У Рика нет никаких сил контролировать еще и свои дрожащие конечности, вся сила воли уходит на то, чтобы сдерживать свое дыхание. Наглые руки тянутся к Диксону, запутываются в его мягких волосах, дергают, хотя на самом деле того не требуется — просить или что-то объяснять.
Дэрил совершает еще несколько движений, что заставляют яйца поджаться. Прохладный ветерок остужает влажную кожу, но горячий язык вновь согревает, скользит от основания к головке и вновь вниз. Рику этого становится достаточно, он только и успевает панически вздохнуть. Мягкие губы вновь накрывают головку, и горячая сперма растекается на языке Диксона, чтобы исчезнуть у него во рту. Язык вновь проходится по стволу, собирает остатки.
Когда рот наконец-то перестает терзать его, Рик опускается на пол. Почему-то получается, что он устраивает свою задницу на коленях Диксона, но это совершенно не беспокоит, разве что рана вновь напоминает о себе. Бедро становится влажным, и хочется надеяться, что только от пота. Рик устало прижимается к мужчине, утыкается носом в его шею, лениво поглаживает крепкие плечи.
— Прости, я сейчас…
Так и не отрывая носа от шеи мужчины, он тянется вниз, но Дэрил перехватывает запястье и укладывает к себе на талию.
— Не нужно, — хрипло бормочет тот.
— Ну уж нет. Я хочу сделать тебе приятное.
— Граймс, я сказал, не нужно…
Но Рика никогда нельзя было отговорить, если он в чем-то очень уверен. Он выворачивает руку и накрывает ширинку Дэрила, только и натыкаясь на влажное липкое пятно. Пальцы замирают, Граймс напрягается. Ему приходится приложить немало усилий, чтобы заставить себя поднять голову. Но награда стоит того, он прижимается к мягким губам, лижет, собирая собственный вкус.
— Черт, чувствую себя виноватым, счастливым и невероятно уставшим. В следующий раз все должен сделать я.
— Давай, поднимай свою задницу, — подталкивает его Дэрил. И когда обиженный Рик все же поднимается, тянет его в гостиную.
В комнате никого не оказывается. Толстый уродливый огрызок свечи мигает в последний раз перед тем, как все погружается в темноту. Однако Граймс и не против. Он послушно укладывается на диван, сворачивается на нем, подложив под бедро подушку, чтобы во сне не тревожить рану, и, пробормотав что-то невнятное, засыпает.
Дэрил не спешит уйти, он окидывает тихо захрапевшего мужчину взглядом и, прихватив тарелку, которую использовал как пепельницу, погружается в старое глубокое кресло.
«Ну что, доволен, братишка?» — тянет из темноты знакомый голос. Мрак сгущается, превращаясь в хорошо узнаваемую фигуру. Мэрл в несколько шагов оказывается рядом, усаживается на стол и тоже закуривает. «Ты добился своего. Подергал корнишончик шерифа. Не жалеешь?»
— Что тебе нужно? — устало спрашивает Дэрил. Он трет переносицу и глубоко затягивается.
«Хмм… Может, я стараюсь тебе напомнить о том, что все здесь не так дохера весело? А может, ты просто чокнулся из-за вины. Ты ведь бросил меня, братишка, продал за задницу этого ублюдка». Он задумчиво поднимает со стола пепельницу, взвешивает ее в руке и отправляет в стену. Громкий звон бьет по ушам, но Рик не просыпается, да и никто не сбегает вниз, чтобы понять, что происходит. Пепельница тут же оказывается на том же месте. «Знаешь, тебе кажется, что этого парня надолго не хватит», — замечает Мэрл. — «И я думаю, что ты прав».
Дэрил кривится и качает головой. Он практически не реагирует на слова брата, откидывает голову на спинку кресла и выдыхает белый дым. Сегодня ничто не могло испортить ему настроения.
========== Часть 14 ==========
Палец постукивает по колену, рождая в тишине комнаты единственный звук помимо тихого дыхания спящего человека. Уже выкуренная сигарета падает в общую горку, а ее место занимает другая. Дэрил затягивается, горький дым наполняет легкие, но даже через него на языке ощущается чужой вкус, который словно впитался в рецепторы. Взгляд возвращается к беззаботно сопящему Рику, что свернулся на кровати, словно ребенок. Голые ступни ярким пятном выделяются на темном покрывале. Мужчина ежится, поджимает пальцы и вновь успокаивается, разве что рука тянется к бедру, чтобы поскрести его. Рик шумно причмокивает губами и затихает.
