Ева, не подозревая о драме в душе своего верного питомца, подключилась к приготовлению завтрака: она повязала вокруг тонкой талии большой белый передник и занялась блинчиками, довольно быстро освоившись на большой кухне Шона. Наблюдая за тем, как она быстро и умело замешивала тесто, аптекарь думал о том, что простая жизнь, без дворцовых излишеств и слуг, была куда больше по душе молодой королеве. Должно быть девушке, выросшей вдали от города и дворцовой роскоши, трудно было привыкнуть к тому, что её постоянно окружает целый сонм слуг и служанок, готовых предупредить любое желание. На месте Евы он на второй день почувствовал бы себя, как в темнице.
Когда Ева закончила печь блинчики, она аккуратно взяла сверху один, подула на него, остужая, и склонилась к очагу, протягивая угощение своему верному Рою, который тихо лежал, внимательно наблюдая за происходящим на кухне.
— Держи, наш храбрый спаситель! — ласково потрепала его за уши девушка. — Что-то ты сегодня какой-то притихший.
Рал взглянул на неё преданными глазами, угощение тут же исчезло в волчьей пасти, а шершавый язык облизал руки девушки. Хвала духам, она вспомнила сегодня о его существовании! Хмурое утро впервые блеснуло яркими красками для волка.
— Итак, какие у нас планы? — спросила Делия, когда все сели завтракать.
— Думаю, что надо как-то выяснить, что произошло во дворце и кто победил — Эгримонт или Палмер, — ответила Ева, аккуратно засовывая ложку с манной кашей в ротик Мелинды. — Если Эгримонту удалось подавить восстание, значит нам ничего не грозит, и мы сможем вернуться домой, а если нет…
— В таком случае, нам придётся скрываться, чтобы спасти жизнь Мелинды и твою, — грустно продолжила за неё Делия.
— Неужели Империя окажется во власти этого мерзкого капитана Палмера? — горестно пробормотала королева. — И я ничего не могу поделать с этим!
— А что ты можешь сделать против армии, девочка? — пожала плечами Делия. — Самое разумное сейчас — затаиться, хотя бы на время. А уж потом искать тех, кто остался верен Лорду Ралу и его наследнице. Если такие найдутся, конечно.
— Как они могли, все эти воины? — вдруг гневно выкрикнула Ева, непроизвольно прижимая к себе малышку-принцессу, — они ведь давали присягу! Почему они так легко предали своего короля?!
— Думаю, Делия права, — осторожно вставил своё слово Шон. — Если позволите мне высказать своё мнение, думаю, что о событиях в Народном дворце следует узнать Матери-Исповеднице, в конце концов, она — главный гарант справедливости в Новом Мире.
— Я тоже хотела бы сообщить Кэлен, но Эйдиндрил очень далеко, а мы сейчас вынуждены скрываться, — вздохнула Ева, глядя на Шона потухшими глазами. — Боюсь, и правда придётся затаиться на время. Но со временем, я должна вернуть своей дочери престол, это мой долг, как матери и королевы!
Её маленький, упрямый подбородок воинственно поднялся, а голубые глаза гордо сверкнули. Вот сейчас она снова была королевой Д‘Хары, а не простой деревенской девушкой. Глаза Рала горделиво блеснули, когда он услышал её заявление. Всё-таки его жена успела стать настоящей королевой за эти полтора года, что она была регентом.
— Я мог бы съездить в столицу и разузнать подробности восстания, — вдруг предложил Шон. — В городе у меня есть несколько поставщиков лекарственных трав и настоек, я и так периодически наношу им визит, так что моё появление никого не удивит.
— А ведь и правда! — всплеснула руками Делия. — До столицы рукой подать, и уже завтра ты сможешь привезти нам новости.
— Это было бы отлично! — просияла Ева и в порыве благодарности положила свою маленькую ручку на руку Шона, вызвав у того смущённое покашливание.
