– К сожалению, да, – ни на секунду не задумавшись, ответил Марк.
Глава 6
– Пусть будет 23 декабря 1596 года, – предложил Марк, не отрываясь от газеты.
– Ну, это легко – Брестская уния. Моя очередь. – Эзра потер лоб тыльной стороной ладони, оставив черный след, и задумался.
– Ты уснул?
– В каком году Индира Ганди возглавила правительство Индии?
– А она возглавила? – Марк удивленно отложил газету. – Кто бы мог подумать!
– Вы не дошли до шестьдесят шестого года, да? – извиняющимся тоном уточнил Эзра.
– Ясно, – буркнул Марк, возвращаясь к чтению.
Звякнул колокольчик, щелкнула табличка над дверью. Надпись на ней гласила «Хьюстон». Марк прищурился. В лавку вошла пышная женщина в шляпке с цветами и бледно-розовом пальто.
– Марк, дорогуша, вы прекрасно выглядите! – защебетала она.
– Добрый день, мисс Хильдшер, – не очень радостно поздоровался Эзра.
– Далеко не так хорошо, как вы, – выдавил из себя комплимент Марк и задумался о причинах, побудивших его к такому шагу.
Мисс Хильдшер мгновенно заполнила собой все пространство, изучила все полки, просканировала все вокруг и неловко покрутилась на месте, будто что-то потеряла. К ней подскочил Эзра и поставил стул. Так же быстро отскочил. Можно было подумать, что промедление будет стоить ему жизни.
– Благодарю! – Мисс Хильдшер улыбнулась Эзре, отчего ее щеки стали шире, чем поля шляпы. Сложив руки на коленях и чуть-чуть наклонившись вперед, посетительница доверительным тоном сообщила: – Я хотела бы с вами поговорить.
Ей жалобно аккомпанировал стул. Хрустом.
– Не вижу повода отказать вам, – с едва уловимой ноткой разочарования протянул Марк.
– Хи-хи-хи, – прикрывая рот ладошкой, засмеялась мисс Хильдшер. – Вы такой шутник. Я бы хотела поговорить с глазу на глаз.
Она кивком указала на Эзру. Тот, ничуть не расстроившись, собрался улизнуть, но Марк не дал ему так легко отделаться.
– Если вы хотите сказать мне что-то, чего не должен знать Эзра, – лучше не говорите.
– Это очень мудро, – покачала женщина головой с понимающим видом, – но речь пойдет об Эзре.
Эзра снова собрался уйти. Марк не сдавался.
– Тем более. Зачем мне говорить об Эзре без самого Эзры.
– Но это не пе-да-го-гич-но, – по слогам проговорила мисс Хильдшер.
Эзра предпринял последнюю, отчаянную попытку раствориться в воздухе, но снова не преуспел.
– Хорошо, что я не педагог, – отрезал Марк.
– Ну, что же. Я бы хотела обсудить успехи нашего мальчика в учебе.
– Вашего? – поднял брови Марк.
– Нашего, – указав на себя и на Марка, пояснила мисс Хильдшер. Хозяин лавки подавил желание перекреститься.
– Ну, в успехах Эзры я не сомневаюсь. Думаю, он даст фору половине ваших педагогов.
– Это правда, за два года занятий с вами он очень… – Она поискала подходящее слово.
– …продвинулся в изучении естественных и гуманитарных наук, – подсказал Марк.
– Да! Вы такой умный. – Мисс Хильдшер игриво махнула рукой.
– Так в чем тогда проблема? – Марк притворился слепым.
– Он не выполняет домашние задания, это плохо сказывается на его успеваемости.
– Это правда? – Марк посмотрел на Эзру. Тот виновато кивнул.
– Он будет наказан, – холодно пообещал Марк.
– Ну не стоит так строго.
– Тогда чего же вы от меня хотите? – устало спросил хозяин лавки, понимая, что легко отделаться не удалось.
– Повлияйте на него как-нибудь. – Женщина сделала неопределенный неуверенный жест рукой.
– Я думал, это ваша работа, вы его воспитатель, – перевел мяч на другую сторону поля Марк.
– А вы? – удивилась женщина.
– А я ему никто, – пожал он плечами и только потом понял, что сказал.
– Надеюсь, мы что-нибудь придумаем вместе, – сгладила неловкую тишину мисс Хильдшер, исподтишка косясь на Эзру. Тот скрылся за стеллажами.
– В любом случае, – раздраженно бросил Марк, злясь на себя за потерю контроля, – в этом году он пойдет в колледж, и это перестанет быть проблемой.
