К р о г с т а д.   Имеет влияние?

Н о р а.   Вот именно.

К р о г с т а д   (меняя тон). Госпожа Хелмер, не сочтите за труд: употребите ваше влияние в мою пользу.

Н о р а.   Что? Что вы имеете в виду?

К р о г с т а д.   Сделайте одолжение – похлопочите, чтобы я сохранил свое место подчиненного вашего мужа в Акционерном банке.

Н о р а.   Что все это значит? Кто посягает на ваше место в банке?

К р о г с т а д.   Незачем сейчас разыгрывать неведение. Я понимаю, вашей подруге неприятно было бы постоянно сталкиваться на службе со мной. И теперь знаю твердо, чьими стараниями меня попросили из банка.

Н о р а.   Но уверяю вас…

К р о г с т а д.   Не суть важно. Короче, время еще есть, и я искренне советую вам употребить все ваше влияние, чтобы предотвратить мое увольнение.

Н о р а.   Помилуйте, господин Крогстад, у меня нет никакого влияния.

К р о г с т а д.   Никакого? Мне показалось, вы сами только что сказали…

Н о р а.   Разумеется, вы неправильно меня поняли. Неужели вам могло прийти в голову, что я в силах как-то влиять на решения моего супруга? Я?

К р о г с т а д.   Я знаю вашего супруга со студенческой скамьи. Не думаю, что господин директор банка тверже и неприступнее остальных мужей.

Н о р а.   Если вы будете неуважительно говорить о моем муже, я укажу вам на дверь.

К р о г с т а д.   Смело держитесь, сударыня.

Н о р а.   Я вас больше не боюсь. Вот пройдет новый год, и я живо со всем этим разделаюсь.

К р о г с т а д   (более сдержанно). Послушайте меня, сударыня. Если до того дойдет, я буду биться за свою скромную должность в банке насмерть.

Н о р а.   Да уж вижу.

К р о г с т а д.   Тут дело не только в деньгах, как раз меньше всего в них. Речь о другом… Ладно, скажу начистоту. Вы, конечно, знаете так же хорошо, как и все кругом, о моем прегрешении – несколько лет назад я сделал страшную глупость.

Н о р а.   Да, кажется, я слышала что-то такое.

К р о г с т а д.   До суда не дошло, но в один миг все пути оказались для меня закрыты. Выбора у меня не было – пришлось мне заняться делами, о которых вам известно. Смею сказать, по этой части я вел себя приличнее многих, но теперь хочу завязать совсем. Сыновья подрастают, и ради них мне надо, насколько возможно, вернуть себе уважение в обществе. Место в банке было для меня первой ступенькой лестницы наверх. А теперь ваш муж хочет спихнуть меня назад в грязь.

Н о р а.   Господи помилуй, но я не в силах помочь вам, господин Крогстад.

К р о г с т а д.   Вы просто не хотите. Но у меня есть средства заставить вас.

Н о р а.   Надеюсь, вы не станете говорить моему мужу, что я должна вам денег?

К р о г с т а д.   Хм. А если бы я взял да и рассказал ему?

Н о р а.   Вы опозорили бы себя таким поступком. (Со слезами в голосе.) Неужто муж узнает мою сокровенную тайну, предмет моей гордости и радости таким гадким, таким грязным образом – от вас? Вы причините мне ужасные неприятности.

К р о г с т а д.   Всего лишь неприятности?

Н о р а   (резко). Попробуйте расскажите ему – вам же будет хуже. Муж уверится, что вы непорядочный человек, и вы точно лишитесь места в банке.

К р о г с т а д.   Я спросил – вы боитесь неприятностей с мужем, и только?

Н о р а.   Если дело дойдет до мужа, он, разумеется, немедленно выплатит вам остаток долга, и на том все наши отношения закончатся.

К р о г с т а д   (делая шаг в ее сторону). Послушайте, госпожа Хелмер, или у вас плохая память, или вы недостаточно сведущи в таких делах. Позвольте разъяснить вам подробнее, о чем идет речь.

Н о р а.   В каком смысле?

К р о г с т а д.   Когда ваш муж заболел, вы пришли ко мне, чтобы занять тысячу двести спесидалеров.

Н о р а.   У меня не было выхода.

К р о г с т а д.   Я обещал достать вам эти деньги.

Н о р а.   И достали.

