Но лучше всего Брока убедил тот факт, что между состарившимися лучшими друзьями ничего не было. Если бы они хоть раз трахнулись (или «состояли в отношениях», как выразился бы Кэп), то можно было начинать переживать, но, как оказалось, Стив в одиночку страдал от своих чувств, а Баки даже не подозревал и уж точно не любил в ответ. Успокоившийся Брок почувствовал от этого факта колоссальное облегчение и мог с чистой душой желать Барнсу поскорее всё вспомнить.

Но думать об этом всё равно пока было рано. Если у Баки и остались ещё «непрожаренные» воспоминания, то где-то глубоко внутри, и чтобы достать их, мало было вытащить его с базы Гидры и усадить смотреть на солнышко. Им, всем троим, предстояло провести какое-то время, собирая личность Барнса по кусочкам и восстанавливая то, что разбивала раз за разом все эти годы целая компания мудаков.

— Ничего больше не вспомнил?

Брок старался действовать не слишком навязчиво, но не мог не спросить. Баки в ответ помотал головой, чего не позволял себе раньше, пока был Солдатом. Стоило вытащить его на поверхность из бункера Гидры, дать нормальную одежду, возможность мыться горячей водой и смотреть на рассвет — и Барнс всё больше стал напоминать человека. Замкнутого, но хотя бы живого.

— Это новая миссия? — и вопросов он стал задавать гораздо больше, что не могло не радовать. — Вспоминать?

— Нет. То есть, да…

Брок замялся и нахмурился, не зная, что ответить. Барнс молчаливо ждал его решения.

— Твоя единственная цель — вспоминать, да, но ничего страшного, если у тебя не получится или получится не сразу, — наконец, сформулировал Брок. — Никаких наказаний, помнишь? — Барнс кивнул. — Теперь ты свободен, так что можешь делать, что хочется. В том числе — вспоминать себя и своё прошлое.

Надеясь, что объяснил понятно, Рамлоу замолчал и посмотрел на Барнса. Тот сидел, сосредоточенно уставившись в противоположную стену.

— Я могу делать, что хочется? — неуверенно уточнил он, наконец.

— В разумных пределах, конечно. Есть какие-то идеи?

Они определённо были, но привычки Солдата слишком прочно въелись в сознание, и сказать что-то, а тем более — просить, оказалось почти невозможно.

— Я хочу… — низкий и сильный голос звучал до смешного неуверенно, но Броку было не до смеха, и он молча ждал продолжения, — шоколад?..

Он вскинул голову и попытался сказать это гордо, но вышло всё равно жалко и испуганно. Барнс всё ещё боялся просить, боялся сказать, что хочет чего-то, боялся наказания, боялся быть обычным человеком.

— Пятница, тут не завалялся шоколад?

Брок поднял голову к потолку, хотя это было и не обязательно. Просто нужно было куда-то посмотреть, чтобы не встречаться взглядом с прозрачными, серее, чем у Роджерса, но тоже голубыми, глазами ждущего ответ Барнса.

— Да, мистер Рамлоу, — зазвучал приятный женский голос. — В холодильнике рядом с барной стойкой. Мистер Старк иногда использует его в качестве закуски.

Брок натянуто усмехнулся и кивнул Барнсу, призывая подняться и следовать за ним.

— Можно подумать, — обратился он снова к ИскИну, — что твой хозяин только и делает, что бухает. Ты постоянно его компрометируешь.

— Я делаю это, чтобы напоминать мистеру Старку о его здоровье. Конечно же, он выпивает не каждый день. Но, как говорит мистер Старк: «Любую работу можно делать, параллельно дегустируя хороший алкоголь». Так что даже если он занят новым изобретением, есть вероятность, что он также пьёт.

— Многозадачность, — Брок кивнул. — Так, холодильник у барной стойки… Ага, вот и они.

Когда к ним вышел сонный Стив, увлёкшийся Барнс откусывал уже от второй плитки. Справедливости ради, они были небольшими, а для суперсодлдатского организма так вообще казались не больше дольки каждая.

— Доброе утро, — Брок кивнул Роджерсу, с улыбкой глядя на его заспанный вид. — Как спалось?

Стив подошёл ближе, находясь ещё в полусне, приобнял Брока со спины и положил голову на плечо.

