— Если сможешь, — насмешливо бросил Ваня. Ким понял — он с самого начала знал, что уговорит его. Хотя бы потому, что был в курсе, какой Ронвуд кобель и что не упускает возможности доказать всем и каждому — он альфа, а не гамма-недоделок.
Ким добродушно рыкнул и накрыл рот Вани своим. Раньше они не переходили грань дружбы, а теперь это оказалось вкусно и нелепо. Русский совсем не умел целоваться, стучался зубами о зубы и кусал губы.
Раз оба согласны — не стоит тянуть. Ким погладил голую грудь и живот Вани ладонью, наслаждаясь мягкостью его кожи. Отвлекая поцелуем, он скользнул под резинку трусов пальцами и мимолетно дотронулся до небольшого члена. Все было до невозможности странно. Он никогда не представлял Ваню своим партнером, хотя и признавал, что он хорош.
Бедный Ваня уже весь промок. Его дурманящий запах становился ярче, открываясь новыми соблазнительными тональностями. В них присутствовала горчинка, характерная альфам, но Ким знал — никто, кроме других гамм, не мог докопаться так глубоко. Как, к примеру, и Чак не ощущал ничего подобного. Он с нежностью коснулся губами тонких выпирающих ключиц, вздымающейся в неровном ритме груди и твердых сосков, перекатывая чувственную горошину в зубах и посасывая ее.
Ваня тихо, низко постанывал от прикосновений и горячего дыхания партнера. Очень нерешительно, будто не был уверен, что уже пора. Кима умиляла эта слабость и растерянность. Ваня совсем не пах девственностью, и Ким отлично знал, при каких обстоятельствах ее у него забрали. Потому не хотелось резких, грубых, властных движений. Наоборот, проявить ласку, сделать все неторопливо и доставить сладкое, томное наслаждение.
— Сними их! — прохныкал Ваня, дернув края шортиков и закусив губу.
Ким выполнил просьбу, медленно, растягивая удовольствие от чуть смущенного вида русского, стянул последние элементы его одежды и отбросил на пол. Он глянул еще раз на дверь в комнату, убеждаясь, что она заперта и им не стоит бояться неожиданных гостей. Ваня закатил глаза и нетерпеливо потянулся к своему члену. Ким перехватил его ладонь и мягко, но настойчиво убрал в сторону. Их пальцы переплелись. Он расцеловал татуху на бедре и облизал шрам, который нельзя было увидеть — только почувствовать. Короткими поцелуями он подкрадывался к паху Вани, оставляя свой путь на коже влажной дорожкой. Неторопливо, словно на пробу Ким обхватил губами член русского. Ощущать во рту узел, вполне выраженный у Вани, было странно. Он широко облизал ствол и помассировал головку.
— Вот это да! Приятно!
Ким усмехнулся, довольный тем, что сумел расслабить Ваню и отвлечь от дальнейших своих действий. Он вбирал член до основания, помогая себе одной рукой, теребя яички русского и обхватывая в кольцо. Пальцы второй руки кружились у входа Вани, надавливая, проникая совсем немного, дразня. Смазки было достаточно, дырка уже припухла и покраснела, пульсируя от желания принять в себя член. Ким протолкнул один палец и поворачивая внутри, поглаживая шелковистые стенки.
Ваня напрягся: брови съехались к переносице, появилась гримаса. Он сжал рукой простынь. Ким рвано вздохнул и решил продержаться еще немного, хотя терпение таяло, словно мороженое на солнце. Он спустился ниже и принялся ласкать Ваню языком, слизывая смазку. Тут уж русский застонал от удовольствия. Лицо зарумянилось, а ресницы мелко подрагивали. Он не заметил, как в него неторопливо проник один палец, захлебываясь собственными стонами. Но второй он почувствовал и опять замялся.
— Так у нас не получится, — шепнул Ким, снова покрывая поцелуями шею и прокручивая пальцы по часовой стрелке, позволяя Ване привыкнуть. — Я не сделаю больно, Вань, расслабься. Ты же хочешь этого?
— Да, — признал Ваня, выгнувшись и закатив глаза, когда Ким добавил третий палец и стал двигаться в нем, плавно и медленно.
— Поласкай меня тоже, — подсказал ему Ким, направив судорожно блуждающую по простыни ладонь Вани себе на ширинку. — Расстегни, погладь.
