- Ну, требование-то справедливое, - сказал Хьёлас и попытался пожать плечами, но передумал – пока он не доберётся до общежития и не уговорит кого-нибудь из ассистентов заняться его ссадинами и синяками, лишних движений лучше не делать. – То, что я ни на что не способен, ещё не значит, что со мной надо носиться как с первым весенним толепом, а народ в последнее время действительно стал намного осторожней.
- Неудивительно, - проворчал Чим и обсуждение на этом свернулось.
После гибели Балека все в их классе как в воду опущенные ходили. Да, все они прекрасно знали, какие риски сопровождают обучение в старшей школе. Да и в средней школе такое происходило – за пять лет на их потоке погибло три человека, а один был вынужден перейти в спецшколу из-за необратимой патологической деформации ядра. Но ещё никогда раньше причиной несчастного случая не был другой ученик, и никогда прежде Чим и Хьёлас не видели этого собственными глазами. И прекрасно могли бы обходиться без этого знания и дальше.
Стихии, которые раньше давались Хьёласу не так уж плохо, теперь стали ещё одним испытанием. То ли дело было в личности мастера-преподавателя, который заменял куратора после инцидента с Кидо Бруном, то ли что-то было в природе того хаотичного плетения, которым Кидо по касательной зацепил Хьёласа и Чима, но сосредоточиться на контроле над воздухом стало задачей почти непосильной.
На уроках протекционизма Хьёлас был не так плох, хотя тоже немного отставал. Мастер Гато, хоть и ворчал постоянно на упрямство своего студента, в помощи и дополнительных консультациях никогда не отказывал, и всегда был готов дать практический совет, как освоить то или иное упражнение, ориентируясь на индивидуальную манеру плетения Хьёласа.
Единственным предметом, в котором Хьёлас более-менее преуспевал, были, как ни странно, его нелюбимые иллюзии. После смерти Балека и перевода Кидо, в классе осталось всего четыре человека: кроме Хьёласа и Чима присутствовали так же Олис Астер и Уэрес Итро. Оба были довольно спокойными ребятами, а Хьёласу только того и надо для эффективной работы – чтобы его не отвлекали и не давили на мозг. А поскольку мастер Юхосс на уроках в явной форме так и не объявился, условия можно было считать идеальными.
- Ребята, а вы разобрались с заданием для курсового проекта? – спросил как-то перед уроком Олис. – Мы его, якобы, получили, я думал, оно написано в методичке под иллюзией отсутствия… но я всё проверил, ничего нет.
Это было первое, что сделали Чим и Хьёлас и пришли к тому же результату. Но, по правде говоря, задание просто вылетело у них из головы, и напоминание Олиса радости не прибавило.
- Время ещё есть, - отмахнулся Чим. – Вероятно, позже поймём, что к чему, может, мы ещё не проходили нужную тему.
Сразу по окончании уроков Хьёлас полетел домой – мастер Гато отпустил его при условии, что он вернётся к вечерней поверке. Этого времени должно было хватить с головой: кое-какие подсказки о том, что происходит с Лаэтой, в библиотеке всё-таки нашлись. Оказывается, болезненная преданность самому первому плетению – не такая уж редкость среди начинающих магов, и понадобится очень много терпения и настойчивости, чтобы расширить её диапазон возможностей. Всё это Хьёлас мог передать маме через нунция, но решил, что в данной ситуации должен пожертвовать своим временем и делами и уделить пару часов семье.
- Конечно, было бы неплохо отдать её в младшую школу, - заключил Хьёлас, объяснив маме, что ему удалось узнать. – Там мастера умеют увлекать детей, да и за компанию со сверстниками осваивать новое всегда легче…
- Не переживай об этом, Хьёлас, - поспешила утешить его мама, потому что догадывалась, какие мысли вот-вот проберутся в его голову: что лучше бы он сестру отдал в младшую школу, а сам пошёл работать. – Я прекрасно справлюсь и сама. Просто закрою ей доступ в оранжерею, пока она не сплетёт что-нибудь другое. Поверь мне, это очень хорошо её мотивирует.
- Она так любит возиться с растениями? – удивился Хьёлас. Сам он не понимал, что в этом может быть приятного, кроме практической необходимости.
Мама кивнула.
