– Почему вы не дали ему кольцо? – спросил Эзра. – Это могло бы спасти его.
– Только в том случае, если бы кто-то согласился надеть второе кольцо и стареть за него. Даже если так, ты сам видел, в каком он состоянии, это только продлило бы агонию.
– Это не вам решать.
– Не мне, – легко согласился Марк.
– Но вы решили, – напирал Эзра.
Кауфман отложил газету и посмотрел на паренька. Подумал немного.
– Если бы он хотел, то попросил бы кольцо. Я бы не отказал, хотя бы потому, что это Клаус когда-то принес его сюда.
– Почему же он не попросил?
– Ты не поймешь, как не понял час назад.
– Попробуйте объяснить! – фыркнул Эзра.
Марк кивнул, пожевал губами.
– Мы с Клаусом одинаково смотрим на надежду и на чудеса. Заметь, я не говорю, что это верная точка зрения. Он пришел просить помощи в том, чего не смог сделать сам.
– В чем? – сомнамбулически спросил Эзра.
– Он просил лишить его надежды. Он получил, что хотел, – пожал плечами Марк.
Эзра долго молчал. Вдруг вскинулся.
– Вы сказали, что настоящее чудо происходит тогда, когда уже не надеешься, что оно произойдет. Не похоже, что бедолага исцелился.
– Как по мне, так прекращение многолетних страданий уже чудо.
– Вы сумасшедшие. Оба, – покачал головой Эзра.
Глава 8
– Я тут подумал, – Эзра оперся на швабру и посмотрел на Марка, – в лавку заходят люди из разных стран, но все они говорят на прекрасном английском. Даже тот старик из Астаны. Это тоже какое-то волшебство, да?
– Ну почему же, просто у меня эрудированные, интеллигентные и хорошо образованные покупатели, – хмыкнул Марк.
– Ты не можешь вечно уходить от моих вопросов!
– Спорим? – выглянул Марк из-за газеты.
– Ты невыносим!
– Это не я невыносим, это твой беспокойный разум невыносим, причем для тебя самого. Но если тебе станет от этого легче, то я могу ответить на один твой вопрос.
Эзра прислонил швабру к стенке и потер шею. Подумал.
– Сколько тебе лет? – спросил он, глядя на Марка.
– Я отвечу на какой-нибудь другой вопрос, – не отрываясь от чтения, сказал Кауфман.
– Так нечестно! – возмутился было Эзра, но сразу же понял, что такое не пройдет. – Ладно, магазин называется Марк и Валентайн, кто такой этот Валентайн?
– Другой вопрос, – невозмутимо бросил Марк.
– Ладно, почему ты никогда не выходишь из магазина?
– Я выхожу.
– Когда это?! – удивился Эзра.
– Это уже второй вопрос.
Эзра расстроенно схватил швабру и фыркнул.
Звякнул колокольчик, щелкнула табличка. Старик и подросток посмотрели на появившуюся надпись «Токио». Дверь стремительно распахнулась, ударившись об стену и задребезжав, будто ее открыли пинком. В лавку буквально влетел мужчина в полосатом костюме. Не удержавшись на ногах, он растянулся на полу. Следом вошел Генри. Мужчина попытался встать, но, судя по всему, испытывал какие-то трудности с координацией: он неловко поводил руками и сдался.
– Что это значит? – спокойно спросил Марк у Генри.
– Привет, Эзра! – Генри широко улыбнулся и протянул руку для приветствия. Эзра бросил швабру, обошел по широкой дуге лежащего на полу мужчину и поздоровался.
Генри повернулся к Марку, тот терпеливо ждал ответа.
– Эти су… – он глянул на Эзру, – сумасшедшие пытались не пустить меня в твой магазин.
– То есть их было несколько? – спросил Марк, откладывая газету.
– Пятеро.
– И зачем ты его сюда притащил?
Эзра подошел к окну и посмотрел на улицу. Еще двое мужчин в помятых костюмах, пошатываясь, шли к третьему, втиснутому между двумя мусорными баками. Их товарищ, судя по всему, лишился сознания. Пятого Эзра не заметил.
– Как зачем? – удивился он, снимая шляпу и зачесывая пятерней волосы. – Чтобы узнать, зачем они это делали.
Марк пожевал губами, вышел из-за прилавка, посмотрел на мужчину. Тот тяжело дышал, но все еще не пытался встать.
– Что ты с ним сделал? – спросил Марк.
– Ударил по голове.
