- Сэма! – поправляет она.
- Да, Сэма.
- Я не лезу в твою личную жизнь, ты не лезь в мою.
- Ох, вот как ты заговорила, - выплевываю с издёвкой и усмешкой.
- Питер, это к делу не относится. Ты вызвал меня на допрос, я отвечаю, что мне известно. Да, это моя подпись, я подписывала несколько бумаг по приюту, но я не знала, что этими документами прикрывают какие-то счета.
Похоже что она не врёт. Давно я её знаю, и это состояние выдаёт её истинные эмоции.
С пару минут я напряженно думаю, что мы можем сделать. Посадить её в камеру может быть рисковым, ей действительно могут заняться следователи. Если же я сам буду вести это дело и слегка заторможу его?
- Пошли. – Я беру трость и резко встаю из-за стола. Уже вечер, отвезу тебя в отель и подумаю, чем я могу тебе помочь.
- Но я же на допросе.
- Пока ты не обвиняемая, а только свидетель. Сопровождение важных свидетелей возможно и не запрещено.
Покинув и закрыв мой офис, мы выходим из здания ФБР на парковку. Бригс, оставив электронную подпись об уходе, выходит следом и нажимает кнопку открытия машины.
Открыв переднюю дверь, сажусь на пассажирское сидение рядом с водительским. Аманда забирается назад. В кресло водителя садится Бригс. Пристегнувшись, мы готовы ехать.
Всю дорогу до отеля мы проводим в тишине. Периодически через зеркало поглядываю на уставшую и потрясенную Аманду. Сколько же всего свалилось на эту девушку!
Подъехав к отелю Бригс останавливает машину , но тут же замирает. Прослеживаю за его расширяющимися глазами от ужаса и смотрю на приборную панель, аномально подёргивающуюся. Кровь моментально стынет. Сердце уходит не просто в пятки, а гулко тарабанит о грудную клетку и пульс с диким всплеском адреналина импульсами острой боли гремит в голове.
Д*рьмо. Это бомба!
- Не похоже, что под сидением.
- Ты на этом разбираешься? - чуть слышно спрашивает Бригс.
- Немного. Аманда, выпрыгивай из машины!
- Что? Что происходит? – испуганно смотрит девушка.
- В машине бомба. Нас пытаются убить.
- Может не стоит? Она не сработает на движение? – Всё так-же не отрывая взгляда от приборной панели, спрашивает Бригс.
- Я вызову сапёров, - аккуратно достаю мобильный из кармана, - но будем ждать минут 15. А столько времени у нас просто может не быть. – Выпрыгивай, я тебе сказал! Живо! – развернувшись, насколько позволяет сидение, толкаю Аманду рукой к двери.
- Нет, - всхлипывает Аманда. - Я без тебя не выпрыгну.
Бл*ть. Что за упрямая.
-Ну-ка подтолкни коврик. Только аккуратно.
Бригс толкает коврик и в полу я нахожу небольшое отверстие. В трещине хорошо просматривается датчик и таймер. На таймере мелькают цифры. Около трёх минут.
- Бомба действительно с датчиком движения, до взрыва три минуты. Быстро из машины! – Мы с Бригсом резко открываем двери. – В машине бомба! – кричу что есть мочи окружающим, всем уходить отсюда!
Аманда хватает меня под бок и мы бежим. Я бегу, что есть силы, превозмогая жгучую боль. Нет времени сейчас об этом думать. Совсем нет.
Счет времени потерян. Минуты превращаются в секунды. Я чувствую сильный удар в спину взрывной волны, закрываю собой Аманду и… проваливаюсь во мрак.
Глава 15
Sheril Crow – Tomorrow never dies
Аманда
- Питер! – истошно кричу, когда чувствую резкий мощный толчок в спину. Питер хватает меня в охапку, накрывает собой. От взрывной волны мы падаем на асфальт.
Резкое приземление. В глазах темнеет. Чувствую во рту привкус горечи и пыли. Дыхание затруднено запахом гари .Задыхаюсь, горло сдавливает удушливый кашель.
Меня охватывает паника и ужас. Пытаюсь пошевелиться под Питером и поднять голову. Стена из пыли и едкого дыма, клубящейся тучей, застилает глаза. Питер, соскользнув с меня, безмолвно падает рядом. Поворачиваю к нему лицо.
- Питер, - хриплым свистом вырывается из груди. Но он лежит, так и не пошевелившись.
