В минуту тоски Приди, приди, приди, Хотя бы для прощанья, Хотя бы без желанья — Приди, приди, приди! Хоть с холодом в груди, Рассеянный, далекий, Насмешливый, жестокий, — Приди, приди, приди! Пусть горе впереди, — Что плакать об утрате! Хоть из чужих объятий — Приди, приди, приди!.. «Ты моей любовью был, тайный свет былого ты…»
Ты моей любовью был, тайный свет былого ты. Если кто-то сердцу мил — это снова, снова ты. Пусть расстались мы, и я знать не знаю о тебе, Пусть другой меня пленил — это снова, снова ты. Пусть любуюсь не тобой, призываю не тебя, Кто бы сердце ни томил — это снова, снова ты. Мне другого полюбить оказалось нелегко, Ах, тебя он не затмил — это снова, снова ты. Напоил ты жизнь мою, как сухую землю дождь. Если сад мой полон сил — это снова, снова ты… «Была добра любовь моя…» Была добра любовь моя, Великодушна, терпелива. Тебя благословляла я И в жесточайший миг разрыва. Моя тоска была светла, В мученьях ревности беззлобна, И все, что зависти подобно, Испепелила я дотла, Чтобы душе не жить без света. А нынче мелким ручейком Сама себе кажусь, когда я, Холодный взгляд поймав тайком, Лишь холодею, не страдая. Сама страдание прерву, Когда предчувствую разлуку, И первой протяну я руку, Но не прощаю, не зову, И думаю — любовь ли это?.. «Не заставь меня плакать, — я плакала много, любимый…» Не заставь меня плакать, — я плакала много, любимый, И не думай напрасно, что я холодна и надменна. Мне изранили сердце, и в шрамах оно постепенно Отвердело, но больно ему от ожога, любимый. Безоглядно я шла, доверяясь открыто и прямо, Но как часто встречала я с горечью неодолимой Камень вместо сердец, я же верила в сердце упрямо… Нелегко мне досталась прямая дорога, любимый. Мне бы тихо уснуть, как ребенок склонясь головою На колени твои, — отдохнуть от тоски нестерпимой. Тайный свет сбереги, озаряющий сердце живое, — Вечереет мой день, уже ночь у порога, любимый. Рачия Ованесян (1920) Из цикла «Чудесный садовник» «Я сам себе вопросы задавал…» Я сам себе вопросы задавал И не уверен ни в одном ответе. Как жили до начала всех начал — До первого садовника на свете? Но этот сад я знаю с детских лет. Закрыв глаза, я вижу пред собою Мой добрый сад, и дать готов ответ За каждый куст, за деревце любое. «Мой сад был создан на скале…» Мой сад был создан на скале Безжизненной, тысячелетней. Лишь змеи нежились в тепле На мшистых кáмнях в полдень летний. Но я, как прадеды мои, Работал, рук не покладая, Чтоб закипели здесь ручьи И ожила скала седая. В ущельях звон моей кирки Звучал настойчиво и долго, И дружно принялись ростки В земле, что стала мягче шелка. Мой сад разросся, полный сил… Кто ж победил в борьбе упорной: Скала иль тот, кто раздробил И вызвал к жизни камень черный? «Обойду я мой сад, осмотрю…» Обойду я мой сад, осмотрю. Каждый кустик полью, подвяжу. Провожая, встречая зарю, Я весенним цветеньем дышу. Зеленеющей завязью лоз Раскудрявился солнечный скат. На пригорке цветет абрикос, Розовеют черешни и пшат. Я не брошу до первой звезды Отбеленный землею кетмень. Лишь под вечер кончаю труды С чистой верою в завтрашний день. Я в давильне огонь разведу. Сяду с четками возле огня. А деревья в полночном саду Шелестят в ожидании дня. «Взволнованно шумит мой добрый сад…» Взволнованно шумит мой добрый сад, В саду бушует дождь звонкоголосый. Трепещет клен, тревогою объят. Прибрежным ивам ветер треплет косы. В алмазных брызгах куст продрогших роз. Мой сад как чаша с влагою кипучей. Но тот же ветер, что грозу принес, Уносит прочь разорванные тучи. Был этот ливень буен и сердит. Тугую ветку персика сломал он. На ветке этой, что в траве лежит, Плоды сквозные рдеют соком алым. Ну что ж, зато прохладою дыша, Животворящих капель мириады Вспоили землю, и моя душа Светла, как радуга над склоном сада. |
