– Это что за еще за хрень?

– Это не хрень. Это Ричард. Не Коннор, Гэвин. Так что будь добр, не чеши об него кулаки. Вовек не расплатишься за ремонт.

Не желая участвовать в назревающем одностороннем конфликте, я настороженно двинулась ко все еще лежащей разорванной коробке.

– У вас тут что, сраный инкубатор в подвале? Или у твоего босса фетиш на зализанных придурков?

– Слушай, не нагнетай! – шикнула я, осадив плетущегося рядом Рида. – Мне сейчас не до твоих разборок с андроидами.

Что верно, то верно. Коробка источала едкий запах опасности и смерти, и видимым примером была Хлоя, что стояла с прибитым к стене плечом. Слегка пригнувшись, я аккуратно кончиком пальца отодвинула лоскут черного полиэтиленового пакета. Края разорванной картонки смотрели в разные стороны, заслоняя обзор на содержимое.

– Ебанет, – напряженно произнес за спиной Рид.

– Не должно.

Как ни странно, меня не волновали возможность оставить свои отпечатки пальцев или повторный взрыв. Я чувствовала острый запах пороха, как можно аккуратнее тыльной стороной пальцев отворачивала поврежденные лоскуты. В какой-то момент взгляду предстал небольшой механизм, не похожий на самодельное устройство. Некогда идеальные блестящие датчики, отсеки для пороха и самих штырей. Бомба была сделана не обычными руками. Именно это окончательно подтвердило мысль о хозяине данного устройства.

– Говорю же, ебанет.

– Если тебе так страшно, то смени подгузники и отойди в сторону, – шикнула я на мужчину за спиной. – В общем, будь добр, не мешай!

Уже в следующую минуту бедро ощутило жалящий порыв боли, и от стен отразились звуки смачного шлепка. Меня словно только что унизили, и пристальный взор стоящего неподалеку Ричарда был словно тем самым унижающим взглядом вселенной. Я медленно выпрямилась, угрожающе глядя на поднявшего руку на мою задницу Рида.

– Еще раз так сделаешь, и я тебе руку оторву.

– А ты следи за своим языком, женщина.

Далекие раскаты грома перестали доноситься до нас даже сквозь трещины в стекле. Уже представляя себе, как буду поспешно смывать в ванной признаки унизительного отношения Рида к своему телу, я сложила руки на груди и задумчиво осмотрела бомбу.

– Ничего. Ровным счетом. Ни единого намека, даже обозначений никаких нет.

– Ты всерьез ожидала надписи «с любовью от…»? – усмехнувшись абсурдности этой мысли, мужчина откопал в кармане куртки телефон и неторопливо начал набирать по клавиатуре. – Вызову экспертов. Пусть осмотрят.

Детективу не обязательно слышать все на словах. Ему было достаточно благодарного кивка головы, и это одно из причин, почему его общество, несмотря на всю агрессию и невоспитанность, было приятным. Продолжая осматривать бомбу, я старательно пыталась выпутаться из сети мыслей, что имели в себе самые разные посылы.

О чем мне думать? О смолчавшем психиатре Джоне Дориане? О галлюцинациях посреди пустынного переулка, что на деле казались воспоминаниями? О вскрывшемся факте целенаправленного шпионажа со стороны Камски? О взрыве, отключенных камерах? Или же о детективе Риде, что сорвался с места и примчался к дому раньше, чем обычно доезжает любой другой человек?

Нет. Я не могла думать обо всем этом. Знала, что должна, и все же не могла. Все самые отдаленные и близкие уголки рассудка занимали последние слова в спальне, маленький клочок бумаги в ладони и сам Коннор. Такой теплый, такой близкий. Удивительно притягивающий чужеродным чувством и отталкивающий ощущением неизбежной опасности. Не стоило даже смотреть на листок бумаги в руке, чтобы знать его содержимое. В нем наверняка в ряд бежало несколько цифр, которые были способны поменять всю мою жизнь. Оставалось решать, готова ли я дальше стоять на платформе в ожидании нового поезда, или все же кинуться вслед уходящему составу.

– Значит, твой босс на личной встрече, – вдоволь навтыкавшись в телефон, Гэвин сложил руки на груди и с небольшой хитрецой посмотрел мне в глаза. Если он сейчас сделает то, о чем я думаю, то точно будет послан нахер.

