Догадываюсь.

«Придя в Акатсуки в первый день учебного года, я совсем не обрадовался, увидев твоё имя в списке класса. Думал, что при встрече уничтожу тебя на месте, но стоило мне лишь тебя увидеть, как от моей ненависти не осталась и следа. Влюбленный идиот, м, — с его губ сорвался невеселый смешок. — Я предложил тебе дружбу и божился при этом, что мне нужно лишь общение, а сам надеялся, что мы всё вернём. Будем вместе, как раньше, м. Я столько раз звал тебя куда-нибудь сходить вдвоем, чтобы никаких Ино и Шикамару не было рядом, но всегда слышал в ответ тысячу отговорок. У тебя было время на всё, кроме меня».

Я избегала встреч с ним наедине, это правда. Просто знала, что он захочет чего-то большего, чем просто подержать меня за руку, вот только я этого «чего-то большего» почему-то боялась.

«Когда ты продинамила меня со свиданием в последний раз, я нашел альтернативу, как скрасить себе выходной, и провел его в компании Карин, Джуго и Суйгетсу… Мы были не разлей вода в Ива. С парнями я и в Акатсуки продолжал общаться, а вот с Узумаки были проблемы. Она-то и изъявила желание забыть былые обиды и предложила нам собраться вчетвером, как в старые добрые времена. В общем-то, всё было круто, не считая того, что я изрядно перебрал с бухлом. Между нами начались разговоры за личную жизнь, и слово за слово дело дошло и до меня. — Я непроизвольно сжала руки в кулаки, уже зная, к чему он ведет. — Суйгетсу начал гадко посмеиваться, что я только унижаюсь и зря трачу время, бегая за тобой. Сказал, что на меня тебе насрать, а меня это задело, м. Тогда-то и родился этот спор — глупый и абсолютно аморальный».

Вот тут я уже не выдержала и, поставив видео на паузу, направилась к раковине, чтобы умыть лицо холодной водой. В ушах всё звучал голос Карин: «Он поспорил с нами на не хилую сумму, что завалит тебя до конца месяца. Честно, мне даже немного тебя жаль» — и я не могла заставить его заткнуться. И ради чего это всё? Ради собственного задетого самолюбия?

— Ладно, Тсукури, — с нервозным смешком я стряхнула руки от капель, вернулась к ноутбуку. — Так и быть, я тебя дослушаю.

«Уже наутро я осознал, что натворил, и хотел забрать свои слова обратно, но Карин лишь помахала у меня перед носом телефоном, на котором была записана моя пьяная рожа, обещающая уложиться в срок, и сказала… что у меня нет выбора. Иначе она всё расскажет тебе. А я был готов и заплатить — лишь бы ты ни о чем не узнала — но на тот момент у меня не было таких денег, и потому я решил потянуть время, м».

И Карин всё равно мне всё рассказала, хоть до конца срока у Дея была еще неделя. А я ей сразу же поверила, даже не попросив никаких доказательств, хотя они у неё, судя по всему, были. Почему?..

«Я уже говорил тебе это много раз, — Тсукури склонил голову набок, осуждающе прищурившись, — но ты слишком много терпишь, когда тебе что-то не нравится. Копишь что-то, надумываешь, ждешь каких-то подходящих моментов, а потом просто захлопываешь дверь перед самым носом, не позволяя ни оправдаться, ни что-то исправить, м. Эдакое «варись сам в своём дерьме, а я ухожу». Зачем копить обиды и негатив до точки невозврата? Зачем ты и на этот раз три дня ждала, чтобы сказать мне, что всё знаешь? Мы же могли всё спокойно обсудить, и я бы рассказал тебе всё, как есть, лично».

Да, Дейдару всегда это бесило. Он-то всё время затевал ссоры сразу, как его что-то начинало злить, а я предпочитала отмалчиваться. В этом мы полные противоположности, как и во многих других вещах. Как мы, будучи настолько разными людьми, вообще умудрялись друг с другом ладить?

«Знаешь, — Дейдара тяжело вздохнул, взъерошив волосы рукой, — когда я только сел записывать это видео, я думал, что в конце попрошу тебя всё забыть и дать нам ещё один шанс хотя бы для дружбы, но теперь понимаю, что мне это не нужно. Я больше не хочу уверять себя и других, что смогу спокойно с тобой дружить — не смогу. Мне претит сама мысль, что ты можешь принадлежать кому-то кроме меня. Сегодня ты сбросила мой звонок, — он криво усмехнулся, уставившись куда-то в стол. — Была со своим новым парнем? Мило, м. Очень мило. Надеюсь, вы в этот момент хотя бы не трахались, и я не сильно вам помешал».

