— Сколько меня не было, мам?
—Два месяца, дорогая.
Столько же, сколько я пробыла на Цериусе. Время идет абсолютно одинаково, черт возьми! Тучка ругательств всплыли в мыслях по отношению к лгунье Арлайн, однако теперь это не было такой проблемой. Проблемой стали последствия.
— После сказанного вы отправите меня в психушку, поэтому я жду Вивьен, чтобы вы точно поверили.
Мама с долей шока уставилась на меня.
— Она знала что-то все это время и молчала? Как вы могли так поступить, Нина? Это жестоко по отношению к нам!
Женщина не сдерживала эмоций, вставая с пола. Я приготовилась выслушать длинную лекцию об отвратительности своего поступка, прежде чем она смогла бы выслушать. Один из ярчайших минусов мамы — выводы без основательных фактов. Вскоре она затихла и удрученно взглянула на меня в ожидании реакции.
— Все не так просто, мам, поверь. Подожди еще немного.
Ожидание Вивьен было невыносимым для всех, но хотя бы давления со стороны семьи я не испытывала. Чувство отдаленности от дома до сих пор не отпускало, и я все смотрела на них и понимала, как пара месяцев может изменить все.
Наконец, раздалась звонкая трель дверного звонка, оповестившая о приходе гостей. Я вскочила с пола и понеслась к двери, а папа уже впустил Вивьен. Серо-голубые глаза девушки тотчас направились на меня, когда я с грохотом спускалась с лестницы. Подруга бросилась ко мне и крепко сжала в объятиях, чуть ли не ломая кости. Слезы брызнули из глаз водопадом, и я больше не могла их сдерживать. Моя прошлая жизнь шла без меня — как же с этим смириться? После нескольких минут слез и объятий, мы оторвались друг от друга и принялись рассматривать. Вивьен словно повзрослела, волосы совсем немного отросли, и она их не подстригла, хотя обычно поддерживала стрижку «каре». Одежда вместо женственной стала более удобной и неброской.
— Нина, я так рада, что ты жива! Я так волновалась, и эти., — она оглянулась на моих родителей, а затем перевела взгляд в ожидании. Я кивнула. — Ищейки охотились за мной, пытались похитить. Это кошмар!
Папа первым не выдержал таинственных переговоров в коридоре, поэтому прервал нас и пригласил в столу для дальнейших выяснений. Как адвокату, ему нужно вникнуть в суть «дела». Мы сели за столом, и мама не выдержала:
— Нина, перестать таить!
Я глубоко вздохнула и начала рассказ с самого начала. Меня остановили на первом же видении про пожар.
— Мы ведь знаем про твои расстройства, дорогая… Зачем ты?..
— Выслушайте ее, дядя Рональд, — перебила Вивя.
Самым тяжелым в рассказе оказалось не то, что я переместилась в чертов другой мир, а то, что видения возникали от тесного контакта с Адамом. При его упоминаниях сердце болезненно сжималось и обливалось кровью. Как он там? Как дела в Цериусе? Сможет ли он повергнуть Ангелину после моей «отставки»? Сильно ли он переживает мою смерть?
Я внимательно следила за меняющимися выражениями лиц: от шокированных до сомнительных, подозрительных и сочувствующих. Я ждала понимания в их глазах, хотя бы частичку доверия к тому, что я говорю чистую правду и не совсем съехала с катушек, но так и не видела. Одна лишь Вивьен то и дело сжимала мою руку в знак поддержки.
— Знаю, это выглядит бредом сумасшедшего, тем более, вы знаете это как психическое расстройство, но нет. Я могла бы доказать, но слишком боюсь использовать магию, потому что она была Темной.
Закрыв лицо руками, я пыталась собраться с силами и взглянуть в глаза родителей. Они никогда не поверят и устроят настоящие дебаты со мной и Вивьен.
— Ты соврешила самоубийство ради какой-то страны Оз? — возмущенно воскликнула мама, вскакивая из-за стола. — Глупейшая мысль! Ты не знала, что выживешь, Нина!
Я повернулась к маме с раскрытым ртом.
— Ты веришь мне?
— Мне часто снится этот Цериус, снишься ты, и как я тебя убиваю. Он преследует меня еще с подросткового возраста, но я давно перестала обращать внимание.
