— Останови меня, — в очередной раз шепнул Ким Тэхён в самые губы, едва оторвавшись. — Останови, Наюн.

— Остановитесь, — выдохнула она согласно и пальцами очертила красивое лицо. — Остановитесь, Ваше Величество.

Наюн думала, что Ким Тэхён вздрогнет. Думала, что он удивится её знанию, растеряется и захочет оправдаться. Но он только усмехнулся и зубами коротко поймал указательный палец, бесстыдно гуляющий по его губам.

— Уже знаешь, — понял Король и, наклонившись, неожиданно нежно кончиком носа провёл по мягкой щеке. — Злишься?

— Да.

— Прости, — выдохнул он. — Это мои искренние извинения от самого сердца. Прими их. Но я не мог сказать тебе, Принцесса.

— Почему? Вы могли бы совсем так же просить моего обета и обещания никому не сказать. Я лишь сейчас понимаю каждое ваше слово и каждый смысл, какой вы в них вкладывали. Не понимаю, как сама не догадалась, что вы — Король. Из вас скорее вышла бы обезьяна, нежели Советник.

Ким Тэхён поймал вдруг её подбородок, опёрся вновь на одну из рук и, прищурившись, усмехнулся слишком знакомо и привычно.

— С каждым днём ты начинаешь дерзить мне всё больше. Я помню время, когда ты изо всех сил пыталась держать себя в рамках, которые навязала тебе диадема.

— Вашими стараниями эти рамки оказались разрушены.

— Как и лёд на моём сердце, — усмехнулся вновь Король, приблизившись к её лицу. — Возьмёшь за это ответственность, Наюн?.. Странно, — мотнул он головой, пряча глаза под чёлкой. — Мне так нравится звать тебя по имени. Это такая мелочь, но меня всего выворачивает.

— Вы дрожите? — тихо спросила девушка, и Ким Тэхён дёрнулся, поднимая на неё взгляд. — Внутри будто всё горит и дрожит, скручивается в самый настоящий узел. А ещё кажется, что ты обязательно сойдёшь с ума, если не сможешь унять этот пожар внутри. Иногда в груди будто настоящий огонь. И горит всё лицо, потому что волнуешься.

Король нахмурился непонятливо, отпуская её подбородок, и мягко вместо этого очертил скулу, заправляя прядь волос за ухо.

— Откуда ты знаешь?

Наюн захотелось рассмеяться — настолько он был удивлён и шокирован. Наверняка подумал, что она влезла в его голову, потому глаза и полыхнули коротко фиолетовым, проверяя любое магическое воздействие. Но девушка лишь мягко улыбнулась, вновь ловя лицо в ладони, и призналась:

— Потому что я чувствую всё то же самое. Это и есть любовь. Вы сказали, что полюбили меня первым, но даже не поняли, что чувствуете всё это из-за любви? Ваше Величество, вы такой ребёнок.

— Это ты стеснялась каждого касания, — усмехнулся он, и Наюн несдержанно покраснела, едва только вспомнив об этом. — Бегала от меня так долго, что заставляла злиться. А едва только я понял, что ты — ключ ко всему, и решил сделать всё, чтобы твои чувства ко мне стали сильны и крепки, то вдруг начала показывать характер. Принцесса, ребёнком из нас двоих всегда была только ты.

— Как долго ещё собираетесь обращаться ко мне столь неофициально? — фыркнула она, воспользовавшись шансом, чтобы перевести тему. — Не думала, что взаимные чувства дают подобную привилегию кому бы то ни было.

Ким Тэхён улыбнулся, сверкнув совершенно особенными треугольниками морщин над губами, а Наюн показалось, что она вновь пропадает.

— Разве вы не в двух шагах от того, чтобы стать моей женой, и в не в одном от того, чтобы стать невестой, Принцесса? — слишком хитро прищурился он, а у неё губы раскрылись словно сами собой. — Выглядите удивлённой и смущённой. У меня сердце бьётся ещё чаще, когда я вижу вас такой, — Ким Тэхён вдруг замолчал и чуть скривился, продолжая: — И я не могу контролировать то, что говорю. Чувствовать несколько сложнее, чем я думал.

Наюн хотела улыбнуться, считая крайне забавным то, что происходит с Королём, а потом вспомнила прежде им сказанное и чуть нахмурилась.