Русский чиркнул молнией на джинсах Кима и быстро добрался до возбужденного члена. Он был уже в полной боевой готовности, а яйца ныли от нетерпения. Тонкие пальчики обхватили его и провели вверх-вниз. Ким застонал и сам толкнулся вперед, прикусив кожу на шее Вани, сразу же целуя это место. Пальцы трахали русского все быстрее и решительнее, а тот уже забылся и постанывал от удовольствия.
Ким убрал руку и поднес ее к лицу Вани, наслаждаясь тем, с какой готовностью он обхватил их губами, слизывая собственную смазку. Взгляд затуманился, а щеки пылали румянцем — самое соблазнительное зрелище, которое Ким видел за прошедшие полтора года. Хотя даже Уилл не выглядел под ним таким нежным и робким.
— У тебя есть резинка? — шепнул он в ухо Вани. Тот слегка обескуражено помотал головой и вцепился в запястье Кима, когда он попытался встать. Русский распахнул глаза, испугавшись, что теперь никакого секса не будет и его бросят умирать от вожделения. — Сейчас вернусь, — пообещал Ким.
Он отыскал в своем рюкзаке пару презервативов и скинул одежду. Разорвав зубами упаковку, Ким надел резинку и навалился над Ваней, целуя в губы и одновременно шире раздвигая его ноги.
Он помог себе рукой и толкнулся в приоткрытую, обильно смазанную дырку. Ваня вскрикнул, впился ногтями ему в плечи и сжался вокруг него. Ким застонал от удовольствия и блаженно закрыл глаза. В русском оказалось так тесно и горячо, что кружилась голова, хотелось сорваться на быстрый, резкий темп и вдолбить его в кровать, срывая с губ хрипы и стоны.
— Тш-ш-ш, сейчас привыкнешь, — пообещал Ким. Он подождал и стал потихоньку двигаться. — Обними меня ногами и расслабься, я буду осторожен.
Ваня чуть помедлил, а затем послушно скрестил ноги у Кима на пояснице, хмурясь от каждого мягкого, короткого толчка, пока член проникал глубже, до основания. Он блуждал руками вдоль позвоночника Кима, с силой вцепился в плечи, когда Ким покачался внутри.
— Умница, вот так, — похвалил Ким, целуя уголок губ русского, а затем втягивая в полноценный засос, требуя ответной ласки и прикусывая. Ладонь опустилась на член Вани и погладила одновременно с тем, как первый раз вышел и заново плавно двинулся внутрь.
— Да! Мне хорошо, — хрипло проговорил Ваня и приподнял таз.
Ким воспринял это, как сигнал к более решительным действиям. Он сунул подушку ему под задницу, изменяя угол проникновения. Ему открылся потрясный вид, можно было понаблюдать, как член погружается в ласково принимающее тело. Ким закинул ноги русского себе на плечи, чтобы быть максимально глубоко в нем. Он навис на руках и стал понемногу увеличивать темп. Ваня уперся ладонями в изголовье кровати и изгибался, часто облизывая губы и закрыв глаза.
— Можно быстрее? — спросил его Ким, и сам зная, что да. Ему хотелось, чтобы Ваня сказал об этом.
— Да.
— А жестче?
— Да!
Ким улыбнулся и спустя пару движений сбился с мерного ритма, сорвавшись в сущее неистовство. Он чувствовал — его скоро настигнет оргазм и хотел кончить одновременно с Ваней.
— Ни звука, — скомандовал он, все резче врываясь в русского. Тот запищал, но сразу же закусил кулак, стараясь выполнить приказ и стать максимально тихим. Это оказалось очень сложно, особенно когда Ким схватил его член в ладонь и принялся дрочить с такой же яростью, с какой трахал.
Ваня излился себе на живот, все же не сдержавшись и застонав в голос. В заднице у него захлюпало. Он изогнулся, сдирая ногтями кожу у партнера со спины. Оргазм прошиб Кима следом за ним электрической волной. Жар прокатился по всем мышцам и отдался в затылке, замелькал яркими вспышками перед глазами. Ким захрипел, кончая глубоко в дрожащем от удовольствия теле.
— Точно сцепку? — быстро спросил он. Еще пару секунд, и обратного пути не будет. Ваня достаточно сексуален, чтобы узел продержался полчаса, а то и дольше. Тот согласно закивал, за что получил чувственный поцелуй-укус в сгиб шеи.
Ваня доверчиво уткнулся ему в плечо. Он только и успевал сладострастно поскуливать от микрооргазмов и тереться о живот Кима членом. Русский закинул на него ногу с татуировкой и Ким легонько поглаживал ее, размышляя о своем.