К р о г с т а д.   Я обещал достать вам эти деньги на определенных условиях. В те дни все ваши мысли были о болезни мужа и деньгах на поездку, из-за чего вы, видимо, недостаточно вникли в подробности. Так что сейчас самое время напомнить вам обстоятельства дела. Итак, я обещал достать вам денег в обмен на долговую расписку, которую я составил.

Н о р а.   И я ее подписала.

К р о г с т а д.   Хорошо. Но внизу я добавил несколько строк от имени вашего отца – он выступал поручителем. И он должен был поставить свою подпись.

Н о р а.   Что значит «должен был»? Он подписал.

К р о г с т а д.   Я не вписал дату, то есть ваш отец, подписывая документ, должен был собственноручно проставить число. Это вы тоже помните, сударыня?

Н о р а.   Вроде – да.

К р о г с т а д.   Расписку я отдал вам, чтобы вы отправили ее отцу для подписи. Верно?

Н о р а.   Да.

К р о г с т а д.   Что вы, видимо, и сделали незамедлительно, потому что дней через пять-шесть вы отдали мне расписку уже с подписью вашего отца. И получили деньги.

Н о р а.   Да. И аккуратно платила, разве нет?

К р о г с т а д.   Вполне аккуратно. Но давайте вернемся к поручительству. Время для вас было тяжелое, госпожа Хелмер…

Н о р а.   Да, тяжелое.

К р о г с т а д.   Отец ваш был очень болен, насколько я помню.

Н о р а.   Он был при смерти.

К р о г с т а д.   И вскоре умер?

Н о р а.   Да.

К р о г с т а д.   Скажите, госпожа Хелмер, вы случайно не помните день его смерти? Число, я имею в виду.

Н о р а.   Папа умер двадцать девятого сентября.

К р о г с т а д.   Совершенно верно, у меня такие же сведения. Так что вот эту странность (достает документ) я никак не могу себе объяснить.

Н о р а.   Какую странность? Не знаю…

К р о г с т а д.   Странно, госпожа Хелмер, что ваш отец подписал поручительство через три дня после своей смерти.

Н о р а.   Как так? Я не понимаю…

К р о г с т а д.   Ваш отец умер двадцать девятого сентября. А теперь взгляните сюда – его подпись поставлена второго октября. Разве это не странно, сударыня?

Нора молчит.

К р о г с т а д.   Вы можете мне это объяснить?

Нора по-прежнему хранит молчание.

К р о г с т а д.   Бросается в глаза, что слова второе октября и год написаны не рукой вашего отца, причем я как будто бы узнаю почерк. Все объяснимо: ваш отец забыл проставить число, и кто-то вписал его наугад, еще не зная о смерти. Здесь нет ничего страшного. В отличие от собственно подписи. Насколько она подлинная, госпожа Хелмер? Это действительно ваш отец так расписался?

Н о р а   (помолчав, вскидывает голову и упрямо смотрит на Крогстада). Нет. Я расписалась за папу.

К р о г с т а д.   Послушайте, сударыня – вы понимаете, что это опасное признание?

Н о р а.   Отчего? Деньги вам почти уже выплачены.

К р о г с т а д.   Могу я задать вам вопрос – почему вы не отправили документы отцу?

Н о р а.   Это было невозможно. Папа был совсем плох. Чтобы попросить его поручительства, мне пришлось бы рассказать ему, для чего понадобились деньги. Как я могла сказать умирающему отцу, что и мой муж одной ногой в могиле? Нет, это было невозможно.

К р о г с т а д.   В таком случае для вас было бы лучше отказаться от поездки за границу.

Н о р а.   Нет, и это было невозможно. Поездка обещала спасти жизнь моему мужу. Я не могла от нее отказаться.

К р о г с т а д.   И вы не подумали, что обманываете меня?

Н о р а.   Считаться еще и с этим я не могла. До вас мне дела не было. Вы вызывали у меня отвращение, потому что нарочно хладнокровно чинили мне всякие бумажные препоны, хотя прекрасно знали, в каком положении мой муж.

К р о г с т а д.   Госпожа Хелмер, вы, очевидно, не до конца осознаете, как именно называется деяние, в котором вы повинны. И вам весьма нелишне будет узнать, что причиной моей гражданской смерти стал в свое время поступок точно того же свойства, ничего хуже вашего я не сделал.