— Что вы имеете в виду? — спросила она. — Я не…

— Вы же не думали, что помолвку сочтут мнимой? — дёрнул он бровями. — Вы всё ещё остаётесь Принцессой Каталии, которую Ближайший Советник Короля Гиаронда — каков наглец — выторговал у вашего отца в счёт гаранта мира. Мой брат никогда не был Королём, в отличие от меня. Выходит, я сам себе выторговал в качестве жены девушку, с которой столкнулся в коридоре и подумал, что она невероятно красива настолько же, насколько, скорее всего, невероятно глупа. Приятно было ошибиться в вас, Принцесса.

— Но вы дали обет, — покачала головой Наюн. — Вы пообещали, что избавите меня от нужды замужества.

— Я лишь пообещал сделать всё возможное, чтобы ты не вышла замуж за моего брата, Наюн, — снова улыбнулся он, переходя на недопустимо неформальную речь, и вновь ладонь её положил на свою горячую грудь. — Но в моих планах никогда не было отказываться от брака с тобой. Особенно сейчас, когда я понимаю, что влюблён в тебя. Твой отец наверняка рвёт и мечет. Уверен, он будет винить во всём меня и постарается отменить помолвку. Как думаешь, позволю ли я ему это сделать?

Девушка сглотнула, опуская взгляд вниз — туда, где её ладонь касалась обнажённой кожи груди и выглядела так, будто ничего более правильного быть не может по определению.

— И вы даже не спросите моего желания, Ваше Величество? — спросила Наюн, вновь понимая глаза. — Вы говорите, что любите меня. Говорите, что эта любовь сняла проклятье, которое мы так долго искали в книгах, хотя, как оказалось, вы давно уже знали, что поможет на самом деле. И несмотря на всё это, вы не хотите даже знать, желаю ли я подобного замужества?

Ким Тэхён моргнул напряжённо, словно бы и правда лишь сейчас понял, что такое его поведение было бы абсолютно правильным. Он судорожно облизал губы, сглотнул и, кажется, даже покраснел скулами, заставляя Наюн удивиться. Король прокашлялся, отвернувшись, выдохнул как-то странно, покусал губы, явно напряжённо думая о чём-то, и даже пару раз мотнул головой.

— Я… — в итоге начал Ким Тэхён и тут же закашлялся. — Я просто… Ну, ты же любишь меня тоже. Я решил, что ты хочешь выйти за меня. Ты не хочешь?.. Нет, подожди, лучше не отвечай, — покачал он головой, опустив её крайне низко, а потом, едва поднял взгляд вновь спустя несколько секунд, выглядел совсем как Советник Ким, пугаюший её своими ухмылками и томным голосом. — Ты заставила биться моё сердце, Принцесса, — проговорил Король, наклоняясь к её лицу и заставляя мурашками покрыться всё тело. — Сделала так, что лёд с него исчез. Если бы ты только стала Королевой Гиаронда, уверен, страна окончательно сбросила бы с себя оковы редкого снега. Ты сделаешь это?

Он поцеловал её кисть совсем так, как делал прежде. Коснулся губами костяшек пальцев, взгляда не отрывая от глаз, а у Наюн сбилось с ритма едва успокоившееся сердце. Она понимала, что он снова играется с ней, но глаза его горели искрами веселья, а не той тёмной энергией, какой полнились прежде. Принцессе подумалось, что Ким Тэхён на самом деле не изменился от того лишь, что сердце его забилось. Он стал очаровательнее, отчасти забавнее. Но менялся Король постепенно — становился из совершенно невозможного и нетерпимого в того, кого ей так сильно захотелось полюбить.

— В Гиаронде бывает снег? — тихо спросила она.

— Никогда. Это самая зелёная страна, какую ты только видела, Наюн. Но ты обязательно полюбишь её.

— Почему вы так уверены в этом?

— Меня ведь полюбила, — улыбнулся Король и мягко огладил щёку. — Ты спрашиваешь, потому что согласна?

Девушка задумалась, прекрасно понимая, что мало будет вот так просто решить это вдвоём. Родители вряд ли так просто дадут добро после открывшихся обстоятельств. А ей наверняка придётся сложно в совершенно незнакомой стране. И всё же…

— Просто пообещай… — сглотнула Наюн, почти наживую ощущая, как режет ей горло неформальное обращение. — Тэхён, просто пообещай, что никогда не сделаешь ничего, за что мне захотелось бы снова превратить твоё сердце в лёд.

Он усмехнулся, кончиком носа касаясь её собственного, а потом поцеловал мягко и осторожно, смяв губы Наюн своими.