— Хорошие игроки собирают всю информацию, даже на первый взгляд бесполезную, — задумчиво произнес Мукуро.
— Но даже если он собирал на нас информацию про запас, — нахмурился Хаято, — как узнал, что именно в тот день и именно в тот город прибыли не только мы, но и Сасагава с сестрой? Хибари прав, — подрывник поморщился, не желая этого признавать, но всё же сказал: — он явно знал больше, чем если бы просто собирал общую информацию обо всех мафиози подряд.
— Может, у него просто были агенты в городе, видевшие, как мы выходили из машины? — предположил Такеши, явно не слишком веря в свои слова.
— А все люди Земли через пять минут дружно скажут: «Аве Италии!» — фыркнул Чикуса. — Слишком нереальное совпадение. Да и ни один босс, совершающий поездку в малознакомую местность, не отпустит охрану так далеко. Ее рассредотачивают по периметру территории, выбранной как место дислокации, также могут оставить несколько постов на пути отхода и на въездах в город. Но у микроавтобуса были тонированные стекла, и увидеть, кто в салоне, не смогли бы даже наблюдатели на въезде.
— Значит, он либо следил за нами, либо ему сообщили, что мы скоро приедем, — обреченно подвел итог Тсуна.
— «Крот» мог бы сообщить о том, что вы поехали в город, но не о твоих планах на встречу с врагом народа, — усмехнулся Мукуро. — Предположим, Хоффман знал о твоем приезде в город от осведомителя и послал кого-то проследить за вашим микроавтобусом. Сасагаву похитили «на всякий случай», равно как и склад был заминирован исключительно во имя предосторожности. Когда же наследник Вонголы прибыл, его Хранителя, возможно, отравили, а возможно и нет, однако, как бы то ни было, Хоффман начал его провоцировать. Ну а добившись срыва, он записал всё на пленку и умчался вдаль, напоследок попытавшись наследничка подорвать. Либо у него мания преследования, на что намекает чрезмерная осторожность первых пунктов, либо он гений с невероятным IQ, просчитывающий всё на сто шагов вперед, о чем говорят последние пункты. Ну или он просто очень осторожен и ждет удар от любого, потому и ввел режим тотальной слежки, а заодно очень хороший делец, умеющий подстраиваться под любую ситуацию и извлекать из нее выгоду. Но кое-что всё равно не сходится.
Тсуна затаил дыхание, а Мукуро, многозначительно указав на самого Саваду, спросил:
— Почему ты еще жив?
Вонгола Дечимо опешил, а иллюзионист рассмеялся и продолжил:
— Если тебя планировали убить, то должны были положить заряд побольше. Такой слабой атакой тебя не уничтожить. И если Хоффман знал, что к нему придешь именно ты, а также знал о твоих способностях, он должен был подготовиться получше. Судя по словам Киоко, он не был уверен в исходе дела, потому как сказал: «Если они тебя дождутся». А значит, он знает далеко не всё о твоих силах. Он недолго тебя изучал.
— Значит, он и правда выяснял, кто я такой, когда мы только подошли к дому? — растерялся Тсуна. — Но тогда как он узнал, что надо именно Киоко похищать?!
— Лучше спроси, зачем он вообще ее похитил, — хмуро бросил Хибари. — Ты меня так и не услышал, Савада. Скажу проще. Загнанная в угол мышь кидается на кошку, выцарапывая ей глаза. Любой, кто совершил проступок, старается обезопасить себя от наказания. Зачем человеку, приехавшему ради сделки, минировать здание? Зачем похищать подругу оказавшегося в том же городе наследника мафиозной семьи?
— Потому что… он опасается, что его раскроют? — опешил Тсуна.
— Лучшая защита — это нападение. Можешь спросить у иллюзиониста. Он этим правилом руководствуется всегда, — Мукуро рассмеялся, а его враг продолжил, не обратив на него внимания: — Если человек совершил преступление, он во всех видит опасность. Поэтому я и говорю, что Хоффман явно в чем-то виновен. Если и не в разжигании войны, то в чем-то еще точно. Потому заминировал здание. Потому следит за всеми, кто может представлять хоть малейшую угрозу, и пытается предотвратить нападение с их стороны.
— Думаете, он боится?
— Нет. Он просто всегда настороже. А не расслабляются только те, кому есть за что мстить.
И возразить на это никто не смог. А потому Тсуна подвел итог:
— Тогда, получается, Хоффман всё время ждет нападения, причем ото всех подряд, и подстраивается под ситуацию в зависимости от обстоятельств? Потому он не знал, что меня простой бомбой не убить, но попытался, заодно засняв компрометирующее видео, чтобы повлиять на Девятого и создать себе алиби — мол, он просто уничтожил обидчика. Но откуда он узнал о Киоко-чан? У него есть шпион в усадьбе, который сообщает о перемещениях всех мафиози? Потому, узнав, что мы направились в его город, он решил подстраховаться? Если так, нам надо срочно найти этого «крота»!
