— Очень мудрый подход, — согласился Денис.

— Асахи вообще очень мудрый, — кивнул Баки.

— Тогда почему ты не уверен?

— Теории начитался, — признался Баки. — Стимуляция предстательной бывает неприятна. Не всем нравится.

— Не узнаем, пока не попробуем.

— Вот теперь я буду думать, как бы попробовать не слишком жестко.

Вместо ответа Денис медленно и демонстративно облизал указательный палец. Баки моргнул, чувствуя, как к щекам и к паху приливает кровь.

— И много смазки, — добавил Денис.

— Д-да, — согласился Баки. — Может сработать.

С утра Туу-Тикки огорошила Стива заданием.

— Сходите к Тами, отнесете варенья и джем. Я уже все приготовила, сумки стоят у зеркала, Денис проведет.

Стив согласно кивнул и пошел искать Баки с Денисом.

Сегодня после пробежки и упражнений, показанных Сефиротом, Стив чувствовал себя неожиданно странно. Словно бы он весит не свои положенные две с половиной сотни фунтов, а гораздо меньше. И от неугомонных щенков уворачиваться было куда как легче. Может, просто привык отслеживать их передвижения, но хотелось верить, что терапия и «Шелковый путь» делают свое дело.

Денис и Баки нашлись в саду, как раз там, где Стив перерисовывал Юми ухо. И конечно же, они целовались. Стив закатил глаза. Неужели это так приятно и необходимо, что каждую минуту…

— Бак, Денис, у нас есть задача на утро, — Стив подождал, пока они оторвутся друг от друга. — Туу-Тикки просит сходить к Тами с вареньем и джемами.

Против воли своей Стив не мог отвести взгляд от зацелованных губ Баки. Когда Денис непроизвольно облизнулся, Стив залип на него, но потом всё-таки отвел глаза. Неприлично так смотреть. Тем более когда понимаешь происходящее только умом, а сердце рвется на части и говорить толком не хочет, по какому поводу.

— Ага, — кивнул Денис.

Они с Баки перенимали словечки и жесты друг друга с такой стремительностью, что Стиву было дико на это смотреть.

— Куда идти, что нести? — спросил Баки.

— К зеркалу, — ответил Денис. — Тами живет на Земле-Трайм. Тоже Сан-Франциско, то же время.

Нагрузившись тряпичными сумками, они прошли через зеркало, не обуваясь — у Тами тоже ходили босиком.

— Привет! — громко сказал Денис в пространство пустой гостиной с горящим камином и парой настороженно поднявших головы рыжих собак. — Мы с гостинцами из ситтина.

Из какой-то двери выглянула длинноволосая рыжая женщина средних лет, очень похожая на Туу-Тикки — если бы та была человеком. С ней в гостиную вкрадчиво вплыл запах цветущих роз.

— Привет! — сказала она.

Подошла к Денису, поцеловала его в щеку.

— Это Баки, — представил Денис. — Это Стив.

— Здравствуйте, ребята. Наслышана о вас. Идемте, отнесем все это богатство на кухню. Что-то Туу-Тикки в этот раз особенно расщедрилась.

Баки оглядывался. Характерные признаки дома-у-дороги были и тут: зеркало, горящий камин. Так же пахло трубочным табаком, но другим сортом. Гостиная была поменьше и более человеческой. Обычный дом. Не ситтин. Но точно так же везде полно растений в горшках. Диван один и тканевый, а не кожаный, на спинках дремлют коты — один цвета какао, другой окрасом похож на Юми, только морда уж очень длинная и уши как у летучей мыши. Две несимметричные лестницы на второй этаж. Нет зеркально расположенных дверей в кабинеты. У стены — две гитары в стойках.

Кухня тоже оказалась меньше и более «человеческой» — меньше дерева, больше металла. Баки впечатлился обилием медной посуды и принялся выставлять банки на стол.

— Мама подписала, где что, — сказал Денис. — У нас в этом году рекордный урожай буквально всего.

— Бран постарался? — понимающе спросила Тами.

— Да нет, просто зима была очень влажная.

— У нас тоже. Слушай, у нас сейчас гостят Стас с Дэном, и еще один интересный парень, высокотехнологичник, Марш, с ручной змеей. Дэн говорит, он с ним на Звездочке познакомился. А Дэн-старший и Грен в городе, скоро вернутся.

— Дэн — это мой брат, тоже киборг, — объяснил Денис. — А Стас — его капитан.

