- Понятно.
Проводив последних гостей, Хьёлас помог маме закончить уборку. Складывая чистые тарелки в буфет, он думал, рассказать ли ей о Лаэте, и о том, что предлагает предпринять мастер Нэвиктус. В итоге он решил оградить её от лишних переживаний – хотя бы на сегодня. Да и вообще, решение в любом случае принимать ему – так зачем волновать маму лишний раз? Если он решит сделать это, он просто поставит её перед свершившимся фактом – так ей наверняка будет легче. В любом случае, пока что рано что-либо обсуждать.
- Как в старые добрые времена, - сказал Хьёлас, усаживаясь рядом с Чимом за их обычный стол в трапезной.
- Угу. Будто тысяча лет прошла, - проворчал Чим. Он с самого утра был не в настроении, и Хьёлас не мог его винить. На его взгляд, друг прекрасно справлялся, с учётом всех обстоятельств.
- Эй, дружище, не отлынивай, тебе нужно подкрепиться, - увещевал он друга, наблюдая, как тот размазывает завтрак по тарелке. – Или откажись от практикума по боевой. Ты вполне можешь пропустить пару занятий, пока адаптируешься к новому режиму, никто тебе слова не скажет.
- Ага, чтобы кроме того, что я пропустил, пока тратил время в изоляторе, отрастить хвост ещё и по сегодняшней теме? Нет уж, пойду. А вечером ещё эссе для Карлеша… зачем я только записался на этот курс…
- Не ной, - оборвал его Хьёлас. В чём он точно был уверен, так это в том, что Чиму нельзя позволять раскисать, иначе кризис затянется. – С эссе я тебе помогу, главное – переживи первый учебный день и ни во что не вляпайся, идёт? – Чим проворчал в ответ что-то невнятное. Как раз в этот момент мимо них прошёл Дигар Самнус с приятелями, и Хьёлас уцепился за новую тему, чтобы отвлечь Чима от мрачных мыслей. – Кстати, спасибо, что дал Дигару наводку на меня. Он заказал мне несколько письменных работ, подработка пришлась очень кстати.
- Что? – озадаченно переспросил Чим. – Кому я дал наводку?
- Дигару Самнусу. Он сказал, что это ты упомянул, что я делаю письменные работы.
Чим озадаченно потряс головой.
- Не припомню, чтобы я ему такое говорил. Я вообще думал, что ты в этом семестре слишком занят, чтобы на такое отвлекаться, и даже когда кто-то спрашивал – я помалкивал…
- Странно, - задумчиво сказал Хьёлас. Зачем тогда Дигар солгал? Или это Чим что-то путает?
- Апинго, а ты что, пишешь работы? – окликнул его кто-то.
За соседним столиком сидел Асан Корво. Хьёлас не возражал против сотрудничества с этим парнем, но за соседним столиком, за спиной Асана, дожёвывал завтрак Олис Астер, от одного вида которого Хьёлас начал раздражаться. Не хотелось обсуждать что-либо при нём, так что Хьёлас лишь отмахнулся:
- Обсудим позже.
- Ладно, как скажешь, - Асан, кажется, был удивлён его острой реакцией, но допытываться до причин не стал. Хьёласу даже стало немного совестно за свою резкость, но если он сейчас начнёт извиняться и оправдываться – станет только хуже.
Время завтрака подходило к концу, пора было выметаться из трапезной и расходиться по классам. У Чима первой парой был практикум боевой магии, Хьёлас же собирался отправиться в библиотеку и почитать о блокировке силы у детей, чтобы лучше понимать, что предлагает мастер Нэвиктус.
Найти информацию удалось на удивление легко. Обычно литература о манипуляциях с ядром требовала особых допусков и разрешений, но Хьёласу не пришлось даже обращаться к библиотекарям за помощью в поиске – наверное, потому, что инструкции проведения самой операции не было, а лишь описание общего принципа и возможных последствий.
Как оказалось, безопасно провести процедуру можно только на начальной стадии развития силы – когда ядро уже сформировано, но ещё не стабильно. Суть её заключается в том, чтобы установить что-то вроде мелкоячеистого многослойного барьера прямо поперёк ядра, не отсекая, но изолируя его часть. Насколько большим будет этот фрагмент, зависит от структуры ядра – а это уже сугубо индивидуальная черта каждого мага. Иногда можно создать несколько ячеек, чтобы раскрывать их по мере необходимости, но этот метод редко срабатывает, потому что для того, чтобы блокировка действовала, ребёнок не должен помнить процесса её установки, а «срыв» даже части блока обычно по ассоциативному механизму вскрывает все запертые воспоминания.
