Хьёлас вздохнул. Не хотелось думать об этом. Ну где гарантии, что это ещё когда-нибудь произойдёт? Вполне может быть, что дальше у него не будет таких стрессов. Он отказался от боевой магии, Кидо Брун больше не появится в его жизни… учись себе в школе и радуйся! Но Хьёлас понимал, что глупо избегать неприятных мыслей сейчас, когда с ними ещё можно справиться.
- Хочешь совет? – предложил мастер Нэвиктус.
Хьёлас медленно кивнул, продолжая напряжённо размышлять. Чем больше полезных советов даст ему наставник сейчас, тем сложнее будет довериться ему потом. Хьёлас помнил собственную нездоровую логику: что, если все эти советы призваны запудрить ему мозги?
- Тебе нужны люди, для которых ценны твои жизнь и здоровье, и которые ни при каких обстоятельствах не получат никакой выгоды от твоей беспомощности или смерти.
- Где я таких возьму? – фыркнул Хьёлас. – Никому нет никакого дела…
Он оборвался на полуслове, поскольку наставник осторожно поднял ладонь.
- То, что с тобой недавно произошло, подарило тебе как минимум полдюжины таких людей, - сказал мастер Нэвиктус. – Целители обычно неравнодушны к тем, кому спасли жизнь и здоровье, особенно когда речь о таком редком, на грани правдоподобного, случае. Можешь мне поверить – каждый из них будет рассказывать об этом инциденте своим коллегам и ученикам. И теперь каждый из них будет желать, чтобы ты оставался живым и здоровым как можно дольше, они будут искренне огорчены, если с тобой приключится какая-нибудь глупость вроде параноидального срыва.
Хьёлас задумчиво покивал. Почему-то он никогда не рассуждал о работе целителей в таком ключе. А если ещё вспомнить, что у них довольно строгая профессиональная этика…
- Да, они, возможно, подходят. Правда, я помню только Юго Моджа и Лето Тару… но имена остальных при необходимости тоже восстановлю.
Мастер Нэвиктус одобрительно кивнул и добавил:
- Не знаю, как тебе это сейчас понравится, но… кроме целителей у тебя есть ещё один очень надёжный союзник. Намного более надёжный, я бы сказал, но в то же время… несколько противоречивый. В том смысле, что я не уверен, что ты сможешь с ним поладить в других обстоятельствах.
- Кого вы имеете в виду?
- Мастер Озак Хенк, - сказал наставник после недолгой паузы. – Не спеши возражать, выслушай! То плетение, которое он к тебе применил, крайне рискованное. Оно может удержать умирающего человека на грани жизни и смерти, оно позволяет одному человеку делиться магией с другим. Но для этого требуется частично подвязать собсвтвенное ядро к магии пострадавшего – как на основном, так и на лёгком, и на тяжёлом уровне. Понимаешь, что это значит?
- М-м… если удержать не удастся, то…
- Тот, кто сплёл это заклинание, тоже может умереть. Поэтому обычно, когда его используют, «привязки» делают слабыми, чтобы в случае чего быстро их отпустить. Но вот в чём дело: чем слабее связи, тем меньше передаётся силы, тем менее эффективно плетение.
- Мастер Хенк удерживал… очень хорошо, - задумчиво сказал Хьёлас. Только сейчас до него начало доходить, что именно сделал для него нелюбимый преподаватель. – Зачем он так рисковал?
Мастер Нэвиктус пожал плечами.
- Озак – отчаянный человек. И у него хорошая реакция, так что не обольщайся: скорее всего, он бы успел тебя «отпустить», если бы почувствовал, что ты прекратил борьбу. Но он всё равно рисковал. Мало кто решится сплести столь мощный захват в такой, казалось бы, безнадёжной ситуации. Не смотри так, Хьёлас, разумеется, я навёл справки. С тобой действительно всё было паршиво, даже если тебе кажется, что ерунда.
Хьёлас хмыкнул, невольно вспомнив, какая улыбка расплывалась на лице мастера Гато при каждой встрече после того инцидента. «Живчик». «Оберег школы от несчастных случаев».
- Думаю, мастеру Гато я тоже могу доверять, - сказал Хьёлас, и, помедлив в нерешительности, добавил: - И вам.
Мастер Нэвиктус невесело усмехнулся.
