Так они пересекли парк. Сейчас он напоминал гигантский муравейник, полный, как муравьями, людьми. Все говорили, верещали, и зубы скрипели от раздражения. Сегодня все мозолило глаз, выводило из себя. Ерунда какая-то!

— Угу, — пробубнил, наконец, Оли, возвращая свою бумажку девушке. — Значит, Анель и Грэг не нашли Ила?

— Как я поняла, нет. Они не смогли разобраться в твоих записях, — мотнула головой она. — Инсивы тебя запугали? Заставили написать, где Ил? И откуда, кстати, ты знаешь, где он? Я так и знала, что вы на самом деле союзники!

— Меньше вопросов, Эрика. У меня уже голова пухнет, — горько вздохнул Оли и помассировал виски.

Вокруг шумел праздник. Кричали розовощекие продавщицы, визжали дети, болтали без умолку размалеванные девицы и закатывали глаза их спутники. Где-то вдалеке гремела музыка, витал приторный запах попкорна и карамели. Но никто — заметила Эри — не улыбался. Ухмылялись, кривились, морщились. Но ни один прохожий искренне не улыбался. Даже дети только ныли и канючили.

Что не так с этим городом?

— Давай уйдем, — пробормотала Белуха. — Обсудим все в каком-нибудь тихом местечке. Найдем дверь, ты откроешь переход на какой-нибудь необитаемый остров или вроде того. Ты ведь умеешь?

— Я думал, ты уже никогда не предложишь! — неловко рассмеялся Оливер. — Да, нам нужны двери. Нам нужно очень много дверей. А ты знаешь, где их больше всего?

Эрика пожала плечами:

— На фабрике по производству дверей?

Парень покачал головой, схватил Белуху за руку и потащил за собой. Они в считанные минуты пересекли забитые людьми тропки, убежали от музыки и остановились в какой-то глухой подворотне. Надоедливые аккорды сменились собачьим лаем, а запах сладостей — вонью мусора. Все-таки Дэнт — очень странный город. Где бы ты ни оказался, везде он будет отвратителен.

— Ты ведь еще не знаешь, что такое Зэлд? — уточнил Оливер и принялся рыскать возле стен.

— Нет, — мотнула головой Эрика. — Но Анель и Грэг говорили о нем. Это какое-то место, да?

— Ну… — Оли остановился, почесал затылок и продолжил бегать возле стен домов. — Не совсем. Зэлд вне пространства, а потому местом его назвать нельзя.

— Что значит — вне пространства?

— Вроде как внутри черной дыры. Знаешь, как будто мир скрутили в трубочку, и в ее сердцевине — он. На самом деле, никто не знает, где Зэлд точно находится.

Наконец, парень остановился. Постучал по кирпичной стене, поцарапал ее ногтями и вдруг сорвал огромное полотно, раскрашенное под цвет кирпича. За ним оказалась дверь. Старая, с крохотной золотистой ручкой, но, куда важнее, — давно снятая с петель. Просто дверь, прислоненная к стене. Неужели и через нее можно куда-нибудь попасть? Возможности опенулов поражали с каждым днем! У Эрики даже в ушах зазвенело от напряжения.

— Думаю, нам стоит уйти в Зэлд, — заявил Оливер и снова взял Эрику за запястье. — Там я отвечу на все-все вопросы. Ты не против?

И, не дожидаясь ответа, дернул ручку.

— Где мы? — только и сумела выдавить Эри, когда дверь с тихим щелчком захлопнулась.

Зал, куда они попали, не походил ни на одно из земных мест. Пол из белого мрамора с черными разводами отражал белесо-голубой потолок, теряющийся где-то высоко-высоко над головами. Стены будто хрустальные, а в них — много-много стеклянных дверей с позолоченными ручками. За каждой — длинный мерцающий коридор, словно подернутый серебристой дымкой. Шаги отдавались мелодичным гулом, лучшим, чем любая музыка. А воздух чистый и прохладный, горный, распирал легкие изнутри. Пахло чем-то волшебным, необыкновенным, не то хрусталем, не то сказкой.

— Зэлд, — тихо пояснил Оли. — Или Зал ложных дверей.

Эрика вышла на середину комнаты и окинула ее восторженным взором.

— Полное его название — Зал тысячи ложных дверей без входа, с одним выходом и миллионами путей. Но Зэлд куда короче, — продолжал Оливер.

— Волшебно, — ахнула Белуха, покружилась на месте и снова обратилась к другу. — То есть, мы сейчас вне пространства?

