— Шерлок, я серьёзно.
— Я тоже, — Шерлок потянулся за ещё одним поцелуем — нельзя позволить Джону потерять сосредоточенность, нужно прижимать его к себе, заставлять его сердиться, потому что Шерлоку очень нравился сердитый Джон. Нравилось целовать злого Джона, ощущать сердитого Джона.
— Я… что… ёбанная… игра… для… тебя? — выдыхал Джон между поцелуями.
— Какой подходящий выбор слов, — пробормотал Шерлок Джону в шею, прямо под ухом, и собственнически облизал там кожу. Ммм, пот и влага от дождя, пролившегося ранним вечером. Джон был в Лондоне, по крайней мере, уже полдня. Вкусно. Шерлоку было интересно, если он продолжит злить Джона, захочет ли Джон его трахнуть? Хороший агрессивный трах был бы… ну, почти идеален, на самом деле. Шерлок где-то даже считал, что заслуживает его — правда. Может, Джон тоже так решит.
— Боже, — простонал Джон. Он запрокинул голову и обмяк в объятиях Шерлока. — Я, блядь, ненавижу тебя.
— Ничего подобного.
Джон выпрямился и отпихнул Шерлока, но сил в этом толчке было немного.
— Я могу тебя любить и ненавидеть одновременно.
— Я не верю тебе, — сказал Шерлок и потянул Джона за рубашку. — Покажи мне.
Его пальцы нашли кожу Джона, такую горячую, а под ней — плотные мускулы, а на ней — мягкие волоски. Джон вывернулся и отошёл. Шерлок застонал от разочарования и, нахмурившись, посмотрел на Джона, который выглядел растрёпанным и, несомненно, сексуальным: волосы торчали во все стороны, рубашка перекошена на одно плечо, в основном выбилась из-за пояса и совершенно не скрывала натяжение ширинки. Губы порозовели от поцелуев, а зрачки расширились и потемнели.
— Нам нужно поговорить об этом. Мы не можем просто прыгнуть в постель и покончить с этой темой. Серьёзно, Шерлок, я очень зол.
— Я тебя не останавливаю, — сказал Шерлок и упал на колени, чтобы заняться пряжкой Джонова ремня.
— Ты не можешь просто пригласить себя в чью-то жизнь, устроиться как дома, а потом исчезнуть. Люди так не работают.
— Разумеется, работают, Джон, — сказал Шерлок нетерпеливо, вытягивая ремень из брюк. — Это только ты так не работаешь.
— Нет, Шерлок, не только я.
А вот теперь пуговица на джинсах.
— И я оставлял тебе записку.
— Рецепты не засчитываются в качестве записки.
— А ещё шоу.
— Я путешествовал. Ты серьёзно думаешь, что я был бы в состоянии интерпретировать твои шифрованные сообщения в шоу, которое даже не показывают по корейскому телевидению? — заорал Джон.
Шерлок, нахмурившись, посмотрел вверх.
— Пожалуйста, скажи, что ты привёз с собой хороший рецепт кимчи.
— О, боже, — простонал Джон. Это было именно то, что Шерлок хотел услышать от Джона, хотя и не совсем в таком контексте.
И в любом случае, пуговица на джинсах Джона оказалась невероятно упрямой.
— Джон, расстегни свои джинсы.
— Послушай, — сказал Джон, которому, к удовольствию Шерлока, удалось расстегнуть пуговицу, — если ты думаешь, что передавать кодированные сообщения по телевизору — это так романтично…
— Романтично?
— …Это еще не значит, что мы такие же умные, как и ты, — огрызнулся Джон и резким движением спустил свои джинсы и трусы вниз.
— Ох, — сказал Шерлок, почти с разочарованием наблюдая, как нижнее бельё скользит вниз по ногам Джона, — у меня были на них планы.
