Хадсон не уверен, что эмоции, которые отражались в ореховых глазах, должны были чувствоваться в выпускной вечер. Бен оглядывается на родителей, улыбается и садится в машину. Ему катастрофически не хватает жизнерадостной Кейси, но она позвонила с утра и сказала, что ее обещали подвезти, и они обязательно встретятся на балу.

Школа напоминает новогоднюю елку, сверкающую от огромного количества разноцветных лампочек. Она искрится и сияет, будто рада, что, наконец, избавится от самого проблемного выпуска в ее истории. Бен буквально застывает с отвисшей челюстью, так и не открыв перед Тиной дверь машины. Вик подходит к нему. Легко отодвигает его, выпускает девушку, и только потом смотрит в том же направлении, что и Хадсон.

На Кейси красное платье. Бен уверен, если б она не поддерживала его, то постоянно бы путалась в шлейфе. Но платье шикарно, как и прическа, и перчатки. Девушка выглядит бесподобно, словно королева — с этим не спорит даже Тина. Но пристальное внимание Бена привлек не наряд лучшей подруги, а ее спутник. Вик не успевает его остановить. Парень подлетает к размахивающей руками девушке и бесцеремонно разворачивает ее к себе лицом.

— Серьезно, Кейс? Серьезно?

— Угомони его, Андерсен. Он пугает людей.

Кеннет говорит спокойно, ровным тоном, но Бен видит огонек злости в его глазах. Олсен, может и признал свои ошибки, но друзьями они после этого не стали. Бен не замечает, как перед ним возникает Вик. Баскетболист внимательно смотрит в глаза напротив. Его голос тверд и холоден, когда он обращается к Бену.

— Отпусти ее и прекрати орать. Когда ты успел стать гетерофобом?

Бен мгновенно отступает. Моргает потерянно, трет глаза. Вик все еще смотрит на него непроницаемым взглядом. Он протягивает руки, приподнимает бровь, мол, успокоился, все хорошо. Бен кивает. Дает себя обнять. Он видит, как бережно Кеннет держит Кейси за руку, как девчонка тянется к нему всем телом. Нет, он не гетерофоб. Девушка выглядит счастливой. Он безумно за нее рад. Но Кеннет? Серьезно? Почему из всех людей на планете, она выбрала именно эту невоспитанную обезьяну?

— И давно? — интересуется он, оглядывая обнимающуюся парочку.

— С Рождественских каникул.

Кейси виновато улыбается. Она не рассказала лучшему другу, еще бы ей не было стыдно. Вот только Бен забыл спросить, рассказала ли она вообще кому-нибудь о своем новом парне. А потом он переводит взгляд на абсолютно не удивленного Виктора. И это почему-то до глупого злит мальчишку.

— Ты знал?

— Только слепой не заметил бы. Или гетерофоб.

— Я не гетерофоб!

Бен уже готов броситься с кулаками на раздражающе спокойного Андерсена. В конце концов, Кейси и его подруга тоже. Как можно позволить ей встречаться с таким придурком, как Олсен. Бен выдыхает, успокаиваясь. Вик тоже был таким, но их отношения пошли ему на пользу. Он просто не уверен, что Кеннет сможет измениться. Бен не уверен, что в нем тоже есть свет. Ведь Андерсен хоть и козел, но в нем всегда была честь. В Олсене же она может и была, но очень глубоко в душе, ведь он напал на беременную девушку.

— Ладно. Прекращайте. У нас выпускной, мы должны веселиться. Скоро скажут, кто стал новыми королем и королевой. Идем.Я хочу знать, кто получит эту чертову корону.

Все оборачиваются на Тину. Она берет Бена под руку и тянет в зал. Там грохочет музыка, всюду воздушные шары. Красные, белые, бежевые — Кейси неслабо запарилась с подбором цветовой гаммы. Длинный стол с пуншем и закусками накрыт персиковой скатертью. Дэвид с кучкой баскетболистов стоят у чаши с напитком, скалясь слишком подозрительно. Скорее всего, там уже полно алкоголя. Диджей мастерски меняет музыку. Раздражающий грохот сменяется плавной мелодией.

— Потанцуем?