Покалывает мысль о том, чтобы устроиться рядом с ним, в самом уголочке, Дэрилу хватит места, но, конечно же, он ничего подобного не сделает. Диксон не настолько смелый. Он задумчиво трет большим пальцем нижнюю губу, по позвоночнику устремляются кусачие мурашки, а сердце вновь подпрыгивает. Ему до сих пор не верилось, что все происходило так, но вот она реальность, из-за которой до сих пор першило горло, а уголки губ немного побаливали.
Первые лучи солнца только поднимаются над горизонтом, свет едва касается неба, а Рик вновь приходит в движение. Мужчина чешет голову, ерзает и, судя по тому, как его дыхание сбивается, собирается проснуться. Ярко-голубые глаза распахиваются и тут же находят Дэрила, заставляя того замереть и почувствовать неуверенность. В воздухе повисает напряжение, которое Диксон не знает, как разбить. Но вот на губах Рика появляется легкая улыбка, он довольно тянется и тихо выдыхает.
— Сегодня отправляемся, — первым делом томно постанывает Рик. — Никто еще не встал?
Граймс плавно поднимается на ноги. Он слегка разминает раненную ногу и вместо того, чтобы подойти к воде, сворачивает к Дэрилу. Он не торопится, как будто намеренно издеваясь над Диксоном, или же дает шанс выбрать, но охотник даже не думает о том, чтобы сдвинуться, наоборот, он вжимается в кресло и замирает.
Рик аккуратно огибает препятствие, его рука задевает висящее одеяло, и на какое-то мгновение в комнату врывается алый свет. Он запутывается во вьющихся волосах, окрашивает кожу и тем самым создает странную, но завораживающую картинку, которая надолго застрянет в голове Диксона. Граймс выглядит как сказочное существо, скорее всего, не доброе. Дэрил бы назвал его демоном. Розоватая кожа, блеск в глазах, свет, исходящий от фигуры. В желудок падает тяжелый камень, а язык присыхает к гортани. Однако все это всего лишь мгновение, которое быстро исчезает. Яркая фигура теряет цвет, на лицо ложится отпечаток полумрака, рядом оказывается все тот же Рик, земной и реальный, к которому можно прикоснуться.
Рука сама по себе тянется к мужчине, но Дэрил быстро одергивает ее и просто чешет плечо. А Граймс медленно наклоняется, потихоньку нос оказывается напротив его, а глаза настойчиво сверлят лицо. Рик словно сам не знает, что нужно делать. Что-то решив, он наклоняется вперед, и мягкие теплые губы прижимаются ко рту. Этот поцелуй не похож на все, что были между ними, утверждающий, но в то же время осторожный, Граймс ставит жирную точку во всем этом, и Дэрил практически готов ему поверить.
Это длится всего лишь секунду. Граймс отстраняется, по его губам тенью пробегает шкодливая улыбка. Он уже открывает рот, чтобы что-то сказать, но слышится громкий скрип половицы, на лицо Рика ложиться легкая тень, которая, впрочем, быстро исчезает. Мужчина спокойно возвращается на свой диван, садится и целомудренно складывает руки на коленях, и только в глазах все поблескивает огонек, да уголки губ слегка дергаются, того и гляди, сложатся в издевательскую усмешку.
— О, вы уже проснулись, — удивленно произносит Кэрол. — Я думала, вы поздно легли спать.
Скорее всего, в ее словах нет никакого подтекста, но на щеках Рика расцветают пятна румянца. Сам Дэрил нервно зажевывает губу и отворачивается к окну. Взгляд проскальзывает через небольшую щель, чтобы окинуть доступную ему территорию. Как всегда, тихо, но краем глаза Дэрил продолжает следить за обеими сторонами.
Рик поднимает руку, чтобы почесать шею, и смущенно улыбается. Морщинки трогают уголки глаз, а лицо как будто бы выделяет свой собственный свет. Он выглядел действительно красивым в этот момент.
— Я сейчас быстро приготовлю завтрак.
Кэрол дергает край майки и кивает в сторону кухни, но уйти она не торопится. Взгляд прикипает к Рику, как будто она ожидала от него чего-то.