– Но ему еще три года учиться!
– Да? Хмм… – Марк будто бы встретил какое-то неожиданное препятствие. – Значит, сдаст экстерном. Вы хотели что-то еще обсудить?
– Да, Эзра ведь передавал вам приглашение на отчетный концерт нашего приюта?
– Да, и я через него же отправил вам отказ. Я не приду, – отмахнулся хозяин лавки.
– Почему? – вкрадчиво спросила мисс Хильдшер.
– А зачем я там нужен? – ответил Марк вопросом на вопрос, прислушиваясь к шагам Эзры в подсобке. Тот, судя по всему, двигался к черному ходу.
– Дети были бы рады увидеть того, кто жертвует такие суммы.
– Они об этом понятия не имеют, не приплетайте сюда детей, – отрезал Марк.
– На самом деле знают, – вздохнув, сказала мисс Хильдшер.
– Откуда? – каким-то недобрым голосом спросил Марк.
– Эзра сказал, – виновато пожала она плечами. – Да и я, если честно.
– Зачем? – искренне удивился хозяин лавки.
– Эзра рассказал потому, что гордится вами, а я – потому, что хочу, чтобы эти дети выросли в благодарности.
– Это в приюте-то? – зло усмехнулся Марк.
– Да! – вскинула подбородок женщина.
– Тогда лучше найдите им родителей. Эффективнее получится. – Хозяин лавки взялся за газету, давая понять, что разговор окончен.
– Значит, вас сегодня не ждать? – холодно уточнила женщина.
– Нет.
– Всего хорошего.
– И вам.
Марк отложил газету, как только мисс Хильдшер вышла.
– Клянусь, эта женщина хуже дьявола, тот хотя бы дает что-то в обмен на душу, а она просто ее высасывает! Даже без моего согласия! Эзра, я вижу на плафонах пыль, займись, пожалуйста.
– Кто ты мне, чтобы командовать?! – донесся голос из подсобки. Марк снял очки и вздохнул. Хлопнула дверь черного хода.
Марк достал с полки шкатулку и расшитый бисером кисет. Покрутил его в руках, примечая все потертости. Вздохнул и стал набивать трубку. Скоро лавку окутал густой табачный дым. Он долго курил, глядя в одну точку. Потом и вовсе закрыл глаза, задремав.
Разбудил его звон колокольчика над дверью. Дернувшись и ошалело водя головой, Марк наблюдал, как в помещение входят какие-то дети. Много маленьких детей. Они выстраиваются перед стойкой полукругом, суетятся просто потому, что не могут стоять на месте даже секунду. Марк вынул изо рта трубку, достал платок из кармана жилетки и протер уголок рта от слюны. Наконец в дверях показалась виновница торжества. Мисс Хильдшер.
– Мы подумали, что если вы не можете прийти, то можем мы. Детки, запевай!
Разнобой детских голосов затянул какую-то песню, аккомпанируя мощному, но некрасивому голосу воспитательницы. Марк положил руки на стойку и глубоко втянул воздух. Поиграл желваками. В такой позе он и просидел до самого конца песни.
– Дети, а теперь что надо сказать? – сюсюкая, обратилась она к младшим воспитанникам. – Три-четыре!
– Спасибо вам, мистер Кауфман! – нестройным хором проревели дети.
Повисла тишина. Мисс Хильдшер выжидающе улыбалась, глядя на Марка, и это стало последней каплей.
– Все вон, – сказал Марк ровным голосом. Выражение лиц детей, не очень понимающих, что вообще происходит, не изменилось. А вот их воспитательница стала похожа на толстую ящерицу.
– Дети! Подождите меня на улице! – Воспитанники вытекли наружу, потолкавшись в двери.
– Это и к вам относится. Вон отсюда! – повторил Марк.
– Да что вы за чудовище? – прошипела мисс Хильдшер, еще больше становясь похожей на ящерицу. – Неужели вы не любите этих детишек?
– Я не обязан никого любить. – Марк буквально рыкнул, и собеседница отпрянула.
– Тогда нам не нужны ваши деньги! – Она задрала подбородок.
– Нужны, – сказал Эзра, выходя из подсобки. – Дети ни в чем не виноваты.
– Не сейчас! – попыталась отмахнуться женщина от Эзры.
– Нет, сейчас, – настоял он на своем. – Извините, но Марк прав. Он не обязан никого любить, он имеет право на анонимность, это только его дело, зачем он дает нам деньги. Но это не значит, что нам они не нужны. Вы не можете променять наше благополучие на свою гордость.