В тот вечер почти все члены общины разошлись по домам, лишь молодой парень по имени Арнольд остался помочь убрать со стола и помыть посуду.

- Арни, совсем скоро комендантский час, ты можешь опоздать, - взволнованно предупредила Элси.

- Не бойся, я шустрый, - подмигнул Арнольд.

Виолетта тихо лежала на кровати, наблюдая за хлопотами по хозяйству. В её положении любая физическая работа была противопоказана. Девушка размышляла об услышанном на собрании, как вдруг её живот пронзила резкая боль. Без всяких объяснений ей стало понятно, что происходит.

- Вета, милая, что с тобой? - встрепенулась Элси.

- У меня... кажется... началось... Ой-ой-ой-ой, мамочки...

- Так, Арнольд, сможешь раздобыть нам тёплой воды?

- Я постараюсь.

Элси засучила рукава и со знанием дела приступила к акушерским обязанностям. В прошлом ей доводилось пару раз принимать роды. При правильном подходе всё должно пройти как по маслу. Арнольд был на подхвате и с готовностью исполнял любые поручения. Он был горд тем, что вносил свою маленькую лепту в дело встречи нового человека, рождающегося в мир. Это были изматывающие минуты, плавно перетекающие в часы. Стоны, тяжёлые вздохи и крики смешались в один умопомрачительный концерт. Последний рывок - и комнату пронзает плач новорожденного.

- Мальчик, - с улыбкой сообщила Элси, поднося дитя к лицу уставшей, но счастливой матери.

***

Робин проснулся от того, что кто-то настойчиво тряс его за плечо. Разлепив глаза, он увидел склонившееся над ним встревоженное лицо Стефана.

- Что за тревога в такую темень? - пробормотал рыцарь, широко зевая.

- Уже утро, - ответил священник. - Только вот солнце сегодня не взошло. Догадываешься, что это значит?

- О Господи, только не это!

Робин рывком сел на кровати и стал натягивать сапоги. То, от чего они бежали, что преследовало его в кошмарах последние месяцы, нашло своё воплощение в реальности. На улице били военные барабаны и раздавались крики людей.

- Они уже здесь? - уточнил Робин.

- Похоже, что да, - кивнул Стефан. - Укройся в церкви, туда уже наверняка отправили женщин, стариков и детей.

- Я буду драться! Не зря же я тренировался с мечом.

- Видел я твои тренировки. Ты не восстановил даже трети от своей былой формы. Извини, но с одной рукой и хромой ногой в бою тебе делать нечего.

Понурив голову и сжав трость работающими пальцами, Робин направился к церковному зданию. Меч в ножнах на поясе хлопал по бедру в такт шагам. Рыцарь изголодался по сражениям. Свободное время он проводил, учась фехтовать левой рукой. Да, Стефан в чём-то прав, сейчас он не сдал бы и сержантский минимум, установленный в Ордене. Но и сидеть без дела, пока остальные бьются с чужеземными захватчиками, было ниже его достоинства.

Действительно, в церкви собрались все, кто не может вести бой. Это место всегда дарило надежду и утешение всем нуждающимся. Огромная миссионерская работа, проделанная Стефаном, принесла свои плоды: всё племя и даже пара соседних обратились к вере в истинного Бога. Кто-то сделал это искренне, чьё-то обращение было лишь номинальным. Но сейчас все были равны перед лицом опасности. Обведя взглядом испуганных людей, Робин произнёс, пытаясь вложить в свой голос максимум твёрдости и уверенности:

- Всё будет нормально.

Только прозвучало это очень неубедительно.

Стефан подоспел на передовую, когда войска противника уже высадились на берег. Трезво оценив обстановку, старик понял, что эту войну им не выиграть - аборигены уступали захватчикам и числом и вооружением. Вдобавок большая часть солдат неприятеля состояла из поднятых чёрной магией мертвецов - мужчин и женщин, чьи тела после смерти стали марионетками в руках их тёмных хозяев. Позади армии обнаружилась троица колдунов, которые и руководили зомби. Чернокожие воины встали плечом к плечу, сбив стену щитов и выставив копья.

