На третий день мастер начал снимать блокирующие амулеты, всё усложняя и усложняя задания. Хьёлас справлялся со всем на удивление гладко, хотя, чего уж там, на общей подготовке он тоже был лучшим. Впрочем, время от времени он ловил на себе подозрительные взгляды мастера, словно тот сам не верил своим глазам.

Тем не менее, уже на пятый день после возвращения в школу Хьёлас получил разрешение вернуться к занятиям. На его левой руке снова висела контролирующая сигналка, а на правой остался единственный ограничитель, блокирующий для него лёгкий эфир – его могли снять только мастера лёгкой магии.

Вот только после некоторых размышлений Хьёлас решил с этим не торопиться. Практика в лёгком эфире неизбежно займёт слишком много его времени, а его и так слишком мало, чтобы всё успеть. И Эмсат, и мастер Халли пытались его переубедить, и даже Бринц Карлеш, который читал у них лекции, как будто бы невзначай упомянул, что после неудачного погружения нельзя давать страху перед лёгким эфиром укорениться, иначе по прошествии времени станет ещё сложнее восстановить навык. Но Хьёласа останавливал не страх, и он решил стоять на своём, проконсультировавшись, впрочем, с мастером Оммадсом – просто на всякий случай. Тот сообщил, что не видит проблемы, если Хьёлас сделает перерыв.

Возвращаться к учёбе со всем классом было странно. Хьёлас то и дело ловил на себе то любопытные, то настороженные взгляды, как будто от него ожидали каких-то аномальных реакций. Причём странно вели себя не только одноклассники, но и мастера, вот только в случае последних дело было, скорее в том, что у Хьёласа не получалось вообще ничего. Сначала он почти три луны провёл в изоляторе на лёгком практикуме, потом почти целую декаду адаптировался к своим обострившимся способностям, потом ещё столько же восстанавливался после травмы… и вот он, наконец, снова в классе, и за оставшиеся две с лишним луны ему предстоит освоить то, на что у других был весь семестр.

- Ты всё правильно делаешь, Апинго, но у тебя получается слабый верхний контур, - заметил мастер Фалвест, наблюдая за тем, как он плетёт вакуумную сферу. – Попробуй взять его двойным потоком.

- А в него можно вложить какое-нибудь эмоциональное намерение? – задумчиво спросил Хьёлас, и, в ответ на удивлённый взгляд мастера, объяснил: - Недавно я заметил, что у меня проблемы с управлением чистой силой. Но когда я вкладываю хоть какое-нибудь намерение, это добавляет стабильности.

- Ну, попробуй, - пожал плечами преподаватель. – Но учти, что намерение не должно быть слишком подвижным, иначе оно может раскачать всю систему.

Хьёлас кивнул, и, сплетая верхний контур, дал свободу толике грусти, которая владела им. Он не мог встретиться с Астрид – ей запретили выход из школы на всю декаду за какое-то мелкое нарушение дисциплины.

- Неплохо, - оценил результат мастер Фалвест. – Плетение стабильно и работает правильно, так что цели ты достиг, получай заслуженный зачёт за тему. Но всё же, если будет время, потренируйся плести контуры без дополнительных намерений. Не привыкай к «подпоркам».

Не только мастер Фалвест обращался с Хьёласом намного более лояльно, чем прежде. Мастер Глеес тоже принял его откровенно халтурную работу, а на практикуме совместных плетений преподаватель лично занимался с ним в паре, доверив остальных студентов друг другу и ассистентам. На уроке целительства послаблений, как и следовало ожидать, не было, но мастер был готов давать ему бесконечное количество индивидуальных консультаций.

Но, разумеется, скорее Медео научится играть в уанорру, чем Дет Юхосс пойдёт на уступки. Единственное, чем нравилась Хьёласу методика преподавателя иллюзий, так это тем, что он не требовал отработки каждой структуры и не ставил зачёты за каждую тему. По сути, можно было вообще не ходить на его уроки, а лишь сдать курсовой проект; впрочем, в прошлом году задание было настолько сложным, что без идеального освоения каждой темы выполнить его было нереально. Задание же этого семестра и вовсе было для студентов загадкой.

