И, слабо говоря, удивился.

Рядом с ним, на краю кровати, сидел самый прекрасный человек, похожий на эльфа из-за слегка заострённых ушей. На него было больно смотреть из-за его неописуемой красоты, но теперь, ещё и в роскошных одеждах, подчёркивающих его аристократические корни, наслаждаться принцем было просто невозможно без слёз. Он смотрел настолько проницательными глазами цвета небосвода, что создавалось впечатление, что он видел куда больше, чем просто собеседника перед собой. Длинные чистые ногти вцепились в одеяло и без всяких предупреждений сбросили его на пол, отчего Рейчер даже вздрогнул. Ну и в придачу ко всей грациозности — длинные вьющиеся волосы самых чистых золотых оттенков, доходящие до лопаток и сияющие под мягким светом люстры.

— Кто… Вы? — выдохнул владелец чёрного амулета, очарованный красотой стоящего перед ним.

В чистых глазах эльфа неожиданно погасла притягательная искра понятного только ему счастья, заменяясь умилительным разочарованием. Рейчер прикусил язык и даже немного испугался, что посмел опорочить красоту прекрасного принца, поэтому начал растерянно озираться, пытаясь придумать, что бы такое сказать, чтобы загладить свою не искупительную вину. Но на ум как всегда ничего не приходило.

— Кто я? Вы-ы? — переспросил эльф, растягивая последнее слово и придавая в него ноты расстройства, ужаса и страха перед чем-то. — Рей… Ну… Как же… Прямо сильно ударился?

Рейчер отрицательно покачал головой, хотя даже сам не понимал, от чего — от того, что он ударился головой, или от того, что просто не понимает происходящего. Скорее, и того и другого понемногу, хотя парень просто хотел сказать этим, что хочет уйти… Только пока сам не зная куда.

— Понятно, — глубоко вздохнул эльф. — Опять амнезия. У тебя они, наверное, каждый месяц случаются.

— Откуда Вы знаете, что у меня… — наконец подал голос Рейчер, переставая быть немой рыбой. Вдруг его глаза озарились, а рот открылся от изумления. — Подожди… Ты! Вадя!

Если бы ещё минуту назад владельцу чёрного камня сказали, что он увидит обычного сироту, походящего сейчас уже не на бродячего эльфа, а на роскошного принца, о котором грезят девочки, в настоящем храме с драгоценностями с личной прислугой, то он повертел бы пальцем возле виска. Но теперь Рейчер был ошеломлён окончательно — это перебороло по уровню странности даже эксперименты отца. «Дальше пойдут говорящие животные, » — засмеялся мальчишка про себя.

Чтобы убедиться, что это точно не галлюцинации, вызванные при ударе головой об асфальт, Рейчер начал осматривать Вадима с ног до головы. Роскошные, когда-то непослушные волосы, которые раньше расчесать представлялось нечеловеческим трудом, теперь были волнистыми и переливались на мягком свете золотыми цветами. В лазурных глазах до сих пор мерцала искра незабвенного азарта, оставшаяся клеймом после чудовищных дней в детском доме, научивших его выживанию и власти над тем, кто слабее. Всё та же хищная ухмылка, пытавшаяся походить на миловидный жест, всё тот же аккуратный прямой нос. Лицо было тем же, но вычурная богатая одежда портила тот образ, который создавал эльф на протяжении многих лет. Отныне это не тот хулиган, готовый поживиться на чужом добре, а очередной маменькин сынок и принц, относившийся к ряду тех, кто не умел делать ничего своими руками и полагался на прислугу. И только Рейчер знал, что своими пальцами порядочный на первый взгляд человек по имени Вадим ещё совсем недавно воровал мелкие вещи, а благодаря своему чутью прибегал первым в самый эпицентр детских драк и побоев.

— Я думал, ты будешь удивлён больше, — усмехнулся Вадя, похлопав своего старого друга по спине. — Типа… Ты меня уж точно меньше всего ожидал увидеть.

— Да, тебе ещё предстоит многое мне рассказать, — согласился Рейчер и уселся на край кровати. Голова немного кружилась, но тело наконец избавилось от оков тяжкого свинца.

— Тебе тоже. Не каждый день окровавленные тела друзей лежат во дворе.

