Гермиону стал забавлять это разговор.
— Мы не спугнем ваших преследователей?
— Вход зачарован, мы узнаем о визитерах заранее, — зевая, сказал Снейп. — Сомневаюсь, что они придут со стороны Хогвартса.
— Не зевайте так заразительно, — с трудом сдерживая зевок, попросила Гермиона. — И кстати, в министерство раньше шести утра мы не попадем. А впереди рабочий день и мне бы хотелось быть бодрой, а не клевать носом.
— Неужели у вас нет какой-нибудь разработки, — Снейп пощелкал пальцами, — что-то вроде бодрящего бальзама?
— Конечно есть, только я его не взяла. Кстати, материнство — один из двигателей прогресса. Пока Рози была совсем крохой, я фонтанировала идеями по устройству быта, и не только. Странно, что это никто не придумал до меня!
— До вас нормальные волшебницы пользовались услугами домовых эльфов, им в голову не приходило что-то выдумывать, а те, у кого эльфов не было, не имели ни вашего интеллекта, видимо, ни сил на фантазии.
Гермиона промолчала, вспоминая, как выматывалась первый год жизни Рози. Рон пытался помочь, но она хотела быть идеальной мамой, успевая все, делая все не просто хорошо, отлично. В какой-то момент, когда Рози без устали кричала почти все ночи напролет в течение недели, Гермиона поняла, что еще чуть-чуть и сойдет с ума. Тогда она впервые сбежала на работу, оставив дочь на попечение Молли. Тогда она еще была всего лишь соискателем на место в отделе невыразимцев. По тому, как на нее смотрели сотрудники, было ясно, что постоянного места ей не видать. Ей казалось, что все вечно будет так — кричащая Рози, усталость, раздражение и невозможность успеть хоть что-то, хоть как-то. Создание универсального модифицированного взбадривающего зелья стало результатом всех тех часов, когда Гермиона носила дочку на руках, укачивая ее и одновременно, чтобы не свихнуться, размышляла о теоретическом составе подобного зелья. И, о чудо! Первые же испытания показали, что она не ошиблась. Теперь пара бутылочек такого зелья всегда были у Гермионы дома и на работе, жаль, она не подумала, что зелье может понадобиться сегодня.
— Так вы расскажете мне про зелье?
Гермиона вздрогнула: кажется она чуть задремала.
— Слу… — договорить она не успела: Снейп дернулся и встал в боевую стойку, Гермиона встала рядом с ним, вытащив палочку.
Две фигуры — точно такие же, какие они видели недавно, но уже во плоти, в свете Люмоса быстро направлялись к ним. Снейп крутанул палочкой и перед идущими вырос каменный завал, фигуры прошли сквозь него...
— Это фантомы, — прошептала Гермиона, — не люди!
— Все интереснее, — пробормотал Снейп. — Они знают, что отсюда не аппарировать и рассчитывают что мы кинемся к Хогвартсу, испугавшись каких-то призраков?
— Или напротив, считают, что мы погоним их к выходу в деревню, — сказал Гермиона. — Разделимся?
Снейп посмотрел на нее с сомнением и все-таки кивнул. Гермиона, развеяв фантомов, поспешила по проходу, ведущему к Хогсмиду, Снейп понесся в противоположную сторону. Перед лестницей Гермиона наколдовала щит (одна из самых удачных разработок ее отдела для повышения уровня защиты авроров) и пошла чуть медленнее. Ее ждали, те самые двое: плащи, капюшоны, палочки в руках. Но вместо того, чтобы напасть, они развернулись и моментально аппарировали. Гермиона поставила сигнальные чары — на всякий случай — и вернулась к тайнику. Снейп был уже на месте.
— Все-таки не похожи они на серьезных противников, — заметила Гермиона.
— Дилетанты еще страшнее, — заметил Снейп, выразительно глядя на Гермиону и явно намекая на подвиги ее молодости. — Только вот вряд ли это дилетанты... Об этом надо поразмыслить.
— Теперь мы можем забрать дневник? — спросила Гермиона, которой было не по себе. Оказывается, она несколько отвыкла от подобных приключений. Ей не было страшно, но она бы предпочла избежать опасности: дома ее ждала Рози и было бы крайне безответственно ввязываться в сомнительные аферы.
