— А Джульетта говорила, что ты список трав составляешь, которые тебе потом надо будет найти, — сказала Фламма.
— Составляю, — подтвердил Яс, перерывший накануне все книги лекарки в поисках того, что загадал преподаватель. Нет, чтобы по человечески составить список нужного и отдать студентусу, сочинять загадки о болезнях и основных компонентах лекарств, видимо, интереснее.
В общем, Яс окончательно понял, почему никогда не хотел быть лекарем.
— А мяты там в списке нет? — спросила Фламма, встав на цыпочки. — А то у меня куча мяты. И обыкновенной и перечной. А еще у меня розмарина куча и чабреца, и... Ну, у меня много что есть, мне надо парфюмерную мазь приготовить, помогающую от шелушения кожи и приятную на запах, а потом правильно вплести в коробочку плетение, мешающее этой мази испортиться. И я не могу найти круглую, а вплетать что-то в квадратную гораздо сложнее.
Яс вздохнул, посмотрел на свой список, нашел в нем успокаивающую мяту и решительно встал.
— Ладно, — сказал тихо, зачем-то оглянувшись на дверь. — Давай посмотрим на твою кучу трав, и если ты мне поможешь сэкономить время на их поиске, я тебе сделаю коробочку из ветки. Там главное правильно с огнем работать, чтобы она полностью не сгорела.
Фламма радостно закивала, схватила с подоконника кота и поспешила к двери, ждать Яса.
И настроение у нее тоже было преотличное.
Эпилог
На ту самую Границу, выстроенную пчеловскими грибами, студентусы сходили посмотреть перед самым отъездом, предварительно обвешавшись какими-то амулетами. Оказалось, с виду эта штука, которой пугали непослушных детей и пьющих мужей, была совсем нестрашной. Так, стена тумана, за которой ничего не видно. И влезть туда по неосторожности можно было только тогда, когда вокруг был тоже туман, обыкновенный. Ну может еще ночью, но тут надо было постараться.
— Наверное, среди местных жителей очень много идиотов, — задумчиво сказал Яс, и мысленно с ним согласился даже Роан, которому такие разговоры вменялось пресекать.
А после знакомства с Границей практика официально закончилась и студентусы засобирались обратно в школу, радовать преподавателей выполненными заданиями, написанными отчетами, и натренированными практическими навыками. И на удивление, по дороге даже ничего не случилось.
А много позже студентусы узнали, что оборотни, присланные кланами, сидели у порталов, пока к одному из них не доползла грибница, напугав по пути кучу селян. А когда это, наконец, случилось, и Оршар заверил всех, что теперь можно спокойно ходить туда-сюда, правда небольшими группами, несколько оборотней сразу же рванули в мир зеленых туманов. И вернулись они оттуда таща за собой сопротивляющегося и вопящего ворона, а так же багаж новых знаний и ощущений.
— Да ты просто идиот, — говорил кем-то побитому ворону один из оборотней тем же вечером. — Полный идиот. Ты упустил такую возможность из-за своего идиотизма. И для себя упустил, и для моего клана. А теперь уже поздно.
— Я ее пытался поймать! — мрачно сказал ворон, которого впереди ждал еще разговор с родителями обманутых учеников, после которого он мог и не выжить, так что терять ему было нечего и он почти ничего не боялся.
— Пытался он. Зачем было ловить и бросать в портал этих несчастных селян? На свете куча авантюристов, которые прыгнули бы туда добровольно, стоило им пообещать, что они станут оборотнями. И с них можно было бы магическую расписку взять, о том, что они обязуются тебя слушаться. И пищу им доставлять. И время подходящее выбрать, чтобы взять стаю в свои руки. Просто набрать достаточное количество, а потом делать то, что делал тот маг, которого хотели спасти ученицы. Тебя бы стая уважала и победить ее потом было бы просто. А ты, идиот, похищениями внимание привлек и отдал стаю мальчишке. Как так можно?
— Может, они еще не станут полностью оборотнями, — робко предположил ворон.
— Станут, куда они денутся? Лишь бы не драконами. Если станут драконами, весь баланс сил из-за этого нарушится.