От этих слов в груди русого мальчишки закололо. Память о том непередаваемом ужасе, что испытал парень, начала возвращаться. Мальчишка схватился за голову, пытаясь забыть нахлынувшие воспоминания, но те только сильнее заполняли рассудок. Но теперь он был совершенно один, наверняка в безопасности — рядом с лучшим другом, который должен был поверить ему!

— Мы свяжемся с твоим отцом и вернём тебя к нему, — продолжил Вадим, удивлённый неожиданной реакцией прежнего товарища по крову. — Эй… А ты чего такой встревоженный?

— Послушай, я должен рассказать тебе всё то, что произошло со мной! — Рейчер схватился за пиджак блондина, как за спасательный плот. — Выслушай меня! У нас же есть время?

— Ну, у меня весь день расписан по минутам, но я отпросился следить за тобой, — протараторил эльф, любивший до потери сознания всякие истории. — Так что рассказывай во всех красках!

За прошедшие дни изменился не только Вадим, но и сам Рейчер, и, в отличие от друга, не в самую лучшую сторону. Хоть владелец чёрного амулета и выглядел живым, но по изменившимся чертам лицам такого сказать было нельзя. Серые глаза стали пасмурными, как седые и грозные тучи, в них уже не было огня задора. И если бы бывший Безымянный начал бы сразу лучиться и рассказывать шутки про своё отвратное самочувствие, то этот уже забыл про боль и с серьёзным выражением лица, которое люто презирал Вадя, начал излагать подробности пребывания у отца. Но самое страшное было не повзрослевшее лицо, глядевшее на друга суровыми глазами, а едва заметная седая прядь, спрятавшаяся под русыми волосами. Седина, показывающая то, что испытывал Рейчер. Но чтобы не свести с ума друга дальше, Вадим просто промолчал. Может, как трус, но ему казалось это правильным решением.

В следующие минуты блондин погрузился в рассказ русого парня. История была до абсурда смешна и нелепа, и иногда Вадя едва сдерживался, чтобы не захохотать, принимая это за шутку. Но голос Рейчера был далеко не задорным. Иногда владелец чёрного амулета делал паузы, чтобы проглотить засевший в горле комок, а чаще слова дрожали, как осенние листья на ветру. Большинство слов были неразборчивы, но это не мешало рассказу быть более жестоким. Непонятный прибор для контроля мозга, — такие вообще существуют? — странная улица, где нет людей, проклятые места, погоня и падение с третьего этажа.

— Да ты бы не выжил! — не удержался блондин. — Ты лежал на дороге, кровь была, конечно, но не настолько… Ни одного перелома, ты о чём! Действительно спрыгнул бы — наверняка было бы больше десятка, а так только ссадины. Они и то у тебя прошли!

— Что?.. — только и смог выдохнуть Рейчер.

Действительно, он мог свободно двигаться, ни одна часть тела не ныла, не считая тяжести. Заметив рядом с кроватью настенное зеркало в рост взрослому человеку, парень вскочил с кровати и очутился возле своего отражения. Такое же, как и всегда — целое и невредимое. Если бы мальчик не знал, что попал в передрягу, то ни за что бы и сам не поверил, что совсем недавно упал с непостижимой высоты, с какой люди в большинстве случаев просто не выживают. Что уже и говорить о Вадиме, который вообще не присутствовал в самом разгаре событий и видел лишь его тело.

Длинноволосый блондин смотрел на своего друга и даже не знал, как ему реагировать. В серых глазах Рейчера действительно была искра изумления и шока от увиденного в зеркале, но больше всего Вадима беспокоила та седая прядь, притаившаяся под остальными волосами, но только русыми. Разглядеть её пока было нельзя, ведь она находилась на затылке, но что будет, когда начнут терять свой цвет ею подобные?

В дальнем конце помещения вновь отворилась дверь, но на этот раз внутрь вошла элегантная женщина в не менее роскошных нарядах, чем Вадя. Платье цвета морской волны также переливалось на мягком свету и создавало впечатление настоящей бурной воды, текущей вдоль побережья. Дама была настолько худая, что Рейчер подумывал о том, что она была чем-то больна, но вслух произнести это он так и не решился. Голубые глаза пусть и казались сияющими и радостными, но нельзя было и не заметить в них явную усталость и раздражительность от окружающего мира, которую леди пыталась всячески скрывать за маской легкомысленной дуры. «Я где-то уже видел её, » — пронеслось в мыслях владельца чёрного амулета.