***

К превеликому сожалению бабушкам и дедушкам не дают декретный отпуск для воспитания внуков. Бен на целый день остается один на один с сыном. Он самостоятельно учится готовить молочные смеси без комочков, чтобы Хантер не плевался. Учится проверять температуру воды, чтобы не обжечь нежную кожу. Он учится быть отцом-одиночкой. Стоит отметить, что довольно успешно.

Тина звонит примерно через неделю после своего переезда. Она жалуется на слабый вай-фай из соседнего кафе и говорит, что общежития здесь не такие плохие, как она думала. Она уже успела сдружиться с соседкой, с которой час назад вернулась с какой-то студенческой вечеринки. Бен только качает головой и просит ее больше не приносить ему в дом детей. Мол, он и с этим-то с трудом справляется без нее. Она сочувственно вздыхает, ничего не говорит. Бен знает, она не жалеет о своем решение. Он тоже не жалеет. Тина рассказывает о классных парнях, просит его приехать в гости и отключается, получив в ответ «как-нибудь обязательно, принцесса».

Кроме ее редких звонков, все дни проходят по одному плану, намертво въевшемуся в мозг. Кормление, смена подгузников, сон, прогулка, стирка — и так по кругу целый день. В перерывах между всем этим он ухитряется поспать, поесть и выгладить все детские вещи с двух сторон. Бен уже знает, как правильно пеленать ребенка, как укачивать, чтобы быстро засыпал. А так же что петь, чтобы он не начинал плакать еще громче. Хантер улыбается все чаще. И ради этих моментов стоит жить, несмотря ни на какие трудности.

Скорее всего, только благодаря Хантеру, Бен еще не сошел с ума от усталости и тоски. Разумеется, он никогда не забудет Виктора. Возможно, даже никогда не перестанет любить. Но он очень хочет последовать совету своего, уже на 100%, бывшего парня. Бен очень старается научиться жить без него.

Хантер улыбается и держит плюшевого зайца за уши. Подарок Кеннета, который тот сделал, прежде чем они с Кейси уехали в Чикаго. Игрушка так понравилась маленькому Хадсону, что тот не засыпает, если зайца нет в кроватке. Бен ничего не имеет против. Он уже смирился с мыслью, что никогда не научится подбирать для сына подарки. Смотря, как малыш засыпает у него на руках, парень уверен, что они со всем справятся.

Бенедикт как раз успел переодеть футболку после кормления сына, когда в дверь позвонили. Бен удивленно выглядывает в окно: он не ожидал гостей. У дома стоит черная «Camaro». На секунду его охватывает паника. Он помнит, как однажды уже видел эту машину в это самое окно.

Бен встряхивается. Он и не заметил, как пролетел очередной месяц, и вот Майк уже на его крыльце. Скоро все изменится. Он переедет в другой город, заведет новых друзей, может быть, даже встретит кого-нибудь. Бен старается не думать, что так он предаст чувства Андерсена. Нет, не предаст. Ведь Вик сам просил не ждать его. Тогда почему Бен так боится покинуть родительский дом и больше никогда не увидеть своего баскетболиста?

Родители внизу. Отец первым услышал звонок. Он открывает дверь, замирая на пороге с побледневшим лицом, будто призрака увидел. В отличие от сына, Алан не забыл, какой сегодня день. 25 августа 2017 года — день, когда его единственный ребенок навсегда покинет родной дом и переедет жить к человеку, который причинил столько боли этой семье. Бен замечает страх вперемешку с ненавистью, скользнувший во взгляде отца. Он кивает ему, сбегая с лестницы. Алан криво улыбается Майку, пропускает в дом.

Майк здоровается с родителями Бена. И Хадсон уверен, если б не тот случай, они бы приняли его настолько радушно, насколько вообще способны. Но родители оказались не настолько отходчивыми, как бы Бену хотелось. Хорошо, что отец вообще не взялся за свое ружье. Да, определенно хорошо. Майк заметно ежится под взглядами Алана. А мать просто не выходила из кухни, делая вид, что занята готовкой.

— Пойдем наверх. Я познакомлю тебя с сыном, — говорит Бен, разбивая напряженную тишину.

Майк чуть ли не бежит вперед него. Бену приходится схватить его за локоть, чтобы это действительно не выглядело как побег. Они же взрослые, достойные люди. Они не бегут, они с гордостью отступают.

— Они ненавидят меня? — спрашивает Майк уже на лестнице.

— Может только немного. Дай им время.

— Тебе это помогло?

— Я ведь тогда не отравил твой чай. Значит, помогло.