- Лаэта общается с ними, как будто они живые и всё понимают. Возможно, поэтому она и застряла на одном плетении – оно не просто легко ей даётся, но и кажется ей куда более полезным, чем все остальные…
- Так может попробовать «раскачать» её через другие агро-плетения? – предложил Хьёлас. – Попробуй научить её устанавливать освещение или терморегуляцию…
- Тебе не кажется, что это слишком сложно для неё? – с сомнением покачала головой мама.
- Возможно, - согласился Хьёлас. – Но когда у неё не получится, ты сможешь ей объяснить, что это необходимо её любимым растениям, так же как простая подпитка, и она захочет научиться. И тогда ты сможешь объяснить, что сложные плетения состоят из простых, покажешь ей структуру… думаю, это её заинтересует.
- Возможно, ты прав. Попробуем. Но если не получится…
- Я свяжусь с мастером Нэвиктусом, прежде чем отправиться на лёгкий практикум, - пообещал Хьёлас. – Если вы не преуспеете, я попрошу его найти Лаэте учителя, или всё же отправить её на пару лун в школу – на его усмотрение. Он обещал обо всём позаботиться в моё отсутствие, что бы ни случилось…
Хьёлас сердито прикусил губу. Хоть он и продумал всё до мелочей, отдал соответствующие распоряжения, подготовил доверенности и вообще застраховал семью от неожиданностей, как мог, он не мог избавиться от ощущения, что время для длительного отсутствия теперь самое неподходящее. Но, с другой стороны, «подходящим» оно, возможно, станет лет через семь, когда Лаэта окончит среднюю школу. Но тогда учиться лёгкому погружению будет уже поздно.
- Не волнуйся, Хьёлас, - в очередной раз твёрдо сказала мама. – Мы будем в полном порядке. Ты ведь и раньше подолгу отсутствовал, разница только в том, что мы не будем обмениваться нунциями. И знаешь что? Ты это делаешь не только для себя, но и для нас всех. Чем более профессиональным магом ты станешь, тем лучше ты сможешь обеспечить семью в будущем. Так что давай, Хьёлас, доверься нам. Ну?
Каким-то образом Донове удалось подобрать слова и интонацию таким образом, что Хьёласу действительно стало немного легче. Он поднялся и бережно обнял мать.
- Спасибо. Берегите себя. Если что – обращайтесь к мастеру Нэвиктусу и к Чиму, он тоже обещал, что поможет в случае чего. Кстати, - ему вдруг в голову пришла удивительная идея, которая вполне могла сработать, - если сама не справишься с Лаэтой – пошли нунция Чиму. У него плетения такие лёгкие и живые получаются, что даже мне всегда легче усваивать новые техники, повторяя за ним. Я предупрежу его, что тебе, возможно, понадобится помощь.
Он ещё долго мог обсуждать с мамой детали их жизни в следующие декады, хотя в этом не было практической пользы кроме успокоения нервов, но в какой-то момент стало ясно, что чтобы успеть на вечернюю поверку Хьёлас должен выйти из дома немедленно. Тогда он ещё раз обнял мать, поцеловал в макушку Лаэту и помчался на внешний слой – добираться до Небесных Пирамид ему предстояло без вэйпана. Сомнительное удовольствие в ветреную осеннюю ночь, но что поделать. Убедившись, что никаких предупреждающих сигналов вокруг нет, Хьёлас полетел обратно в школу.
Следующие дни ничем не были примечательны, но всё же что-то изменилось в самом восприятии окружающего. Попрощавшись с мамой и сестрой на неопределённое количество времени, Хьёлас чувствовал себя так, как будто практикум уже начался, и было очень странно соблюдать обычный режим и посещать обычные уроки. И лишь регулярные встречи с Астрид напоминали Хьёласу, где он на самом деле. Как же ему будет её не хватать! Её поцелуев, прикосновений, голоса, смеха, её непостижимой манеры дыхания… сколько раз он пытался перенять её технику, ничего не выходило. По всему казалось, что она не делает ничего особенного, но как же тогда получается…
Её имя было в списке для мастера Китолы первым. Если что и вернёт Хьёласу резко утраченный интерес к реальности – так это воспоминание о ней. О её губах с вечным выражением замершей на подлёте улыбки…