«А вот это уже интересно, - подумал Хьёлас, отвлекаясь от чтения. – Почему мастер Нэвиктус не упомянул, что Лаэте придётся заблокировать часть памяти?» Возможно, наставник просто не посчитал это важным и справедливо рассчитывал на то, что Хьёлас и сам об этом узнает из книг. Но по всему выходит, что Лаэта даже не будет знать, что произошло. Она утратит часть своей силы, её талант ослабнет, но она не будет знать, почему это происходит. Как она справится с этой утратой, пусть и временной?
Хьёлас мысленно поставил себе галочку подумать об этом позже и продолжил чтение. По сути его интересовало, как блоки снимаются, и возможно ли такое, что блок останется навсегда.
Нет, последнее оказалось невозможным, что обнадёживало. Сеть, даже самая изящная, навсегда останется чужеродным элементом, и чем более стабильными будут магия и ядро ребёнка, тем больше вероятность, что блок сломается. Убрать его можно либо в контролируемых условиях – заранее подготовив человека, объяснив ему происходящее и обеспечив все условия для «мягкого» рывка. Либо же блок ломается сам под давлением ядра или из-за каких-то экстремальных внешних воздействий. В таком случае возможен краткосрочный срыв контроля, поэтому до такой крайности ситуацию лучше не доводить. Что касается крайнего срока для контролируемого снятия блока – он тоже индивидуален, так как зависит от окончательной стабилизации ядра, то есть примерно совпадает с окончанием пубертата. В общем, до того момента, как Лаэта закончит среднюю школу, блок, скорее всего, продержится.
Хьёлас нахмурился, поймав себя на том, что он уже всерьёз рассматривает эту перспективу. А ведь этим он обречёт сестру на несколько декад слабости и хандры, а если она ещё и заболеет… и заниматься растениями ей будет сложнее, хотя вряд ли талант полностью исчезнет. Надо всё же рассмотреть альтернативы. Но нет, абсурд же – искать подходящую партию и заключать договор для семилетней девочки! А увозить семью в Мёртвый Город… соблазнительно, конечно, но всё же глупо. Они не смогут долго жить в изоляции. Там нет ни благ цивилизации, ни целителей, ни школы, если уж на то пошло. Нельзя просто спрятать Лаэту от мира и снова показать, когда она будет готова к замужеству…
Хьёлас вздохнул, вернул книгу на полку и направился к выходу из библиотеки. Только теперь он заметил, кто сидел совсем рядом с ним, за соседним столом – Олис Астер! Причём сидел, судя по всему, уже некоторое время. Он так увлёкся чтением, что даже не поднял взгляд, когда Хьёлас прошёл мимо, торопясь, чтобы неприятный одноклассник не успел с ним заговорить.
Хьёлас с удивлением уцепился за последнюю мысль и даже замедлился, смакуя все её оттенки, пытаясь понять, что не так. Он уже давно мысленно поставил на Олисе клеймо энергетического вампира, и уже чисто по привычке испытывал неприязнь от одного взгляда на него. Но в привычке ли дело?
Если по-честному признать абсурдность самого обвинения в «вампиризме», что с Олисом Астером не так? Да, с ним невероятно неприятно общаться, но не только. Даже взгляд на него вызывает нервный зуд, с ним не обязательно разговаривать. Утром, в трапезной, Олис на них даже не смотрел, завтракал себе спокойно. И сейчас, в библиотеке, тоже. Почему всех коробит от одного его присутствия?
«Нет, - возразил сам себе Хьёлас, - не от одного присутствия. Ведь он сидел рядом со мной уже некоторое время, но я не испытывал никаких негативных чувств, пока не заметил его». То есть влияние намерением через лёгкий эфир тоже отпадало. Тогда чем же он так примечателен?
Раздался звонок с урока, а это значило, что Хьёласу следует поторопиться, чтобы успеть на лекцию по целительству. Интересно, как Чим справился с практикой у мастера Хенка…