На душе вдруг стало обидно, склизко и мерзко. Дейдара причинил мне столько боли, и даже после всего этого умудряется сделать из себя жертву обстоятельств. Имеет ли он вообще хоть какое-то право попрекать меня новыми отношениями после всего того, что между нами произошло? Нахмурившись, я резко взялась на крышку ноутбука, чтобы её захлопнуть, но так и не решилась совершить задуманное.

«Это несправедливо, — голос Дея дрогнул, он поджал губы, и выражение грубой насмешки стерлось с его лица. — Почему из нас двоих только ты можешь двигаться вперед, а я до сих пор торчу, как дебил, в прошлой осени и продолжаю тебя любить? Ненавижу тебя, Хигураши. Ненавижу. Надеюсь, без меня ты никогда не будешь счастлива, м».

На этом видео оборвалось, погрузив пространство в гнетущую тишину, а я всё так же смотрела в экран, не в силах пошевелиться и ощущая, как холодеют пальцы. Ну и как это всё понимать?

========== Глава 24. Пробелы ==========

Пару минут назад мне позвонила Ино и страшным голосом прошипела в трубку, что Итачи пришёл на репетицию. Вообще говоря, он грозился это сделать еще вчера, но решил явиться к нам на огонёк именно сегодня — в день, когда мне ну очень нужно было прогулять ради планового похода в клинику.

«И где ты пропадаешь, Хигураши?» — высветилось на экране мобильного, и сердце в груди испугано ёкнуло. Глупо было надеяться, что мой парень, он же — классный руководитель, просто возьмет и не заметит моё отсутствие. «Прости, проспала» — бегло напечатала я, нервно закусив губу. Лгунья. Какая же я лгунья. Итачи должен знать о моих проблемах, но боже! Как же мне страшно ему о них рассказывать. «Где ты пропадаешь, Хигураши?» — «У психотерапевта, милый». Хорошее начало отношений, ничего не скажешь.

— Вот ваши бланки, — симпатичная девушка-регистратор приторно-вежливо улыбнулась, протянув мне несколько розоватых листков бумаги, только-только выпрыгнувших из принтера. — Учиха-сан уже ждёт вас.

Я замерла, непроизвольно сжав в руке листы сильнее, чем следовало бы. Похоже, перенервничала, отвлеклась, и услышала не то, что нужно.

— Кто, простите?

Девушка одарила меня не самым дружелюбным взглядом, но дежурной улыбки с лица не стерла.

— В шапке всё написано. Всего вам доброго.

Досаждать и дальше я не стала и, пробубнив короткое «спасибо», двинулась на негнущихся ногах в сторону лестницы. Вообще-то от меня не должны были отмахиваться, как от надоедливой мухи, как бы глупо мой вопрос ни звучал, однако я не из тех людей, что любят раздуть скандал на почве ущемленного самолюбия. А вот Дейдара бы точно это просто так не оставил. Он ведь так не любит, когда им пренебрегают… чем я занимаюсь с завидной регулярностью.

Тсукури наверняка надеялся получить хоть какую-то реакцию на то видео — не вчера, так сегодня. Ну а, что касается меня, так я понятия не имею как должна реагировать и что ему говорить при встрече. Тяжело это признавать, но его слова меня тронули. Может, Дейдара действительно меня любит; может, искренне жалеет о том, что сделал. И какая-то, очевидно, не лучшая часть меня хочет «оставить дверь приоткрытой», дать Дею надежду, что наша с история еще не закончена… Но я не стану этого делать. Не хочу оставлять пути отступления на случай, если у нас с Итачи не сложится. Это будет подло по отношению к ним обоим, и после такого я себя точно возненавижу. Только вперед, Нами, только вперед…

Тряхнув головой, чтобы отвлечься от тяжелых мыслей и сосредоточиться, я таки выискала имя своего нового психоаналитика, указанное на бланках и едва не поперхнулась воздухом — «Шисуи Учиха». Понятия не имею, какая фамилия у лучшего друга Итачи, ибо мы с ним толком и не знакомились, но внешность у него явно была… учиховская.