— Тогда нечего откладывать, я немедленно отправлюсь в путь и уже ночью вернусь обратно, — поспешно закивал аптекарь, стараясь не выдать своего смущения.
Сразу после завтрака Шон запер аптеку, повесив табличку «закрыто» и быстро собрался в дорогу. Делия и Ева провожали его, заранее волнуясь из-за неизвестности и предстоящего томительного ожидания вестей.
— Никуда не выходите из дома, прошу вас, — обратился к ним обеим Шон. — И волка не выпускайте, он такой необычный и большой, что может выдать вас не хуже боевого знамени. Если будут стучать в дверь, не открывайте.
— Конечно, не волнуйся, — пообещала Делия. — Мы и сами не горим желанием попасть в руки проклятого Палмера.
Едва дверь за Шоном закрылась, а ключ провернулся в замочной скважине три раза, Ева нервно вздохнула, сжимая ладони в кулаки, словно на удачу.
— О, Создатель, пусть он принесёт нам добрые вести! — прошептала королева, ещё лелея в душе безумную надежду.
***
— Добрые жители Д‘Хары! — громко и пафосно возвестил Дэниел с главной башни Народного дворца. — Позапрошлой ночью в нашей благословенной столице произошло ужасное горе! Я, капитан Дэниел Палмер из корпуса Дракона, взял на себя бремя принести вам дурные известия. Во дворце произошла попытка государственного переворота! Бунтовщики, во главе которых стоял первый советник Эгримонт, убили Лорда Рала!
В ответ по огромной толпе прокатился ропот голосов, с каждой секундой становившийся всё громче, пока не превратился в оглушительный гвалт. Люди не могли поверить в услышанное — неужели король мёртв?! Как такое возможно?!
Палмер поднял руку вверх, призывая народ к тишине, и крики постепенно стихли. Люди жаждали подробностей.
— К сожалению, когда мы пробились в покои короля, помочь ему было уже нечем… — с притворной горечью опустил голову капитан. — Но, хвала духам, мы смогли отомстить за его смерть и схватили главного виновника — бывшего советника Эгримонта, этого предателя, нарушившего присягу Лорду Ралу! Но даже не это самое страшное. Под пытками он выдал своих сообщников, и оказалось, что заговором руководила королева!
На этот раз гул возмущённых голосов перерос в рёв. Толпа разделилась на две части — одни верили в виновность королевы, другие — яростно отрицали подобную мысль. Всё-таки за время своего регентства королева сделала немало добра народу и поверить в её предательство было сложно.
— Королева предала нашего Лорда дважды! — ещё громче выкрикнул Палмер. — Она не просто замышляла убить его, но и нарушила свои брачные обеты. После смерти короля она собиралась сочетаться браком с Эгримонтом и посадить его на трон Д‘Хары!
Новый всплеск гневных криков всколыхнул толпу и Дэниел с опаской поглядывал на людей, лица которых покраснели от ярости. Эта идея с самого начала не понравилась ни Марку, ни Заре, они оба пытались убедить Дэниела, что в такую откровенную ложь люди не поверят, но это было единственным, что пришло в голову капитану в обстановке, когда размышлять было некогда.
Палмер внутренне сжался, уже представляя, как толпа растерзает его за наглую ложь, как вдруг, откуда-то из середины людского моря, раздался гневный рёв:
— Смерть безродной блуднице! Отомстим за Лорда Рала!
Капитан заметил затесавшегося в толпу народа воина из корпуса Дракона, сменившего форму на обычную одежду горожанина. Толпа на миг затихла, а потом сразу с нескольких сторон послышались вторящие крики:
— На эшафот её!
— Отрубить ей голову!
— Отомстим за короля!
Вздох облегчения вырвался у капитана против воли, а глаза скользнули по Марку и Заре, которые стояли справа от него. Он снова поднял руку, призывая к молчанию.