- Вам ни к чему умирать, - раздался магическим образом усиленный голос. - Склонитесь перед посланниками Божественного Императора и будете жить. Господь Лукас добр к тем, кто согласится служить ему. Но горе тем, кто воспротивится.

Стефан сжал зубы и покачал головой. Как ловко эти мерзавцы делают своё дело!

- Не слушайте их! - крикнул он. - Тот, от чьего имени они говорят, никакой не Лукас, но исконный враг душ человеческих - Джезах, будь проклято его имя!

- Тебя никто не спрашивает, еретик. Ты бежал из наших земель, спасаясь справедливого возмездия Господа. Но его рука достанет тебя и здесь. Эй вы, люди, отриньте враньё этого лже-проповедника и примите посланников истинного Бога!

Произошло то, чего Стефан и боялся - несколько воинов дрогнули и опустили оружие.

- А ведь и правда, - сказал Авиту, рослый чернокожий парень. - Белый священник мог и солгать, почему он бежал со своей земли.

- Братья, не позвольте себя обольстить! - взмолился старик. - Разве вы не помните, сколько раз Господь являл Свою силу через меня? Разве я не отдавал всего себя на служение вам и вашим семьям?

- Господь предупреждал, что явятся лже-пророки и ложными чудесами будут смущать неокрепшие умы, - продолжал агитировать маг. - Вот яркий пример того.

- Да, кто знает, чьей силой ты это делал, - с лёгкостью соглашались аборигены. - Амади тоже творил много чудес и знамений, и мы верили ему!

- И сейчас вы охотнее поверите каким-то чужакам, чем тому, кто жил и трудился бок о бок с нами долгие месяцы? - возражали другие.

И вот уже соплеменники разделяются на два лагеря. Несмотря на все уговоры Стефана, они готовы вцепиться друг другу в глотки на потеху околдовавшим их чернокнижникам. Перешедших на сторону врага вдвое больше, и они атакуют первыми. Боевые кличи, лязг оружия и стоны раненых и умирающих слились воедино. Нет ничего ужаснее, чем идущие друг на друга соплеменники. Брат против брата, сын против отца. Стефан знал этих людей, он любил их, и от этого становилось невыносимо больно. В конечном счёте старик, не принимавший участия в бойне, остался один против пятерых. В глазах своих противников он не обнаружил ничего, кроме ненависти и жажды убийства. Мельком оглядев разбросанные вокруг тела павших товарищей, среди которых был и тот самый ндаху, обязанный священнику своей жизнью, Стефан отбросил фальшион и опустился на колени.

- Довольно крови, довольно смертей, - произнёс он. - Если вы хотите, можете забрать мою жизнь. Но отнимать ваши я не намерен. Бог мне свидетель: я всегда любил вас и служил, насколько мне хватало сил.

- Еретик мой, - властно сказал один из колдунов. - Взять его!

Стефан не стал сопротивляться, когда сильные руки схватили его с обеих сторон и поволокли туда, куда приказал старший некромант. Он лишь закрыл глаза и стал тихонько молиться.

***

Ожидание длилось не так долго, как Робин представлял себе. Звук шагов с улицы возвестил о возвращении воинов. Неужели победа? Но нет, в открывшуюся дверь церкви входят совершенно чужие солдаты под предводительством человека в чёрной мантии с посохом в руке. Значит, битва проиграна. Надеяться больше не на что.

- Я послан сюда говорить от имени Господа Лукаса, пришедшего в наш мир судить живых и мёртвых, царству которого не будет конца, - молвил чародей. - Признайте его владычество, и вам будет гарантирована жизнь и мирное существование.

- Видал я вашего так называемого Господа, - оскалился Робин, вынимая меч из ножен. - Ты меня не обманешь, дьявольский прихвостень. Ты служишь Джезаху, а не Лукасу.

- Ещё один еретик. Что ж, с вами у меня разговор короток.

Маг сделал выпад своим посохом, и из его навершия ударил ярко-фиолетовый разряд. Он бессильно растёкся по телу Робин, заставив того лишь слегка пошатнуться.