О Господи! Питер! Меня накрывает панический ужас.
- Питер! – бросаюсь к нему и трясу его, что есть силы. – Питер!
Его лицо искажается в болезненной гримасе, и он протяжно стонет.
Очнулся.
- Живой!- вздыхаю с облегчением. Похоже, он потерял сознание. Но открытых ран на теле нет. Питер шевелится и ощупывает себя. Закинув голову назад, он морщится, а затем, привстав, оборачивается к горящей машине.
Повернувшись снова ко мне, окидывает меня беглым взглядом.
- С тобой всё хорошо? Ничего не сломано, идти сможешь? – взволнованно произносит хриплым голосом, и морщится от боли.
Кашляя, я начинаю подниматься. Он тоже пытается встать. По движениям видно, что ему трудно. Я ,присев, подставляю ему своё плечо. Опираясь одной рукой о землю, и второй о моё плечо, Питер зажмурившись поднимается.
- Брикс, - озираясь по сторонам, Питер ищет водителя. Тот стоит в метрах двух от нас, и кашляя оттряхивался от упавшей на него земли.
К тому времени, как мы самостоятельно встали, на улицу, из отеля высыпала масса людей, издалека слышались сирены скорой и пожарных.
- Брикс, - позвал Питер, - уходим отсюда. – В госпитале, как и в других местах, сейчас может быть опасно.
Пошарив по карманам, Питер вытаскивает сломанный пульт. Опуская его назад в карман пиджака, он прикасается к спине и стонет. Зная, насколько Питер привык превозмогать боль, я могу предполагать, как тяжело ему сейчас.
Нейростимулятор от взрыва бомбы мог прийти в негодность, и я помогаю ему идти, став для Питера, некоего рода опорой.
Мы грязные и еле живые, добираемся до его квартиры. Почти кубарем вламываемся в неё, с шумом падая на пол в прихожей, едва входная дверь открывается.
С пару минут, мы так и лежим тихо, не шевелясь. В тишине квартиры, слышится только наше тяжелое дыхание.
Чувствую, как Питер с гулким стоном откатывается от меня, и пытается встать.
- Оставайся тут, - хрипло шепчет осевшим голосом, скрываясь в темноте квартиры. – Нужно проверить, не побывал ли тут кто во время моего отсутствия.
В ответ я только стону, протяжно выдохнув. Всё ещё пребывая в шоковом состоянии, я не понимаю до конца, что происходит. Голова тяжёлая, тело дрожит от дикого пережитого ужаса близкой смерти, несвязные мысли путаются в голове.
В глубине квартиры что-то падает, слышится треск. Боюсь даже пошевелиться, затаив дыхание, и прислушиваясь. Слышу еще какие- то непонятные звуки, доносящиеся из глубины квартиры.
Кромешная тьма сменилась приглушённым светом. Я приподнимаюсь на локте и оборачиваюсь в сторону света. Питер стоит, освещаемый тусклым светом настенного светильника, опираясь о стену рядом с дверью.
- В квартире кто-то побывал, но находиться здесь сейчас уже неопасно. -Вставай. - Он подходит ко мне, опираясь о стену, и подает руку.
- Спасибо, - я поднимаюсь, так и не приняв его протянутой руки, понимая, с какой болью и трудом ему даётся каждое движение. Обхватив себя руками и всё еще дрожа, я вхожу в комнату и осматриваюсь. Питер сказал, что в квартире кто-то побывал, но, ни беспорядка, ни упавших или сломанных вещей я не вижу. А значит он ,по невидимым моему глазу уликам ,смог это определить, отлично зная своё жильё.
Минуя меня, Питер проходит к ванной. Стянув с себя разорванную рубашку и умывшись, он открывает шкафчик над умывальником. Быстро и сосредоточенно осматривая содержимое шкафчика, Питер достает оттуда несколько флакончиков и упаковок, и направляется в кухню. Я иду следом.
С тяжелым выдохом он опускается на стул и открывает флаконы один за другим. Повернувшись, он бросает на меня мимолётный взгляд и резким движением притягивает к себе другой стул.
- Садись. У тебя на лбу запекшаяся кровь, нужно обработать ссадины.
Я молча подхожу к стулу и сажусь. Питер разрывает один из пакетов, лежащих на столе, и отрывает кусок ваты. Обильно полив прозрачной жидкостью с резковатым запахом, он аккуратными движениями , несколько раз прикасается к моему лбу. Кожу сильно щиплет, и я морщусь.