— Гарри, — проскрежетал он. — Надо уходить, надо домой…

Крепко прижимая к себе Гарри одной рукой, он вцепился в дерево, пытаясь подняться на ноги. Он всё же достиг предела усталости: тело его зашаталось, а глаза сами собой закрылись. Стало темно. Нет. Нет, только не сейчас. Ещё чуть-чуть. Пожалуйста. Надо… надо домой…

Сириус поднял крестника чуть повыше и опёрся на дерево. Потом резко повернулся, всеми оставшимися силами сконцентрировавшись на одной мысли: «Надо домой».

***

Альбус сидел у постели Ремуса, держа в руке чашку чая. Он сумел влить немного вышеупомянутой жидкости и в полуобморочного оборотня, который сейчас лихорадочно бормотал имена Гарри и Сириуса и слово «спас» во сне. Но его температура была не так высока, чтобы сильно волноваться. Альбус знал, что Ремус поправится, и поэтому просто выжидал.

Внезапно входная дверь громко распахнулась, и Дамблдор мгновенно вскочил с места. В гостиную, шатаясь, вошёл мужчина с длинными чёрными волосами. Он был ужасно тощий, бледный, весь в снегу и мелко дрожал. На руках он нёс маленького черноволосого мальчика, завёрнутого в шерстяной плащ. Мужчина, просто ужасающая тень того Сириуса Блэка, которого он знал давным-давно, споткнулся и упал на колени. Его полный отчаяния взор был прикован к лицу Дамблдора.

— Гарри!.. Пожалуйста, помогите!..

А потом Сириус Блэк упал.

========== 20. Что бы ни случилось ==========

К счастью, Альбуса Дамблдора было не так-то легко шокировать. Да, он был удивлён. Да, он был обескуражен. Всё-таки он не видел Сириуса более семи лет. И Блэк не был похож на себя прежнего — если честно, он выглядел как ходячий труп.

Но, когда он рухнул в центре гостиной, Дамблдор отреагировал немедленно — инстинктивно. Он тут же воспользовался сушащими и утепляющими чарами, а затем вытащил Гарри из рук беглого преступника. Мальчик казался ужасно маленьким, особенно с этой его торчащей дыбом чёрной шевелюрой и мертвенно-бледным детским личиком. Гарри был у него в приоритете; он быстро перенёс его в спальню, создал вторую кровать, уложил его туда и укрыл тёплым одеялом по самый нос. Дамблдор понимал, что самое лучшее в данной ситуации — скорей отогреть ребёнка. Волшебник провёл пальцами сквозь чёрные вихры мальчика, пристально на него глядя. Он выглядел таким крохотным, таким ранимым… Мог ли этот ребёнок однажды стать спасителем всего магического мира? Могли ли эти хрупкие плечи вынести такую тяжесть? В любом случае, он не был обязан стать героем. Альбусу оставалось только надеяться, что у них ещё было время. Достаточно времени, чтобы мальчик успел вырасти и стать мужчиной, чтобы у них появился хоть какой-то шанс победить зло. Если только Альбус не лишил их всех этого шанса своей непростительной ошибкой.

Дамблдор вздохнул, отвернулся от мальчика и посмотрел на пол гостиной. Там кучей лежал Сириус. Это зрелище его весьма смутило. В данной ситуации мужчина был слишком уж похож на Гарри. Бледный, тощий, хрупкий. Да, не те слова, которыми обычно описывают беглых уголовников, убийц и предателей. «Пожалуйста, помогите!..» Слышать такое от этого человека было по меньшей мере странно. И этот почти предсмертный голос, и эти умоляющие глаза, и это некогда красивое, теперь — исхудавшее, осунувшееся лицо… Большинство магов считало Альбуса Дамблдора слегка эксцентричным, но дружелюбным человеком, но он был весьма жёстким и непреклонным, когда дело доходило до тёмных сторон человеческой души. И теперь, когда он не мог отнестись к такому Сириусу Блэку со всей заслуженной строгостью, он чувствовал себя не в своей тарелке. Пытаясь прекратить думать об этом, Дамблдор быстро создал ещё одну кровать, взмахом палочки поднял Сириуса с пола, уложил в постель и сотворил кучу одеял, которыми с помощью волшебной палочки и накрыл мужчину. На секунду он заколебался, но всё же наложил сверху вяжущие чары.