— Теперь мы должны удостовериться, что нет никаких сюрпризов и следящих чар. До шести утра еще уйма времени, и мне не хотелось бы, чтобы за мной увязался хвост, — Снейп снял мантию и подошел к дверце вплотную. — Подойдите, — приказал он.
— Можно подумать, никто не знает — где вы живете, — проворчала Гермиона, снимая плащ и вставая рядом со Снейпом.
— Можно подумать, я действительно живу там, где вы думаете!
====== 5 ======
Пока Снейп открывал дверцу (прошептал заклятие, приложил к появившемуся на двери светящемуся контуру руки свою руку, предварительно сделав на ладони разрез), Гермиона размышляла — что она тут делает? Зачем он попросил ее пойти с ним? Гермиона редко, очень редко чувствовала свою бесполезность, обычно она четко знала, почему находится в том или ином месте и какую пользу может принести, но не сейчас.
— Зачем вы потащили меня с собой? — не удержалась она от вопроса. — Я вижу, вы без меня отлично справляетесь.
— Хотел, чтобы вы лично убедились, что дневник я достал.
— Врете, мы подписали все нужные бумаги, даже если б вы зажали дневник, я бы ничего не смогла сделать.
— А как же мое честное имя? — он спрятал тетрадку в черной обложке за пазуху и закрыл дверцу.
— Мне кажется, что теперь, что бы вы ни делали, некоторые восторженные… гхм, неважно. Не думаю, что честное имя — хороший аргумент. Так зачем?
— Почему дам пропускают вперед? — спросил он, взмахом руки действительно пропуская ее вперед.
— А, ну да, ну да, если вдруг в пещере хищник, лучше не входить первому? Ваши враги не тянут на серьезных противников.
— Откуда нам знать? Я вот не знаю, кто охотится за дневниками. Идти одному — было слишком самонадеянно.
Гермиона остановилась, сделала люмос чуть ярче и внимательно посмотрела на Снейпа, тот улыбнулся.
— Я вам не верю, — повторила она.
— В мой домишко под Виннипегом кто-то забрался. Можно было бы списать на случайность, но подобие метки на одной из стен навевало не очень радужные мысли.
— Значит, вы не знаете кто…
— Мы уже пришли, — перебил ее Снейп. — Не будем искушать судьбу и добираться до трактира, аппарируем сперва к вам, а потом я воспользуюсь вашим камином. Так будет безопаснее.
Гермионе не нравилось, когда ее перебивали, еще меньше нравилось, когда говорили, что она должна делать, но возразить было нечего: действительно аппарировать к ней было безопаснее, по крайней мере, для дневника.
Она кивнула, подавая Снейпу руку. Стоило ему сжать ее ладонь, Гермиона аппарировала на задний двор собственного дома, тут же наложив несколько заклятий: отводящее внимание, сигнализирующее о том, что к дому пытается приблизиться чужой и еще парочку на всякий случай.
— Вы так и не отошли от войны? — спросил Снейп, сложив руки на груди и с ухмылкой наблюдая за действиями Гермионы.
— Прошли в Канаде курсы психологов?
— Я могу остаться до утра, если вы…
— Я не боюсь! И не нуждаюсь в вашем покровительстве! — вскинулась Гермиона. — Но лишняя предосторожность не… нелишняя! Вы можете остаться, если думаете, что на вас могут напасть, — она поднялась на крыльцо. — Могу напоить вас чаем.
— Никак не могу понять — вы предлагаете остаться потому что доверяете мне или нет?
Они вошли в дом, Снейп остался стоять на пороге.
— Нет, и я вам уже об этом говорила! Но что я могу сделать?
— Как интересно, — не очень искренне заметил Снейп. — Я не откажусь от чая, или вы предпочитаете, чтобы я убрался незамедлительно?
Гермиона предпочла бы, чтобы он оставался там, где пропадал последние годы, но признаваться в этом не стала, неопределенно передернув плечами.
— Проходите на кухню, вот сюда, — Гермиона сняла плащ и прошла в дом. — Я поднимусь к Рози и приду.
Дочка спала спокойно, подсунув кулачок под щеку. Во сне она хмурилась и напоминала немного недовольного зайку: все-таки передние зубки были у нее великоваты. Гермиона улыбнулась и поцеловала Рози в лоб. Ей хотелось лечь рядом, свернуться калачиком, обнять дочку и уснуть, но на кухне сидел Снейп, которого все-таки надо было отправить домой сразу.