Оборотень оказался прав, никуда жители мира зеленых туманов не делись и научились оборачиваться. К счастью, не в драконов, а в банальных волков, рысей и прочую живность. Даже одна белка была, которой пришлось заблокировать оборот, потому, что даже проживание в мире идеальном для оборотней, не помогало справиться с проблемами, возникшими из-за такой вот второй ипостаси.
Да и случился первый оборот среди поселенцев не скоро, а спустя целых два года. К тому времени, на месте землянок успели построить небольшой и довольно уютный городок, по соседству с которым разрослась грибница-ясли маленьких пчеловов. К такому соседству люди быстро привыкли, а потом еще и научились извлекать пользу, заряжая амулеты.
Жил клан Янира, кстати, неплохо. Как оказалось, деревья, да и в целом растения ничего против мира зеленых туманов не имеют. Просто яблочки стали крупнее, пшеница вымахивала выше человеческого роста, а одной тыквой можно было накормить с десяток человек. С животными оказалось сложнее, потому, что мало ли во что зеленый туман превратит банальную корову. Так что мясо и молоко клану приходилось закупать в соседнем мире. Хорошо хоть продавать было что — и гигантские овощи-фрукты, и экзотические плоды-травы иного мира ценились, как оказалось, не только магами.
И население городка постепенно росло, в первую очередь за счет предсказанных ворону авантюристов. Во вторую, за счет невест, которых не смущало, что муж умеет обрастать шерстью и обзаводиться клыками, и перспектива научиться делать так же.
Но все это было много позже.
А тогда, спустя четыре дня после возвращения из практики, шумная компания студентусов сидела в «Одноухом зайце» и поздравляла смущающуюся Шеллу с помолвкой. Помолвка случилась накануне, ее как раз так подгадали, чтобы в храм, посмотреть как Шеллу и Эрленна обручают, пришли друзья девушки и ее любимая преподавательница с мужем. Была эта помолвка торжественна и правильна. Потому, что кроме студентусов и преподавателей там еще присутствовали родственники жениха. И их было много, хотя бабушка невесты все равно умудрялась это великолепное общество подавлять — столь величественно и невозмутимо она выглядела в традиционном степняцком наряде. Словно какая-то степная богиня явилась. К ней даже подойти никто кроме отца Эрленна не рискнул. А Джульетта тогда заинтересовалась тем, бывают ли женщины-шаманы? А узнав, что бывают, заподозрила в этом бабушку Шеллы. Правда, бабушка ее любопытство удовлетворять отказалась.
— Правильный вопрос, кстати, — сказал тогда тихонько Роан. — Дар призывать, изгонять и привязывать тоже передается по наследству. И даже если у Шеллы абсолютно классический дар стихийника, это вовсе не значит, что у ее ребенка не проявится склонность к работе с духами и повелением-отдачей. Тогда придется искать учителей в степи. Пускать все на самотек в этом случае будет столь же опасно, как и в случае с классическим даром.
Джульетта покивала и сказала, что обязательно передаст это Шелле.
И передала, когда выпила немного вина и неожиданно для себя это вспомнила. Правда, как оказалось, Шелла понятия не имела, чем занималась ее бабушка до того, как вышла замуж. А после того шаманом она точно не была, по крайней мере, не практиковала. Или практиковала так, чтобы не видели пугливые жители городка.
— Родственники иногда такие скрытные, — сказала Джульетта. И Роан, если бы присутствовал, с ней бы согласился.
Но он не присутствовал. Он как раз в это время качал на руке подросшего бутуза, наблюдая за тем, как его брат пытается уползти от надевавшей на него штанишки мамы. Собирались они как раз к родственникам. К дедушке Пенсу, и решившему с ним помириться старшему внуку.
— Представляешь, это, оказывается, тот маг, который сидел в мире зеленых туманов с оборотнями Янира, — ворчал Роан. — Он меня видел, даже здоровался. И Яс ему тогда уже сказал, что я тоже внук Дановера, но, зараза, сказать мне никто не догадался. А Кайвен предпочел понаблюдать издалека. У него там были проблемные ученицы, которых следовало куда-то пристроить. И не до меня было. Я, наверное, мог добавить ему проблем. И почему теперь так себя чувствую? Умом понимаю, а кажется, что меня предали.