Комната Бена похожа на склад с детским питанием и подгузниками. Ему немного стыдно за бардак, но он, в конце концов, одинокий папаша и к тому же художник. Немного хауса не повредит. Повсюду стопками лежат глаженые пеленки. Детская одежда по цветам разложена на диване. Под ногами на ковре игрушки — Хантер любит выкидывать их из кроватки, всех, кроме зайца Кеннета естественно. Они удачно минуют препятствия в виде разбросанных погремушек и подходят к кроватке.

Хантер не спит. Он внимательно смотрит на новое лицо, возникшее в поле зрения. Майк замирает, возвышаясь над колыбелью. Он переводит взгляд с малыша на Бена. Парень хочет что-то сказать, но не решается. Это очень глупо и немного по-детски. Шеппард улыбается и говорит:

— У него глаза отца.

Бен кивает. Это больше не причиняет боли, но он все равно чувствует, как горят щеки. Хантер — частичка Виктора, которая навсегда останется с ним. Он должен быть благодарен за это. Бен берет малыша на руки. Тот сразу хватается ручками за ворот баскетбольной куртки парня. Как только Хантер научился держать головку самостоятельно, он всегда так делает. Просто брался за мягкий ворот куртки и тянулся выше.

— Хантер, — зовет Бен, — Хантер, это дядя Майк.

Хантер переводит взгляд с отца, на все еще неподвижно стоящего Майка. Он с интересом рассматривает его, а потом утыкается личиком в плечо Бена и произносит что-то даже отдаленно не напоминающее имя сына окружного прокурора.

— Думаю, он рад знакомству, — заявляет Бен с улыбкой

Шеппард отказывается брать ребенка на руки, мол, он такой хрупкий, одно неловкое движение и можно его сломать. Бен хмыкает на это, закатывает глаза и идет к пеленальному столику. Время менять подгузники. Майк только раскрывает рот, наблюдая, как ловко Бен справляется с этим. Когда малыш вымыт и одет, Шеппард кидает взгляд на сумки в углу комнаты.

— Я отнесу вещи в машину. Ты все собрал?

Бен кивает. Он потратил неделю, чтобы собрать все необходимое. Вряд ли он что-то мог забыть. Майк уходит. Бен собирает в рюкзак вещи Хантера, которые могут понадобиться в дороге. Он стаскивает с плеч куртку Вика. Без нее непривычно холодно. Бен складывает ее и оставляет на кровати. Она не нужна ему в Чикаго. Он не хочет нести в новую жизнь старую боль. И не стоит говорить о том, что рамку с фотографией с выпускного вечера он уложил в сумку в самом нале сборов. Если воспоминания причиняют боль, это еще не повод от них отказываться.

Парень последний раз оглядывает комнату, надевает рюкзак и укладывает Хантера в автолюльку. Внизу его встречают родители. Они обнимают сына. У Джули глаза полны слез. Бен тоже готов разреветься. Он хочет вернуться в комнату и никуда не уезжать, в надежде, что какой-нибудь волшебник отмотает время и все станет как три месяца назад. Чтобы у Хантера была полноценная семья, а сердце Бена не разбивалось каждый раз, когда Кейси докладывала ему очередные новости о службе Вика, почерпнутые из твиттера или СМИ. Черт, Бен ненавидит эту синею птичку на скриншотах, что присылает ему подруга.

Майк ждет их у машины. Помогает пристегнуть люльку со спящим Хантером, неизменно прижимающего к себе любимого плюшевого зайца. Бен закидывает на заднее сидение рюкзак, а сам садится вперед. Майк давит на газ, и машина плавно трогается с места. Бен видит машущих с крыльца родителей. Отец обнимает плачущую мать и кивает сыну. Он в него верит даже тогда, когда Бен сам в себя не верит.

Дом скрывается за поворотом. Бен откидывается на спинку и закрывает глаза. Фантомный холод все еще сковывает его, но с каждым километром, что они отъезжают от города, дышать становится чуточку легче. Словно нити, что стягивали его внутренности все эти недели, наконец, распустились. Бен выдыхает. Если подумать, его жизнь напоминает драму, с неплохой любовной линией, трагедиями, бесконечными самобичеваниями и малой надеждой на хэппи энд. Но у него есть все, о чем он когда-либо мечтал. Корме, пожалуй, разбитого сердца, но ведь и это можно исправить. Бен наблюдает за водителем, поймав какое-то движение краем глаза. Майк подключает свой телефон, и по салону разливается медленная тихая мелодия.