– Есть нож?
– Да. – Генри откинул полу куртки и вытащил из чехла раскладной нож. – Что ты хочешь сделать?
Марк не ответил. Он сел на корточки рядом с мужчиной и взял его за руку. Тот попытался потянуть руку на себя, но Кауфман держал крепко. Он сунул лезвие под рукав и без труда, одним движением вспорол его, почти до плеча. Все присутствующие увидели татуировку, покрывающую всю руку и уходящую дальше к спине.
– Якудза? – спросил Генри.
– Нет, просто бандит, японец и татуировки любит, – усмехнулся Марк, вставая. – Выкинь его отсюда.
– А допросить?
– Как ты себе это представляешь, да и что он может знать? – ответил вопросом на вопрос Марк.
– Хотя бы кто у них главный, надо же как-то решить проблему, иначе они так и будут отпугивать покупателей или, того хуже, на лавку нападут, – резонно возразил Генри.
Эзра снова посмотрел на улицу. Там двое бандитов извлекли своего коллегу из щели между мусорных баков и пытались привести в чувство. Мальчик подумал, что даже если бы ему было жизненно необходимо попасть в лавку, через такой заслон он бы никогда не прорвался.
– Я просто заблокирую этот вход, – пожал плечами Марк. – Генри, ты выйдешь в другом городе или у тебя еще есть какие-то дела в Токио?
– Закроете вход? – нахмурился Эзра.
– Да, как тогда, в Бирмингеме.
– И люди не смогут прийти в магазин, чтобы купить то, что им, возможно, жизненно необходимо?
– Подождите, – прервал их Генри, – Бирмингем, Порту, Владивосток, а сейчас Токио, сколько выходов ты закрыл за три года?
– Намного меньше, чем могу себе позволить, – пожал плечами Марк и сел за прилавок. – Итак, ты остаешься в Токио или тебя выпустить в другом городе?
– Вообще-то я хотел кое-что тебе принести, но мне нужна сумка, иначе не дотащу. Одолжишь?
– Скажи мне, что это что-то действительно стоящее, – с сомнением в голосе протянул Марк.
– Это лучшая из моих находок, уверяю тебя! – Генри улыбнулся своей фирменной улыбкой.
– Сколько тебе нужно времени?
– Час, не больше.
– Хорошо, но через час я закрою вход. Эзра, дай ему бездонную сумку.
– Сейчас, только вытащу оттуда учебники. – Эзра рванул в подсобку.
– Он носит учебники в древнем артефакте? – шепотом спросил Генри у Марка.
– Угу.
– Здорово, – как-то неуверенно протянул Генри.
Мужчина, про которого все будто бы забыли, вдруг перевернулся на живот и встал на четвереньки. Генри хлопнул себя по лбу, едва не сбив шляпу, взял бедолагу за шиворот, без труда поднял его на ноги, тряхнул, как смятое мокрое полотенце, открыл дверь и швырнул на улицу. К этому моменту как раз вернулся Эзра с холщовой сумкой.
– Спасибо! Я быстро. – Генри взял сумку и вышел на улицу.
– Тебе не кажется, что все это связано? – спросил Эзра у Марка.
– Что именно?
– Бандиты в Бирмингеме, бандиты в Токио. В общем, тебе постоянно приходится закрывать выходы из лавки.
– Тебя заждалась швабра.
Эзра продолжил уборку. После того, как весь доступный пол засверкал чистотой так, что вызывал у микробов угрызения совести, он выглянул в окно, как раз для того, чтобы увидеть оцепление якудз и подъезжающий лимузин.
– Марк, там еще бандиты.
– Чего они желают? – Кауфман достал свою трубку и закурил. Видимо, забил ее он заблаговременно.
– Встречают свое начальство, кажется. – Эзра видел, как все якудзы склонились в поклоне перед вышедшим из авто мужчиной в национальном костюме. Тот не обратил на них ни малейшего внимания и пошел к двери магазина, глядя прямо перед собой.
– Марк, сюда идет какой-то самурай.
– С мечом?
– Без.
– Какой же это тогда самурай, – фыркнул Марк. Эзра вспомнил старую шутку про самурая без меча, но промолчал.
Звякнул колокольчик, открылась дверь.
– Вы позволите мне войти? – спросил тот самый мужчина в национальной одежде.
– Почему бы и нет, – пожал плечами Марк. И вынул трубку изо рта. Но мужчина так и остался стоять перед дверью.