«Задание для семестрового проекта вы получили», - таков был посыл на первом же занятии. Что у них было на тот момент, кроме методичек? Попытка поиска иллюзии отсутствия, надпись на доске… конечно, в классе было ещё много предметов, включая те же копии методички, но не мог же мастер, в самом деле, написать задание в одной из тех, которые лежали на никем незанятых партах? Нет, это было бы слишком странно. Скорей уж задание скрыто под иллюзией отсутствия прямо внутри методички, но эту версию ребята проверили в первые же дни.

Впрочем, они могли что-то пропустить.

Накануне они пытались распознать иллюзию стихийного плетения. Это было что-то вообще запредельно сложное, Хьёлас даже представить себе не мог, как подступиться к задаче, не рискуя здоровьем. Потому что если среди иллюзорных облачков тумана было настоящее стихийное плетение, любая попытка его развеять увенчалась бы взрывом. Они попытались решить эту задачу так же, как на первом уроке: спровоцировать аннигиляцию, укрывшись щитом. Но хоть они и преуспели, через минуту облака появились снова – это явно был не тот способ решения, который устраивал мастера. А значит, на следующем занятии им предстоит продолжить решать эту головоломку, и на этот счёт у Хьёласа уже появилась идея, поэтому он решил поработать над курсовым проектом.

- Не сдаёшься?

Олис Астер подсел к Хьёласу как раз в тот момент, когда он дошёл до середины методички, сантиметр за сантиметром проверяя страницы.

- Других версий пока что нет, - сдержанно ответил Хьёлас, откладывая работу. Продолжать в присутствии Олиса не хотелось. Хоть тот ничего особенного и не делал и был довольно вежлив, его присутствие вызывало необъяснимое раздражение. – Вы с Уэресом тоже не слишком-то продвинулись?

Олис пожал плечами, и на лице его отразилась лёгкая досада.

- Уэрес предпочитает работать один. Кажется, я ему не нравлюсь.

Хьёлас приложил усилие к тому, чтобы его лицо не выдало его эмоций, но он не был удивлён. Они с Уэресом были не слишком хорошо знакомы, но даже тот небольшой опыт общения, что был между ними в том же классе иллюзий, свидетельствовал о том, что парень вполне приспособлен к командной работе. Скорее, дело в самом Олисе. Но что же с ним не так? Стараясь мыслить объективно, Хьёлас никак не мог сам себе ответить на этот вопрос.

- Что ж, - он пожал плечами, но решил не сдаваться так быстро. – А у тебя есть идеи?

- Честно говоря, - Олис достал свою методичку и открыл на оглавлении, - у меня есть подозрение, что мастер сам дал нам подсказку, только я не уверен… Ты мог и не заметить, потому что пропустил большую часть занятий, но… Вот смотри. Мы изучали всё по порядку, как в методичке: отсутствие, запахи, звуки, искажения, двойники, даже плетения… а тактильные иллюзии пропустили. И вкус тоже… они, конечно, похожи, но всё же идут разными главами. Может, это и есть задание? Самостоятельно изучить эти иллюзии и применить в классе?

- Ага, иллюзорно облапать преподавателя и получить зачёт, - задумчиво проворчал Хьёлас. Он не слишком поверил в то, что догадка Олиса верна, но что-то в методичке определённо было.

Хьёлас запомнил страницу, на которой остановился, и открыл оглавление. Да, действительно, кое-что пропущено… но, минуточку…

- Оглавление неверное, - заключил Хьёлас, сверяя содержание с тем, что он успел пролистать. – Порядок тем в тексте совпадает с порядком мастера Юхосса. Вот, смотри, тактильность и арома будут в самом конце…

- М-да, ты прав, - только и сказал Олис, но его спокойная интонация вызвала у Хьёласа такой невероятный прилив раздражения, что он не выдержал.

- Ладно, подумаю над этим чуть позже. Мне надо ещё успеть сходить в библиотеку до вечерней поверки, так что…

И он малодушно смылся, оставив Олиса одного. Пусть надоедает кому-нибудь ещё.

Оказавшись в школьном коридоре наедине с собой, Хьёлас облегчённо выдохнул, как будто избавился от небольшой, но крайне назойливой ноши. Это что-то ему напомнило. Он задумчиво потёр подушечки пальцев левой руки…