В голове что-то щелкнуло. Видение при первом поцелуе с Адамом, где я тонула от рук мамы. Сколько же еще таких связей я обнаружу?
— Ты пересказала его в точности, хотя я даже не упоминала о нем раньше. Как я могу не поверить?
Папа смотрел на нас, как на двух поехавших, сбежавших из ближайшей дурки. Я знала, что человеку рациональности и закона будет сложнее объяснить все произошедшее, но, возможно, мама убедит его. Когда-нибудь.
— Дядя Рональд, я своими глазами видела, как одна девушка волнами отбрасывала людей, не касаясь их, — ввернула Вивьен, останавливая отца от бегства к телефону и судорожного вызова неотложки.
Он судорожно выдохнул и встал из-за стола, направившись в сторону кофемашины. Его успокоит лишь неизменный двойной эспрессо. Почесывая голову, отец методично и сосредоточенно варил кофе, а затем перелил его в крошечную чашечку и выпил залпом. Вспомнив, какая кислая гадость этот эспрессо, я поморщилась.
— Кофе с молоком — удел слабаков, Женевьева, — произнес папа, заметив мое выражение лица. Он поставил чашку в раковину и поправил очки привычным жестом.
Я лишь закатила глаза, вспомнив цитату из детства. На мгновение все снова стало обыденным: папин утренний ритуал, посиделки на кухне и разные разговоры, смех и улыбки. Воскресенье всегда проходило так, но все изменилось после первого видения. Казалось, прошло несколько лет с того события, но лишь пару месяцев назад я окунулась в это дерьмо с головой…
— Девочки, без обид, но я не такой впечатлительный и доверчивый, поэтому моей нагруженной старой голове нужна прогулка и холодный воздух.
Папа покинул кухню без лишних слов, и мы остались втроем. Уверена, Джексона заберет отец, чтобы дать нам разобраться в этой чуши.
Мама отправила нас в комнату отдыхать, пока сама решила заняться домашними делами. У нас будет много времени обсудить случившиеся события и объяснить гораздо большее, чем я сделала сейчас. Казалось, родители мне вовсе не поверили, но решили поддержать, пока осознание не накроет их с головой. Я не виню их, в реальном мире такое не встретишь.
Только дверь в комнату захлопнулась, Вивьен стала рассказывать, что происходило здесь целых два месяца без меня. Поисковые отряды, поминальные ритуалы после объявления меня безвестно пропавшей. Такие происшествия в Вудбридже не часты, однако потрясается весь город, потому что буквально все знают нашу семью.
Воображение нарисовало лица родителей в эти мгновения, и все внутри сжалось от боли. Если бы я только знала, то оставила хотя бы записку. Я стольким людям причинила ужасную боль, и теперь чувство еды разъедает внутренности словно пожаром. Я выглянула в окно, наблюдая за размеренным падением крупных хлопьев снега. Они медленно покрывали землю мягким тонким ковром, создавая почти иллюзорную красоту. Смогу ли я когда-нибудь просто укрыть созданную мной черноту красивым белым одеялом, чтобы излечить близких от боли, мной же причинённой?
— Вивьен, — тихо произнесла я, борясь со слезами.
Девушка с каре, моя лучшая подруга, хранившая тайну, из-за которой весь город считал меня погибшей, приблизилась к окну и проследила за моим взглядом. Ее тоже обуревали тысячи разных мыслей все это время. Поступала ли она правильно, храня тайну? Не знаю, но преданность и вера в меня остались даже на таком тяжелом этапе.
— Прости за то, что заставила столько времени хранить секрет.
— Мне бы все равно не поверили. Представь, я бы приперлась к твоим родителям и сказала, что ты в другом мире.
Ее правота была очевидна, но мне все равно было тяжело принять тот факт, что я так облажалась. Не спасла Цериус, а только навела еще большую смуту, заставила родителей думать, что я умерла, а теперь еще и Адама. Сколько бы я ни прикладывала усилий, все равно становится только хуже!
Мои размышления прервал стук в дверь.
— К вам гости, девочки, — каким-то странным тоном произнесла мама, что заставило внутреннюю панику надавить на газ.
Вивьен взглянула на меня с недоумением, в ответ я пожала плечами и направилась вниз, где нас ожидал таинственный гость. Предчувствие было плохим, но я не подавала вида.