— Что делаете?

— Исполняем желания, — Рамлоу пытался сохранить лицо и не показать, как ему нравятся такие проявления любви. — Шоколадку хочешь?

— Да, давай.

Барнс нахмурился. Он посмотрел сначала на Стива, потом на Брока, а затем торопливо, хоть и явно нехотя, вложил Роджерсу в руки почти целую плитку, от которой был аккуратно отломлен один кусочек.

Стив оставил себе две дольки, а остальное вернул Баки, и лицо того удивлённо вытянулось. Похоже, он думал, что больше шоколада не получит, не ожидал и потому растерялся. Всё ещё настороженно поглядывая на спокойные лица, он двигался рывками: потянулся к оставшейся плитке — подождал, наблюдая за реакцией — отломил дольку — остановился — поднёс ко рту — сверкнул глазами из-под отросших волос. Когда уже порядком подтаявший кусочек всё-таки оказался во рту, облегчённо выдохнули все.

— Чем займёмся? — спросил Брок, откидываясь на спинку стула.

Они только закончили завтракать, и хотя Барнс и съел не только больше всех, но и больше нормы, по-прежнему смотрел на оставшееся на столе голодными глазами.

— Прогуляемся.

Как Брок и подумал, они отправились в Бруклин. Стив, вероятно, хотел пробудить воспоминания Барнса пейзажами родных мест, но даже не видевшему старого Бруклина Броку было понятно, что ничего не выйдет. Они слонялись по однотипным улицам, петляли между домов, но всё без толку. Лишь однажды Баки выглядел заинтересованным — когда они остановились напротив маленького, ничем не примечательного тупика.

— Я часто попадал в неприятности, а ты меня спасал, — Стив остановился, с надеждой глядя на Баки. — Когда мы встретились здесь, ты был уже в военной форме. В тот день тебя забрали в армию.

Он не спросил, но «помнишь?» всё равно зависло в воздухе. Барнс промолчал, даже головой не помотал, и просто отвернулся. На Стива было больно смотреть: поникший, но старающийся держаться ради Баки, он с каждым новым шагом вглядывался в лицо друга, надеясь увидеть в нём хоть каплю узнавания, и, когда не видел, плечи его опускались всё ниже, а взгляд тускнел.

Брок шагнул ближе к Роджерсу и коснулся его руки, легко погладил, напоминая, что он не один. Непривыкший к публичному проявлению чувств Рамлоу был не в своей тарелке, но благодарный взгляд Стива и крепко переплетённые пальцы того стоили.

— Я провалил задание?

Они вернулись в башню Старка, когда стало ясно, что прогулка не даст результатов. Барнс как обычно притих, и Стив с Броком уже не заостряли на этом внимание, надеясь, что со временем это пройдёт, пока в тишине гостиной не прозвучал его тихий голос.

Роджерс уже хотел ответить, но в последний момент понял, что вопрос адресовывался не ему. Брок отложил падд, на котором листал новостную ленту, хмурясь от неприятных известий, и повернулся к Солдату.

— С чего ты взял? — вопросом на вопрос ответил он, чтобы разговорить Барнса.

— Миссия — вспоминать. Я не вспомнил. Миссия провалена?

Логики ему было не занимать, так что Брок даже согласился про себя, но вслух сказал другое.

— На это задание нет ограничения по времени. У тебя вся жизнь впереди, чтобы всё вспомнить, так что нет, ничего ты не провалил, расслабься.

Не то слова Командира так на него действовали, не то день, проведённый на свежем воздухе, вдали от Гидры и Пирса, но Баки действительно перестал зажиматься и не выглядел больше, будто прятал оружие в шаговой доступности, чтобы убить врага, только почувствовав опасность.

— Чем займёмся? — вклинился Стив, и усталый взгляд снова наполнился теплотой, когда Роджерс смотрел на Барнса. — Чего бы тебе сейчас хотелось?

Тот подумал, очень обстоятельно и серьёзно, так что Брок было решил, что сейчас будет просьба вроде «чёрного бентли с откидным верхом», но ошибся.

— Солнце, — ответил Баки.

— Мы же и так весь день на солнце провели.

Брок сориентировался первым.

— Пошли. Есть идея.