— Они скоро уедут. Стас все тянул, пока у нас Неясыть гостила, — сказала Тами, — но она ушла на Джер. А потом понадобилась помощь, пришлось двор перекладывать, там плитка растрескалась, Стас с Дэном и задержались, помогали.

Все банки выставили на стол, заняв его целиком, и Тами достала откуда-то пустые. Баки и Денис принялись паковать их в сумки.

— Вечная ротация банок? — спросил Баки.

— Вроде того, — кивнула Тами. — Чтобы лишние сущности не плодить.

Она зацепила большие пальцы рук за шлевки синих джинсов и покачалась с носка на пятку.

— Вон в том шкафу место есть, — показала она. — Сгрузите это добро туда. Джемы справа, варенье слева. Кофе будете?

— Я чай, — подал голос Стив.

— Какой?

— Черный, с чабером.

— Сделаю, — Тами включила чайник. — Баки?

— Кофе с мускатным орехом и бадьяном.

В кухню зашла та собака, что была более шерстяная, понюхала всех, лизнула Баки ладонь, зевнула и с костяным щелканьем закрыла пасть.

— Это Лито, — представила Тами. — Бакхмуль. Хитрюга и хулиган. А Нуби к гостям равнодушен.

— У нас тоже новые собаки, — сказал Баки. — Карай и Алтая, русские псовые.

— А что Тимур? — насторожилась Тами.

— Он умер в начале сентября, — вздохнул Денис. — Мама тебе не писала?

— У меня почтовый ящик обрушился. У нас же тут государственный раздрай, мы теперь отдельная страна Северная Калифорния, и вся почта схлопнулась на некоторое время. Обещали наладить, но пока никак.

— Федерация распалась? Соединенных Штатов больше нет? — с ужасом спросил Стив.

— Остался конгломерат Северных Штатов. Остался юг со столицей в Вашингтоне. Запад отделился. Калифорния и Флорида тоже. Безвизовый режим и все такое, но валюта своя, хотя свободно конвертируется. Дурдом, словом, — объяснила Туу-Тикки. — Да к тому лет двадцать шло. Южные и аграрные штаты таких президентов выдвигали и выбирали, что от США все мировое сообщество шарахалось. Вот и развалились. Ничего, будет внешняя угроза — соберутся.

— Почти триста лет федерации! — простонал Стив.

— Ага. Вроде того, — кивнула Туу-Тикки. — Центробежные процессы оказались сильнее центростремительных и все такое. Теперь Федерация Южных штатов продает Северным продовольствие, Северные Южным — технику, а мы сидим тихонько в союзе с Гавайями на полном самообеспечении.

— Добрый день, — поздоровались из дверного проема. — У нас гости?

Стив оторвался от разглядывания Тами, кухни, собак. Вошедший мужчина, одетый в явно военную форму, представился Джеем Ти, пожал поочередно всем руки. В его английском звучал незнакомый гортанный акцент с сильным упором на шипящие. Стив четко почувствовал, что его сосканировали и классифицировали.

— Простите, — сказал Марш, — привычка, оставшаяся с войны.

И улыбнулся. Открыто и ясно, Стив улыбнулся в ответ.

— Ничего, мы сами такие же.

— Дэн ещё плавает? — Марш повернулся к Тами, взял протянутый ему черный чай.

Баки рядом вздрогнул: на крепкой бритом затылке матово чернели выходы нейроимплантов.

Тами налила чаю Денису и Стиву, для Баки сделала кофе.

— Зачем вот это? — Баки коснулся своего затылка. — Прости, если вопрос бестактный.

— Не, нормально, — Марш сел рядом с Баки за стол. — Нейроимплант позволяет мне управлять эхолётом. Руками я просто могу не успеть что-то. Это боевая технология, но в нашем мире уже стала повсеместной. Я поставил первый в восемнадцать, когда решил идти служить. Плюс на машине стоит нейропароль, управлять ей могу только я и техник. Для прочих людей и неосапиантов она заблокирована. Как-то так.

— Что такое эхолет? — с интересом спросил Баки.

— Да, я тоже не знаю, — кивнул Стив.

— Боевая машина, — Марш развернул над столом небольшую искристую голограмму. — Сначала нейро ставили на модифицированные самолеты, а потом стали играть с формой. В космосе без разницы, хоть в кубике летай, там важна масса, а не аэродинамика. Вот мой эхолет, SF, а на этом летал Каз Такаги, мой самый юный пилот-ас, один из лучших в эхофлоте, он с Трэксом сейчас в дальнем поиске, ищут новые миры для заселения. Этот эхолёт — грузовой, плюс несёт на себе систему усиления связи, ну и ее дубликат…