— Вряд ли получится, — нахмурился Мукуро. — Когда ловили садовника, допросили весь персонал, и никто не вызвал подозрений. Пока не найдем, чем припереть предателя к стенке, не сможем вывести его на чистую воду. Он отлично играет свою роль.
— Значит, надо действовать еще более осторожно, — сжав кулаки, ответил Тсуна. — Пока всё не решится, доверять можно только тем, кто здесь, отцу, Девятому и Франу с Кеном. Киоко-чан и мама не в счет, их не стоит впутывать в расследование. Разве что они всё равно будут общаться с прислугой, потому пусть присматриваются, вдруг что-то странное заметят?
— Согласен, — кивнул Рёхей, у которого отлегло от сердца.
— Тогда надо решить, как вывести на чистую воду Хоффмана. Только вот, думаю, мои утренние планы вряд ли сработают, раз всё так запутанно… Получается, мы вернулись к самому началу, — расстроился Тсуна.
— Вовсе нет, — усмехнулся иллюзионист. — Если работать, отталкиваясь от Хоффмана, а не от мафиозных лидеров, толку может быть намного больше. Предлагаю следующее…
Часы мирно тикали, отбивая ровный пульс времени. У него не бывало аритмии и замираний сердца, пульс не мчался галопом от всплеска эмоций и не замирал от ужаса. Время ритмично и методично подавало людям пример абсолютного спокойствия. Люди игнорировали его, бурно обсуждая планы на будущее. И лишь призрак, замерший в бесконечности, понимал, насколько вся эта суета бесполезна. Ведь он был согласен со временем — эмоции только мешают. Как и спешка.
========== 33) Доверие ==========
Вечер наступил неожиданно и окутал Саваду Тсунаёши удивительной тишиной. Весь день он что-то проверял, куда-то бежал, с кем-то разговаривал, но когда на Италию опустилось нефтяное пятно темноты, ему вдруг резко стало нечего делать. Руки опустились, глаза начали слипаться, усталость под руку с бессонной ночью напомнили о себе, и Тсуна поплелся в спальню, освобожденную Наной еще в обед. Она переехала в комнату неподалеку, однако узнал Тсунаёши об этом лишь вечером, когда, вымотавшийся и совершенно разбитый, вернулся в усадьбу из офиса CEDEF. У него редко бывали столь насыщенные дни, и парню казалось, что его выжали, как губку после мытья посуды. Не хотелось абсолютно ничего, разве что упасть и притвориться мертвым, желательно, часов на сорок… Вот только будильник, равно как и Страж, готовились разбудить парня около семи утра.
Непривычной и странной казалась ему работа вместе со всеми Хранителями. То и дело возникали споры, а то и вовсе начинала назревать драка, но каким-то чудом Савада уговаривал друзей вернуться к главной задаче. И в итоге роли были распределены. Мукуро и его банда уехали сразу после обеда: они собирались отловить одного из выживших ученых семьи Эстранео, который должен был знать о разработке токсина, влияющего на эмоции, и иллюзионист даже пообещал не убивать его, а всего лишь допросить и привезти в штаб Вонголы. Вот только Тсуне очень не понравился тон, которым было сказано слово «допрос», и полный ледяной ненависти взгляд разноцветных глаз лишь укрепил опасения Савады. Хибари занялся счетами немца, банковскими выписками, добытыми хакерами разведки, и изучением известных Вонголе сделок, которые он провел, Гокудера же вызвался сопоставить эти данные с военными конфликтами, случавшимися в мире, и целый день эти двое провели в штабе CEDEF. Правда, сначала подрывника осмотрели медики, однако ни анализы, ни осмотр ничего не дали. Ямамото, прихватив переводчика, отправился в город: хотел найти свидетелей, видевших, как похищали Киоко или как люди Хоффмана минировали здание. Да и вообще он хотел отыскать хоть какие-то зацепки на месте вчерашних странных событий. Рёхей взял на себя довольно сложную, учитывая его незнание итальянского, задачу — попытку найти шпиона, и ему вызвались помогать его сестра и Нана. Точнее, боксер сам предложил им поучаствовать в «операции», и это стало для Тсуны очередным шоком. Впрочем, как оказалось, Рёхей просто не хотел терять сестру из виду, а раз уж эти поиски вряд ли могли быть очень опасны, решил, что выполнять задание вместе с ней будет куда проще и удобнее. К тому же, как оказалось, Нана на бытовом уровне знала итальянский, а потому могла посодействовать в простейшем переводе, и в итоге эта троица отправилась на поиски «крота». Правда, Тсуна в этом вопросе больше надеялся на мать и Киоко, чем на Рёхея, но если бы те вывели врага на чистую воду, профессиональный хук слева оказался бы очень кстати. А вот сам Тсунаёши занялся проверкой связей между Хоффманом и боссами мафии, и потому вместе с Хаято и Хибари весь день находился в штабе CEDEF, расположенном в сотне километров от усадьбы Вонголы.