Искалеченные пальцы касаются черной грубой ткани. Безумно худые ноги изящно и грациозно принимают балетную позицию. Легкий полупоклон и светская, немного таинственная улыбка на потрескавшихся губах. Идеальная осанка хрупких плеч. Изящный реверанс. Аристократка из средневековья, прошедшая через пытки, но не растерявшая знаний этикета, дарит человеку, которого признала, частицу собственного прошлого, однако он этого не видит и никогда об этом не узнает. Просто потому, что он не должен понять, как сильно меняет себя этот Страж, чтобы не вызвать у Хозяина дискомфорта… Ведь так проще. Проще им обоим.
***
Тсуна проснулся и сразу понял, что что-то не так. Было на удивление тепло, голова не болела, да и вообще самочувствие его значительно улучшилось, а потому, нехотя разлепив глаза, Савада окинул пещеру быстрым взглядом, ища подвох. И он его нашел: в центре пещеры мерно потрескивал большой костер, а рядом с ним сидели те, кого сейчас Тсуна больше всего на свете хотел увидеть — Ямамото, Гокудера и Рёхей. Мукуро всё так же лежал без сознания, но уже в другом конце пещеры, а сам Савада оказался перемещен ближе к костру. Под головой у незадачливого босса мафии лежала свернутая в валик куртка Рёхея, а у выхода, глядя на небо безразличным усталым взглядом, стояла Лия. Она выглядела странно отрешенной, а друзья Савады — испуганными и дико нервными, но даже такая атмосфера вызвала улыбку на тонких губах человека, безумно счастливого от того, что он больше не один.
— Даже не думай вставать: у тебя не хватит сил, и ты встретишься затылком с землей, — предупредила его попытку подняться Страж, и Тсуна, начавший было приподниматься на локтях, со вздохом лег обратно. К сожалению, Лия была права: хотя общее состояние Савады уже приходило в норму, физическая слабость оставалась просто огромна, и он даже подумал, что больше никогда не согласится на подобные эксперименты — слишком уж это было выматывающе.
Парни, услышав вздох друга, тут же обернулись и кинулись к Саваде. Гокудера проверил пульс босса, бормоча что-то о том, что он никчемная «Правая рука», и обещая больше никогда не оставлять Джудайме в опасности, Такеши напряженно вглядывался в лицо друга, словно пытался понять, в порядке ли он, а Рёхей тараторил без умолку о том, что случайно увидел пещеру, когда обходил свой участок леса, и решил проверить, не спрятались ли в ней от дождя Тсуна или Мукуро, и на самом деле нашел их, вот только оба были без сознания и признаков жизни не подавали, хотя пульс и дыхание были ровными. Слабыми, но ровными…
— Что с Мукуро? — тихо спросил Тсуна, понимая, что даже говорить ему пока всё еще тяжело.
— Жив, но мы не можем его разбудить, — ответил Такеши и, заглянув другу в глаза, тихо, но четко спросил: — Что здесь произошло, Тсуна? Кто вас вырубил?
— Никто. Это… эксперимент. Мукуро предложил проверить свою теорию, и вот что получилось.
Парни переглянулись и резко нахмурились. Гокудера потянулся к карману брюк, но не нашел сигарет, а потому поморщился и процедил:
— Я же говорил, что этот дар может быть опасен, потому Джудайме нам о нем и не рассказывал…
— Нет, — Тсуна сглотнул и, почувствовав, как прокатился по горлу тугой ком вязкой слюны, прохрипел: — Ребята, можно воды? Потом всё расскажу.
— Конечно, Джудайме! — Гокудера тут же приложил к губам босса самодельную флягу, и Тсуна с жадностью сделал большой глоток. Холодная вода мягко скользнула по истерзанным жаждой губам и проникла в горло. Тсуна впился зубами в край фляги и начал жадно глотать, отфыркиваясь и пытаясь неслушающимися руками поймать сосуд с драгоценной влагой. Только сейчас он понял, насколько хотел пить, и это ощущение резко дернуло его на грань безумия…
— Не торопись, никто у тебя воду не отнимет, — прокомментировала сей беспредел Лия, а Тсуна, наполовину опустошив флягу, наконец улегся обратно и отдышался.
— Лия, освободи Мукуро, он ведь уже ничего мне не сделает, — прошептал он, и Страж фыркнула.