– Иногда он покидает дом в одиночестве. Я не везде могу следовать за ним.

– Может, тогда устроишь мне экскурсию по дому?

Нет. Он все же сделал это. Полностью развернувшись ко мне лицом, Гэвин приблизился на опасно близкое расстояние. Серые глаза блестели озорством и интригой, но мне отчего-то было не до всех этих брачных игр. Мне вообще не было до них никакого дела, не зря я старательно продумывала план побега из собственного дома перед предстоящим походом в ресторан.

– У тебя хоть иногда мысли выше пояса поднимаются, Рид? – саркастично прыснув в сторону мужчины, я демонстративно сделала шаг в сторону.

– Только когда держу пистолет в руках, – детектив, словно бы нарочно, вновь сократил расстояние между нами.

– Ну так достань свою пукалку и веди себя адекватно! Имей совесть, меня только что едва не убило!

– Ладно, ладно! – Гэвин разочаровано, но не без тени улыбки, всплеснул руками вверх в жесте «так уж и быть, сдаюсь». – Истеричка.

– Мне нужно кое-кому позвонить, – обойдя мужчину, я поспешно двинулась в сторону выхода на улицу. Несколько нажатий на браслет показали деактивацию камер наблюдения. Ричард не соврал, сказав об их неисправности. – Постарайтесь друг друга не убить, Ричард – парень с характером.

– Вот нужен мне твой щелкунчик, еще руки об него марать, – увы, но мне мало верилось в честность этих слов. Проходя мимо RK900, я все же предупреждающе качнула головой, и, как ни странно, андроид ответил понимающим кивком. Все же верно было сказано каким-то древним мудрецом. Пусть самые заядлые враги и готовы снести друг другу головы, но даже они, как старые добрые друзья, способны иметь тесную ментальную связь. Прямо как Джокер и Бэтмен, чтоб всю эту американскую мультипликационную историю древности США.

Выйдя в гостевой холл, я все же на несколько секунд замедлила шаг и прислушалась. Губы исказились в ухмылке от того, насколько же я оказалась права. Из открытой двери донеслось типичное Ридовское:

– Чо зыришь? Давно по морде не получал?

Господи, дай Ричарду мозгов, чтобы тот не ответил привычным язвительным замечанием.

Холодный воздух, несущий в себе запах сырости от прошедшего дождя, наполнял легкие, что работали в последние несколько часов с перебоем. Я осматривала территорию резиденции, разглядывала наспех припаркованную машину детектива, вспоминая как сильно трещат тормозные колодки. Взгляд старательно пытался высмотреть в наступившей ночной темноте кого-то, кто мог бы стать причиной взрыва в доме. Но вряд ли этот кто-то станет скрываться в лесу, тем более при появлении полицейского с мигалками. Да, Гэвин нацепил на машину сигнальные огни. Не удивительно, что он добрался до дома так быстро.

Расправив ладонь, я с тревогой осмотрела бегущие черные цифры по белому фону. Телефон всегда был при мне, ровно как и браслет. Все это время покоящийся в кармане, теперь он увесисто ощущался в другой ладони. Голос андроида, крики и запах пороха, ошарашенный взор девианта в переулке – все смешивалось в адский коктейль, и теперь приходилось выбирать между течением и сопротивлением. Гэвин в унисон с Камски твердил о первом. Но всего один голос Коннора убеждал во втором.

Люди рушили свои жизни. Становились наркоманами, убийцами, алкоголиками. Всякий раз показываясь на обществе со всеми своими грехами, их потерянные души вынуждены были слышать в спину фразы наблюдающих со стороны.

– Пошел по кривой дорожке.

– Свернул с правильного пути.

– Испортил жизнь себе и своим близким.

Номер в руке требовал набрать его на экране телефона, со страхом внутри отчитывать гудки и ждать голоса на том конце линии. Но не стану ли я с этим поступком той, кто сойдет на кривую дорожку? Кто свернет с верного пути? Кто в конец разрушит то немногое, что сохранялось в моей и Камски жизни?

Закрыв глаза, я постаралась сосчитать до десяти. Вместе со мной вторил голос второй личности, незнакомец по другую сторону красной стены с надписью «НЕЛЬЗЯ» яростно ударял по пульсирующей поверхности. Здесь и сейчас я могу иметь шанс на прошлое. Вопрос лишь в том, как далеко я смогу зайти ради него.