Он отвернулся от волшебника, который когда-то был одним из его любимых учеников, и подошёл к камину. Запустил руку в карман, вытащил мешочек летучего пороха, всыпал горсть порошка в огонь и, когда тот позеленел, засунул в камин голову.

— Поппи? — позвал он. — Я знаю, что уже поздно, но вы мне срочно нужны. Здесь.

Через несколько минут мадам Помфри, школьная медсестра Хогвартса и по совместительству очень хороший колдомедик, вылезла из камина дома Альфарда Блэка, сдвинув брови.

— Директор? Что, ради всего святого, произошло в такое-то время суток? Несчастный случай? И где же — … Великие боги! Это что, Сириус Блэк?

Сидевший в кресле напротив Дамблдор кинул взгляд на лежащего мужчину, будто для того, чтобы убедиться, и кивнул.

— Да, Поппи. Это именно он.

Без лишней суеты и ненужных вопросов Помфри быстрым шагом подошла к кровати и раскрыла свою старомодную чёрную кожаную сумку.

— Он ужасно выглядит, Альбус. У него переохлаждение; ему нужна немедленная медицинская помощь. Что, во имя Мерлина, здесь произошло?

— Я не знаю всех подробностей, Поппи, — Альбус встал с кресла. — Здесь есть ещё двое человек, которым нужен осмотр.

Медсестра обернулась, приподняв брови.

— В таком же состоянии? — колко поинтересовалась она.

— Это уж вам решать, — ответил Дамблдор. Он больше не собирался рисковать здоровьем Гарри Поттера. Кивком головы он указал на соседнюю комнату.

Мадам Помфри глянула напоследок на своего пациента и пару раз взмахнула палочкой, видимо, предотвращая возможные последствия своей отлучки. Затем она проследовала за Дамблдором в соседнюю комнату, где находились Гарри и Ремус. Мадам Помфри тут же принялась за работу, начала накладывать различные диагностические чары и забормотала что-то себе под нос. Она подтвердила, что Ремусу действительно ничего не угрожает. У него тоже было переохлаждение, скорее всего, из-за пребывания в холодной воде, которое, к счастью, было не таким уж долгим. Кроме того, его тут же отогрели, что спасло его от опасных осложнений. Ему грозила сильная простуда, но в общем и целом его здоровье должно было восстановиться.

— Его особенность помогает ему лучше переносить холод, — пояснила она. Напоследок одарив Ремуса нежной улыбкой и погладив по лбу, она повернулась к Гарри и взмахнула палочкой. — Не могли бы вы, пожалуйста, переместить сюда и мистера Блэка, Альбус? Из этой троицы ему хуже всех, и так мне будет проще с ними работать. Я подвину кровать мистера Люпина, и тогда им всем хватит места.

Дамблдор слегка улыбнулся, кивнул и вышел из комнаты. Через несколько минут в комнате стояло уже три кровати. Маленький Гарри лежал посередине, Сириус Блэк — дальше всех от двери. Поппи попросила директора заварить побольше сладкого чая, чтобы напоить им Гарри и Ремуса, когда те проснутся — им бы это точно не помешало. Сама медсестра была полностью погружена в заботу о беглом преступнике; она постоянно доставала склянки с какими-то зельями из кожаной сумки, размахивала палочкой и что-то бормотала. Наконец она вернулась в гостиную, выдохнула, заправила за ухо выбившуюся из пучка прядь волос и подошла к столу, за которым сидел Дамблдор. Здесь же стояли чайник и чашка директора. Она налила чаю и себе, а после присела рядом.

— За Гарри можно не бояться, — начала она, отхлебнув из чашки. — Он, скорее всего, тоже простудится, но в целом с ним всё хорошо. Он просто очень устал. Его тело перетрудилось. Что, впрочем, немудрено, если он гулял в такую погоду. Хорошо, что вы тут же отогрели его. Учитывая температуру воздуха снаружи, долго находиться на улице опасно для здоровья, — она на секунду умолкла. — С ним всё несколько сложнее. Его состояние здоровья и так было не из лучших. У Гарри, правда, тоже есть симптомы недостаточного питания — его организм недостаточно развит для ребёнка его возраста, но в последнее время его, судя по всему, хорошо кормили, так что он в порядке. Но он… — она нахмурилась и поджала губы. — Ну, он всё-таки был в Азкабане. Это не приносит здоровью никакой пользы. За последние месяцы он слегка поправился, но он всё ещё ужасно худой. Кроме того, он тоже окунулся в холодную воду, так же, как и мистер Люпин.