Бен берется за протянутую руку. Вик ведет его на танцпол. Рядом кружатся в вальсе Тина с каким-то парнем и Кеннет с Кейси. Бен и не знал, что эта говорящая обезьяна умеет танцевать вальс, правда, что Вик умеет танцевать вальс, он тоже не знал. Хадсон сильнее сжимает плечо своего парня, позволяет ему вести в танце и заставляет себя прекратить представлять, как Кеннет и Кейси… Нет, он определенно точно не хочет представлять, чем они будут заниматься после праздника. Боже, он думает, как гетерофоб. Но это же не правда. Просто Кейси с Олсеном… У него точно будут кошмары.

***

Вик считает себя самым большим дураком на свете. Он свято верил, что над ним будут издеваться все, кому не лень, когда узнают, что он гей. Но сейчас капитан обнимает Бена, прижимает его к себе на глазах у всех, и на них никто не смотрит. Только Тина и Кейси кидают обеспокоенные взгляды, будто боятся чего-то. И Вик знает, чего они боятся. Он тоже боится, только скрывает это лучше. Громкий голос директора отвлекает его от ненужных мыслей.

— Минуту внимания, дамы и господа, — директор стучит пальцем по микрофону, — У меня в руках конверт. В нем то, что все вы ждали целый год. Пришло время огласить имена новых короля и королевы бала выпускников старшей Мэдисонской западной школы.

Кто-то дает барабанную дробь. Мужчина на сцене откашливается и вскрывает конверт. Вик буквально кожей чувствует напряжение, сковавшее директора. Тина беспокойно топчется рядом. Они прошли в окончательный тур голосования вместе, но шанс на победу оставался чертовски маленьким, учитывая события последних четырех месяцев.

— Королем бала выпускников старшей Мэдисонской западной школы становится…— директор делает паузу, оглядывая толпу, — Виктор Андерсен!

Вик никогда не улыбался так ярко, как в тот момент, когда шел сквозь одноклассников к сцене. Рядом с ним появляется прошлогодний король и капитан баскетбольной команды. Стив надевает ему на голову корону, хлопает по плечу. Вик держит в руках жезл, а на голове чувствует тяжесть пластиковой короны. Он шел к этому весь год. Он пережил столько всего, столько всего натворил и столькому позволил натвориться. Вик подмигивает фотографу, машет рукой друзьям. Что бы там не происходило, этот пункт тоже можно вычеркнуть из списка того, что надо было сделать в выпускном классе.

— Отлично. Поздравляем нашего капитана с заслуженной короной. А теперь черед королевы… — директор запинается на полуслове, — Тут, наверное, какая-то ошибка?

Мужчина встревожено смотрит на коллег. Учитель литературы и учительница биологии подсчитывали голоса буквально час назад. Они отрицательно мотают головами. Он уверен, что коллеги не могли ничего напутать. Вик замечает, как тот нехотя снова подходит к микрофону. Он успевает прочесть написанное имя раньше, чем директор произносит его вслух. Его взгляд устремляется в зал.

— И королевой… то есть вторым королем бала выпускников старшей Мэдисонской западной школы становится Бенедикт Хадсон. Господи прости.

Вик находит взглядом сжавшуюся фигуру посреди замершего зала. Люди расступаются, оборачиваются в поисках «королевы». Андерсен стискивает в руках жезл до побелевших костяшек, чувствует, как гнется непрочный металл. Он сжимает зубы, чтобы не начать выяснять прямо сейчас, чья эта шутка. Бен проходит сквозь образовавшийся «коридор» с опущенной головой. Парень поднимается на сцену под сочувствующие взгляды директора и учителей. На его голову водружают тиару, а в руки дают такой же жезл, как у «первого» короля.

Андерсен не знает, что делать. Мальчишка на сцене горбится все больше. Жезл в его руках дрожит. Вик ненавидит себя в эту секунду. Если бы ни он, Бену бы не пришлось переживать такое унижение. Вик смотрит на притихший зал. Он замечает встревоженную Тину и откровенно напуганную Кейси рядом с волнующимся Кеннетом, который расстегивает свой фрак. Волнующимся? Вик осматривает бывшего лучшего друга. Да, тот действительно волнуется и готовится к тому, что капитан полезет в драку. Значит, это не его рук дело. В дальнем конце зала Вик замечает знакомую фигуру. Майк смотрит на них без какой-либо эмоции на лице. Но Андерсен видит сжатые кулаки. Шеппард злится не меньше его самого. Бен не заслужил всего этого.