— Он еще не досмотрел важный момент до конца. Вот досмотрит — освобожу. Пока рано, он не поймет, зачем всё это было, если не увидит его. А ты пока рассказал бы друзьям, что произошло, а то они скоро от непонимания начнут на стенки лезть.
Савада закатил глаза, понимая, что спорить со Стражем просто бесполезно, и, тяжело вздохнув, посмотрел на переглядывающихся друзей.
— Ребята, я вам всё расскажу, но… это надолго. И сразу скажу: опыт Мукуро дал понять, что я не свихнулся, и всё, что я расскажу, происходит на самом деле.
Мафиози молча переглянулись и, не сговариваясь, кивнули. Рёхей вернулся к костру и подбросил в него пару веток, а Савада со вздохом начал повествование. Язык ворочался неохотно, парень часто сбивался и делал передышки, и в такие моменты Хранители начинали бурно обсуждать услышанное, а Гокудера еще и строил догадки о том, что же на самом деле представляет из себя Книга Всезнания, и возможно ли в принципе создать нечто подобное. Когда же рассказ подошел к своему апогею, то есть к моменту несостоявшегося удара Мукуро, пещеру огласило дружное возмущенное восклицание — даже Ямамото выразил свое отношение к данному поступку иллюзиониста.
— Он совсем с ума сошел? — возмущение Такеши было самым немногословным и самым вежливым из прозвучавших.
Тсуна же лишь тяжело вздохнул и пояснил друзьям, что, по словам Лии, иллюзионист всё же не хотел причинить ему вреда, и именно потому его отправили в воспоминания, а не сделали нечто куда более неприятное и опасное для жизни. На это парням возразить было нечего, но Гокудера, окинув взглядом пустую, как ему казалось, пещеру, вдруг сказал:
— Ты… Не знаю, почему ты на самом деле помогаешь Джудайме, но спасибо. Спасибо, что защитила его.
— Передай своему верному Хатико, — ехидно ответила Страж, подходя к курильщику и делая вид, что приобнимает его за плечи, — что я так поступлю с любым, кто посмеет угрожать моему дорогому Тсунаёши. Включая всех здесь присутствующих. Ладно, Тсуна?
— Ох… — Савада вздохнул и, закатив глаза, проворчал: — Лия говорит, что поступит так с любым, кто будет мне угрожать. Даже с вами. Простите, она просто не верит людям, вот и получается, что…
— Ничего, — перебил Саваду Рёхей. — Она тебя экстремально спасла, и мы ей за это благодарны! Да и это же хорошо, что у тебя теперь такой сильный союзник — если она тебя и правда будет так защищать, мы будем только рады!
— Вот именно, Джудайме, — улыбнулся Гокудера, но окинул пещеру подозрительным взглядом. — Я не причиню Вам вреда, но это хорошо, что она будет защищать Вас даже от друзей — вдруг кто-нибудь возьмет наш разум под контроль или опоит чем-нибудь? Эта женщина права, главное — бдительность.
— Спасибо, — улыбнулся Тсуна.
— Какие понятливые мальчики, — умилилась Лия и, потыкав Гокудеру в щеку, заявила: — Но ежели эта милая няша так заботится о дорогом боссе, мог бы и бросить курить. Никотин — первый шаг к раку легких, а он не заботится о здоровье своего драгоценного друга и медленно, но верно его травит. Калигула, притаившийся под маской доброго Тоторо, не иначе!
— Лия! — чуть ли не простонал Савада и закатил глаза, а парни переглянулись. Тсуна тут же вздохнул и пояснил: — Простите, она часто шутит, потому я и давился смехом, когда не было, вроде бы, никаких причин. Про Реборна в тоге именно она тогда сказала.
— Зато теперь ясно, что ты в норме и не переиграл в видеоигры, — рассмеялся Ямамото, а Тсуна виновато посмотрел на друзей и пробормотал:
— Простите, что так долго молчал. Сначала я и сам не мог поверить, что происходящее реально, а потом сомневался, не сошел ли с ума. А еще боялся, что если мне нечем будет подтвердить свой рассказ, вы можете подумать, что я… свихнулся. Или что на меня кто-то воздействует. Извините.
— Да ничего, — улыбнулся Такеши, но в глазах его промелькнула грусть. — Просто в следующий раз помни, что мы поможем в любой ситуации. Если бы ты сразу рассказал, мы бы вместе выяснили, правдива история о Книге или нет.