- Мне-то ты, конечно, доверять можешь, но я бы тебе искренне не советовал вносить меня в свой «белый список». Либо же отзови доверенности, чтобы у тебя не возникало никаких левых мыслей в момент кризиса.
- Но я не думаю, что смогу найти кого-то более подходящего для этого дела. Разве что вообще без доверенности, а только по завещанию… на случай, когда мне уже будет всё равно.
- Болван ты, - беззлобно перебил наставник, - оформленное завещание даже нормальных людей превращает в параноиков. Не занимайся ерундой. Либо найди себе другого поверенного, либо просто смирись с тем, что в кризисные моменты я тебе не помощник.
- Но вы были в «белом списке» моего отца, - полувопросительно заметил Хьёлас.
- Да, верно. И я был его поверенным. Но нас с ним связывали несколько иные отношения. Он знал меня намного лучше, чем ты, знал как равного, друга детства… Мы знали друг друга как облупленных, не раз проверили друг друга в деле, да и многие дела у нас были общие. Я уже не говорю о вагоне компромата, который мы могли бы при желании нарыть друг на друга. Возможно, таким надёжным человеком когда-нибудь для тебя станет Чим. Кстати, когда он вернётся с практикума, тебе, возможно, станет полегче… и мы ещё увидим, в каком стиле начнёт сносить крону моему сыну. Но это дела будущего. Пока что подумай на досуге над тем, что я тебе сказал, ладно?
- Ладно.
Хьёлас облегчённо выдохнул, когда понял, что неприятные мысли можно отложить на потом. Впрочем, судя по выражению лица мастера Нэвиктуса, у него была ещё одна тема для обсуждения. И действительно.
- Теперь о том, почему я просил тебя держать в тайне подробности твоего последнего погружения в лёгкий эфир.
Хьёлас заинтересованно подобрался. Все его попытки вспомнить, что с ним произошло в тот момент, когда он решил сделать хотя бы крошечный вдох лёгкого эфира, ни к чему не привели; лишь какие-то смутные воспоминания о падении и о поиске чего-то… направления…
- Думаю, для тебя не будет новостью и разочарованием, если я скажу, что вообще-то освоить работу с тяжёлым эфиром у тебя шансов нет, - сказал мастер Нэвиктус, и Хьёлас немного сник. Он смутно догадывался об этом, но глупая надежда на то, что когда он доберётся до соответствующего курса, то как-нибудь решит проблему с недостатком силы, теплилась в глубине его души. - Уж точно не традиционным прямым способом, - чуть мягче добавил наставник. – Даже если ты научишься погружаться в тяжёлый эфир и кое-как изучишь поведение потоков, тебе это мало поможет, потому что работать с этими потоками ты не сможешь. Для этого нужно использовать магию собственного ядра как рычаг, а у тебя этот ресурс недостаточен. Не делай такое лицо, это не повод для трагедии! Я думал, мы эту тему закрыли ещё пять лет назад! И ты же, вроде, убедился, что и без врождённого могущества у тебя есть масса возможностей и путей развития?
Хьёлас кивнул, но не стал делать вид, что мгновенно успокоился. Мастера Нэвиктуса лицемерной улыбкой не провести, да и самому себе надо иногда давать возможность пожалеть себя всласть. Лишь бы не переусердствовать.
- Ладно, не отвлекай меня, - махнул рукой наставник. – Я говорил о том, что традиционное прямое взаимодействие с тяжёлым эфиром тебе не светит. Но то, что с тобой произошло, возможно, поможет тебе найти обходной путь. Не знаю, насколько хорошо ты изучил теорию – на самом деле эта сфера изучена не очень хорошо, так что вполне может быть, что ты об этом феномене ничего не знаешь… Но в глубине лёгкого эфира, на его фундаментальных слоях – куда в норме маги не заглядывают, потому что это довольно опасно – он пересекается с тяжёлым. Это довольно трудно описать словами, тем более что крайне мало людей рискует практиковать этот подход. Попробуй вообразить себе две реки, которые объединяются в одну почти перед самым водопадом. Зазор есть, выплыть можно, но течение уже сильно, и если не быть достаточно упорным, можно рухнуть вместе с водой вниз – и это будет смерть. Но если владеть соответствующими навыками и иметь невероятно сильную волю, можно некоторое время побарахтаться в объединённых водах и даже проплыть немного против течения другой реки. Ты понимаешь, о чём я?
