Литмир - Электронная Библиотека

— Я не верю, что ритуальное убийство скота является определяющей характеристикой Общества, — заметил он, надеясь отвлечь девушку от ее мыслей. — Кровавая магия — это, безусловно, один из способов поднять демонов, но у меня сложилось впечатление, что в современных городах трудно купить крупных животных.

Взгляд, которым она посмотрела на него, Спар не назвал бы беззаботным… она, казалось, полагала, что он тоже потерял рассудок… но, по крайней мере, уже не так сильно сжимала чашку.

— Это была фигура речи, Твердолобый, — сказала она, поднимая свой кофе.

— Я просто имела ввиду, что если нам действительно повезет, я, возможно, смогу ускользнуть из-под радара ночных, когда ты появишься и устроишь хорошую драку. Для начала, я с радостью забуду все произошедшее.

Спар же знал одно: не существует ни одного заклятия, наложенного светом или тьмой, которое могло заставить его забыть Фелисити Шалтис. Она останется в его мыслях и памяти на несколько следующих тысячелетий.

Это мысль заставила его опуститься на свое место. Он напоминал себе, пока опустошал свою тарелку, что она всего лишь человек.

Люди жили не достаточно долго, чтобы запечатлеться в сознании Стража. Почему в этот раз он должен чувствовать, что все будет по-другому?

Спар твердил себе, что такого не произойдет. Ему следует помнить, что какие бы странные ощущения, Фелисити не всколыхнула в нем, она просто была очередным хрупким человечком, нуждающимся в его защите от Тьмы.

Он отразит угрозу, нависшую над ней, поможет своим братьям убедиться, что Семь никогда не покинут своих тюрем, и затем возвратится к своему отдыху, до следующего раза, когда зло решит атаковать.

Все просто.

Вот так.

Глава 6

Больница Монреаль Дженерал… l’Hôpital général de Montréal… расположилась на вершине Маунт Роял, между Сидар авеню и Кот-де-Нэж.

Фил была здесь всего два раза в жизни, когда посещала друга, попавшего в ужасную автомобильную аварию. Однако она помнила, как добраться до отделения неотложной помощи, и куда обратиться за информацией.

Фил решительно направилась туда, а ее телохранитель с каменным лицом нависал позади, словно тень. Она чувствовала его взгляд на себе так же, как при выходе из кафе.

Другой бы подумал, что ему досадно смотреть на нее сейчас, но нет. Он просто продолжал наблюдать, ожидая, что она выкинет какой-то фокус или что-то вроде того. Фил чувствовала, что ей следует носить туфли для чечетки, на всякий случай.

"Это не справедливо", - по себя призналась она. Он пристально следил за ней, потому что думал, что Фил может сорваться в любой момент, и, откровенно говоря, его нельзя винить. Она чувствовала такое напряжение, что практически вибрировала.

До тех пор, пока Фил не получила известие о том, что сектант выжил при взрыве, то не понимала, как сильно рассчитывала, что этого не произойдет.

О, она могла дать этому рациональное объяснение. В конце концов, парень, который бросается заклинаниями в незнакомых людей, как мячом для игры в софтбол, мог иметь пару трюков в рукаве для защиты от маленькой бомбы, или что он там использовал. Но это казалось притянутым за уши.

По всем законам физики, которые понимала Фил, люди, стоящие в радиусе поражения бомб, не выживали, чтобы рассказать об этом. Периодически. Они заканчивали тем, что ведущие с серьезными лицами показывали их в вечерних новостях, и больше не представляли угрозы для безопасности других.

Она так сильно хотела, чтобы все закончилось. Если член культа погиб, секрет ее уникальности умер вместе с ним. Тогда у Спара не осталось бы никаких оснований, чтобы слоняться вокруг и защищать ее, и Фил сможет отослать его, чтобы продолжать знакомую жизнь.

Что если Элла хочет, чтобы она присоединилась к их маленькой Лиге Справедливости? Ничего не обязывает Фил это сделать. Просто потому что она видела в людях то, что никто не мог, не означает, что у нее есть способности как у Эллы.

Фил не могла воздействовать на других, как ее подруга. Способность видеть ауры делала ее пригодной в лучшем случае для разведки, но не могла превратить в полноценного бойца с силами Тьмы.

