно кристально чистый, это вообще роскошь. Воздух давно стал прибыльным делом.
— Бизнесом. — Артем произнес это слово с презрением. — Построенным на жизнях людей.
— Что-то я запамятовал, когда нынче запланирована перезарядка генератора? — Старик почесал затылок. По плану раз в квартал, или раз в полгода, генераторы должны перезапускаться. Их по очереди останавливают, при этом щиты вокруг мегаполиса ослабевают, и смертельные лучи проникают сквозь искусственную преграду. Затем ребята из конструкторского бюро, начинают латать генераторы. Желательно в это время отсидеться дома, или в хорошо защищенном месте, иначе можно получишь смертельную дозу радиации. Жуткое зрелище, по правде говоря.
— Завтра, в двенадцать. — Артем был одним из техников, которые занимались ремонтом и починкой генераторов. Но у Артема на тот день были поважнее. Завтра к двенадцати будет заседание правления, в Доме Советов. Собрание всех партий, в том числе и рабочей, Артем был один из членов партии. — Так что, Пит, если что, поплотнее задёрни шторы.
Артем снова поднес чашку к губам, и вдоволь насладившись ароматом, сделал из нее пару глотков.
— Совсем стар стал. — Признался Пит. — Пора мне на покой.
Артем хорошо знал старика, и знал, что его старческая немощь была слегка наигранной. Недавно к нему вломились грабители, так Питу не составило труда самолично скрутить недругов и дождаться приезда карателей.
— Я завтра выступаю на заседании правления. — Сказал Артем. — хочу выступить с докладом, и…
— С докладом? — Переспросил старик.
— Именно. — Подтвердил наш отшельник. — Хочу подать прошение о некоторых поблажках для рабочего класса. Совсем жизни нет, Пит. Ты слышал о новых законах. Это просто возмутительно!
Услышанное озадачило старика. Артем смог его удивить.
— У вашей партии нет права голоса. — Губы Пита медленно выговаривали каждое слово, как будто он пробовал их на вкус. — Партия рабочих — номинальна. Лишь бы народ не бунтовал. Твой доклад даже слушать не будут.
Это Артем и сам очень хорошо понимал, но сдаваться он не привык.
— Ты прав, Пит.
«Прав! Прав! Прав!» — Внутренний голос кричал от возмущения.
«Мы просто зрители. Игрушки в руках высших чинов»
Но было одно “Но”. Лазейка в многовековых написанных правилах, о которой уже все, наверное, забыли:
Если кто-то из партии правящих выступит в защиту рабочего класса, то их обязаны будут выслушать. Такого представителя от партии правления называют — “защитником”. И Артем нашел такого защитника.
— Я нашел того, кто будет представлять наши интересы. — Артем, облокотившись о кресло и немного приподнявшись для того, чтоб как можно ближе оказаться к старику, и медленно проговорил. — Я нашел защитника.
Пит от услышанного чуть не поперхнулся, настолько новость была неожиданной. Шок застыл на его лице. Вот это был неожиданный поворот. Еще никто и никогда не заступался за самую бедную партию. Просто, никто не хотел марать свои руки.
«Да и люди что скажут?»
И вдруг защитник. С чего бы это?
Новость, с которой пришел Артем, поразила Пита до глубины души.
— Защитник, говоришь. — Старый Пит все еще обрабатывал полученную информацию.
«Неужели мир сошел с ума»
Затем и старик приподнялся с кресла и спросил у Артема.
— И кто он? — Старику не терпелось узнать имя защитника.
— Фармер, старик из партии правления. — Коротко ответил Артем.
«Глава Фармер, значит…»
— Я знал его. Тот еще хищник, способный вцепится в горло кому угодно. — Припомнил Пит. — Он всегда отличался рассудительностью.
— Это даже лучше. — Обрадовался Артем, нашему ученому нужен был человек, который готов пойти до конца.
— Он не был таким мягкосердечным. — Видимо Пит лично был знаком с главой Фармером, уж довольно точную характеристику старик давал этому человеку. — Наверное, годы берут свое…
Пит обязан был предупредить Артема, если всё это окажется правдой, то опасную игру затевает Артем.
— Смотри, сынок, многим может это не понравится.
Старик после этих слов, кряхтя, поднялся из своего кресла и грузной походкой подошел к Артему. Энергичность и легкость движений осталась в далеком прошлом. Старик посмотрел в глаза своего гостя… нет, не гостя — Артем давно уже был больше, чем обычный обыватель в его магазинчике. Так обычно смотрит отец на своего сына.
— Будь осторожен. — Пит похлопал парня по плечу. — Наверху опасные люди, они ни перед чем не остановятся.
— Пит, а что ты предлагаешь? — Не понял его Артем. — Хочешь, чтобы я бросил свою затею?
В голове у Артема всплыла старая картина, как он лежит на земле перед Бишопом. Он тогда не сдался и сейчас не сдастся. Наконец-то появился шанс хоть что-то сделать для этого загнивающего мира.
В ответ старик покачал своей седой головой.
— Нет, зная тебя, ты не остановишься. — После этих слов старик задорно засмеялся, заразительно так, что Артем, не выдержав, улыбнулся. — Я слишком хорошо знаю тебя, Сынок! Ты ведь всегда хотел изменить мир. Прям, как я в глубокой юности. — Старик отошел от Артёма и снова плюхнулся в свое любимое кресло. — Тебя уволили из научного круга, но ты не успокоился.
— Нет, не успокоился! Я докажу всем. Что мир можно сделать лучше. — Артем теперь не перед чем не остановится. — Мои изобретения…
Но старик не дал Артему договорить, приложив указательный палец к губам, он сказал.
— Тише. Тише, Артемка. — Старик остудил Артема. — Не стоит забывать об осторожности. Даже у стен есть уши. Мы здесь и так наговорили достаточно для пожизненного заключения в казематах.
Старик расхохотался, но его гостю было не до смеха. А в голове у Артема кружилась лишь одна мысль: «Меня не остановить!»
«Старик прав, излишняя осторожность не помешает».
— Пит, — Голос Артема дрогнул, старик внимательно посмотрел на своего собеседника, морщинистое лицо у старика, но глаза, как всегда, горят юношеским огнем. — Спасибо тебе за все. Ты мне, как отец.
И здесь Пит сказал фразу, от которой Артем растерялся.
— Как знать, может и отец.
Старик снова засмеялся.
«Шутит? Или я чего-то не знаю?»
— Ах да, чуть не забыл. — Пит снова поднялся из кресла, только теперь движение были легкими и быстрыми. Он побежал в другую комнату. Из той комнаты, где находился старик, была слышна возня, что-то с грохотом упало, после чего Старик выругался и вернулся уже с белым листком бумаги. Он протянул этот листок Артему.