— Вне пространства, времени и абсолютно всех измерений. Знаю, понять сложно, я и сам не до конца разобрался. Но попасть сюда из какого-либо места нашей Вселенной напрямую — невозможно. Только с помощью складки. Ну, опенульского перехода.

Девушка несколько раз топнула по мрамору каблуком, оглядела потолок, двери. Разве может что-то существовать вне пространства? Вот они стены, до них можно дотронуться рукой и почувствовать холод, а любую дверь очень легко закрыть и открыть.

— Но если у предмета есть длина, ширина и высота, разве он не становится частью пространства? — уточнила Эрика.

Оливер только плечами пожал:

— Трудно сказать. Я не физик — магия вообще тяготеет больше к философии, чем к наукам. Поэтому опенулы, нашедшие Зэлд, вполне могли иметь в виду что-то абстрактное. Если маг говорит о пространстве, он вполне может говорить только о мире, где он живет. Напрочь забывая о Недивинах. Зэлд до сих пор никто не нашел, и попасть сюда испокон веков могли лишь опенулы. Вот и принято считать, что он находится за пределами нашего понимания.

За пределами Эрикиного понимания находился не только Зэлд, но и все, сказанное другом. Слышать подобные рассуждения от человека, которого она еще утром считала самым обыкновенным, было странно. И теперь выглядел Оли не менее загадочно, чем Зал ложных дверей. Перенимался с ноги на ногу, поджимал губу и судорожно цеплялся за серебристую ручку.

Дверь, откуда вышли ребята и которую заслонял собой парень, как успела заметить Эри, отличалась от других. Темная, деревянная, массивная, с металлической отделкой. И очень потертая — использовали ее чаще остальных. Судя по всему, только через нее можно выйти и войти в Зэлд. Но почему тогда Оливер закрывает единственный выход?

— Оли, — нахмурилась Эрика. — Что-то не так?

Парень молчал. Его кошачьи глаза коварно переливались, желтоватый свет отражался от стен, и на Белуху словно глядела сотня голодных пантер. Оливер слегка наклонился вперед, ухмыльнулся.

— Я тебя обманул, — прошипел он, словно черный змей, и гулко рассмеялся. — И не только про свой дар. Я действительно с земли Лайтов, но куда важнее, что я…

По Залу пробежал холодок. Где-то в вышине зазвенел хрусталь. Мигнул голубоватый свет, и в темноте лицо друга перекосилось и обратилось в уродливую фарфоровую маску. Голос, хриплый, чужой, холодный, пронзил насквозь, как железный клинок.

— …Я инсив, Эрика.

Комментарий к Глава 17. В Зале ложных дверей

Не говорите ничего про тупость Эрики. Я… я знаю)) Просто именно в этой главе количество осознания собственного идиотизма на квадратный сантиметр текста просто зашкаливает. Впрочем, это не уберегло ее еще от пары глупых поступков!

Оливер в своем репертуаре, но - о, да - он показал свою “плохую” сторону, е-е-е!

Вы ведь не забыли Лилию? Есть такой персонаж, ага. Вернее, был…

Ну а в следующей главе будет немного философии, немного продвижения сюжета, немного ангста и немного перьев

========== Глава 18. Цветные светлячки ==========

Искать Эрику в доме нет смысла. Если опенул перемещается, размеры пространственной складки могут достигать размеров больших, чем планета. Оставалось надеяться, что Белуху не вынесло за пределы Дэнта и его окрестностей. Хотя, раз она еще не до конца разобралась со своими способностями, то ей могли помочь. Например, инсив. Заявился к ней, навешал лапши на уши. А она, разбитая и наивная, поверила!

Пока Дейр метался по дому в раздумьях, куда бы направиться в первую очередь, проснулась Лия. Вышла уже в уличном платье, с шалью на плечах, будто и не ложилась спать. Каннор встретил ее учтивым кивком и тут же пересказал все утренние события с момента гибели Йенца.

Старушка выслушала его, покачала головой и пошаркала в коридор. Очевидно, решила сначала разобраться с мертвецом у порога, а потом уже искать пропавшую внучку.

Йенц заметно побледнел, посерел и, кажется, стал намного тусклее. Как погасший светлячок. Кровь на небольших ранках запеклась и почернела, а бледно-желтые стеклянные глаза, когда-то такого глубокого цвета, блестели от невысохших слез. Не человек — восковая кукла.