И, кстати, ей разве не нужна минутка или дюжина, чтобы принять тот факт, что в мире существуют вещи, которые можно буквально квалифицировать как силы Тьмы? Šūdas[7].

Знакомое ругательство не заставило ее чувствовать себя лучше, а благодаря современным приспособлениям она даже не могла сильно хлопнуть дверью неотложной помощи. Что же нужно сделать девушке, чтобы выпустить пар?

Фил разочаровано выдохнула и замедлила шаг, чтобы Спар поравнялся с ней. Протянув руку, она схватила рукав его рубашки и потянула, привлекая внимание.

— Послушай, — пробормотала Фил. Она бы перешла на шепот, но если мужчина рядом с ней не встанет на колени, то слова не достигнут его ушей. — Позволь мне вести разговор. Сомневаюсь, что кто-то купится на то, что мы его семья, поэтому есть шанс, что не получится войти и увидеть его. Но я могла бы выведать информацию о его состоянии. Если он в сознании и может говорить, мы придумаем другой план, чтобы до него добраться.

Спар посмотрел на нее сверху вниз своими темными, таинственными глазами и коротко кивнул.

— Хорошо. Ты говоришь. Я планирую.

Ладно, она не это имела в виду, но побеспокоится об этом позже. 

— Подожди здесь. Ты можешь наблюдать за мной, но лучше, я сделаю все в одиночку.

Принимая слегка измотанный и рассеянный вид, Фил подошла к стойке информации и обратилась к женщине среднего возраста в кресле на колесиках, вежливо и ненавязчиво улыбнувшись.

— Привет, я помощник мистера Раклу. У вас есть новости для него? Извините, что опоздала, но движение в гору было перекрыто.

Все, что ей досталось в ответ, это пустой взгляд, а затем женщина нахмурилась:

— Простите, чем я могу вам помочь? 

Фил сдержала свою вспыльчивость и изменила подход. Она быстро взглянула на табличку с именем женщины и выпрямила спину. Когда имеешь дело с главным секретарем, лучше всего стоять по струнке.

— Мари-Люси, excusez-moi[8], - ее тон выражал одновременно застенчивость, компетентность и франкоязычное товарищество. — Позвольте извиниться. Меня зовут Филомена Шульц, я работаю на Ричарда Раклу из "Газетт". Он хочет опубликовать свежие новости в веб-газете о вчерашнем взрыве в аббатстве. Поэтому попросил меня связаться с его знакомым здесь, и я подумала, что это вы. Предполагаю, что вы та, кто даст мне информацию о пострадавшем, доставленном сюда.

Фил посмотрела на нее и открыла свои чувства. Она увидела бледно-персиковую основу ауры женщины, которая мигала от раздражения, любопытства, гордости и сомнений. Казалось, секретарь хотела ей помочь, но вспомнила свои должностные правила.

— Извините, — наконец, ответила Мари-Люси с улыбкой сожаления на лице. — Я не вправе делиться информацией о состоянии пациентов ни с кем, кроме членов семьи. Если "Газетт" пожелает, я могу дать вам номер нашего представителя по связям с общественностью. Возможно, он сможет оказать вам больше помощи.

Фил подавила волну нетерпения и изобразила сочувствие. 

— Поверьте мне, я понимаю. Не хочу, чтобы у вас были неприятности, но если я не предоставлю эту информацию мистеру Раклу через десять минут, мне придется подносить пончики весь следующий год. Позвольте мне выполнить свою работу. Мы слышали, что его состояние оценивалось как критическое. Если это не изменилось, я просто поставлю галочку в своем отчете. В этом вы можете помочь?

Нерешительность окрасила ауру женщины в темно-пурпурный лишь на мгновение, прежде чем сострадание победило. Она повернулась к экрану своего компьютера и набрала команду.

Секундой позже она пробежалась взглядом по записям, и Фил не нужно было читать ее, чтобы понять то, что узнала женщина. Все цвета ауры поблекли, и это сказало обо всем, что нужно.

вернуться

7

(лит.) — дерьмо

вернуться

8

(фр.) — извините

14
{"b":"594658","o":1}