— Да, бля… — Джон наклонился, чтобы подтянуть трусы обратно наверх, но Шерлок был почти так же быстр и попытался наклониться, чтобы по достоинству оценить высвободившиеся части анатомии. На минуту они запутались, а потом повалились на пол, и Джон оказался сверху. — Это невозможно. Где спальня?
— Отличная идея, Джон, продолжай, — сказал Шерлок, лёжа под ним. Потребовалась минута, чтобы встать — джинсы Джона обвились вокруг его лодыжек, а трусы вокруг колен, и оставалась вероятность того, что задержка отрезвит Джона, но, к счастью, тот зашел слишком далеко для того, чтобы мыслить рационально. По крайней мере, с точки зрения физического состояния. — Никогда не говори, что ты не умён, Джон.
— Мы не можем все быть супер-гениями, знаешь ли.
— Слава богу, а то я бы лишился работы, — Шерлок нахмурился. — Я и лишился работы.
— Кстати об этом, — сказал Джон, помогая Шерлоку встать на ноги. — Ты не можешь и вправду думать, что я поверю в это враньё, что ты не хочешь продолжать шоу. Господи, Шерлок, это просто идиотизм — ты бы не бросил шоу. Это твоя сцена, ты красуешься там. Ты обожаешь покрасоваться.
— На самом деле меня выставили. — Шерлок чередовал подталкивания и поцелуи, направляя Джона в спальню. — Мне было неинтересно играть с руководством ВВС в игру «Он сказал — Она сказала». Не вижу смысла.
— Не видишь смысла? Не видишь смысла? Речь всего лишь о твоей репутации, Шерлок! Ты хоть интересовался своими фанатами в последнее время? Они разрывают тебя в клочья, выдвигают нелепые предположения, что ты полнейшая задница и мудак.
— Едва ли эти предположения нелепы.
— Прекрати смеяться над этим! Они говорят, что тебе наплевать на людей, которым ты пытаешься помочь…
— Мне наплевать.
Спальня — отлично. Шерлок расстёгивал пуговицы одну за другой, избавляя Джона от рубашки, и был чертовски рад ощутить, что руки Джона делают с ним то же самое. Быстрее — они в любую минуту окажутся голыми.
— Нет, не наплевать и ты не можешь позволять людям так о себе думать.
— Джон, меня не волнует, что люди обо мне думают, — Шерлок стянул рубашку с плеч Джона и заметил румянец на коже. — Тебя и правда это беспокоит. То, что говорят люди.
— Разумеется, беспокоит!
— Почему?
Джон не ответил — по крайней мере, не словами. Он взял Шерлока за подбородок и притянул его за поцелуем. Шерлок почти запротестовал — Джон всё ещё был в майке, а брюки Шерлока, к сожалению, оставались на его бёдрах, — когда обнаружил, что Джон его целует. Целует по собственной инициативе, что по сравнению с криками являлось заметным улучшением.
Хотя крики тоже были хороши.
Шерлок позволил Джону целовать себя, а сам занялся брюками. Голый, цель — оказаться голым. Не отвлекаться от цели.
Джон прервал поцелуй, но не отстранился.
— Ты забыл, что я тебя люблю?
— До сих пор этого не понимаю, — пожаловался Шерлок.
— Идиот.
— Да. Сними майку, она мешает.
И, к бесконечному удовольствию Шерлока, Джон её снял.
— Я знаю, что что-то происходит с ВВС…
— Они отменили шоу. В понедельник, когда мы были в Сассексе.
— Я так и знал!
— Да, да, ты очень умный, — подтвердил Шерлок, переступил через брюки и нижнее бельё — носки, блять, он забыл носки — и толкнул Джона на матрас, который спружинил от внезапного веса. Джон был в носках. Это легко — Шерлок стянул их за пальцы.
— Ой, — произнёс Джон в потолок, — ты их порвёшь.
— Джон, это носки, я куплю тебе новые.
— Нет, я, может, и безработный, но я не буду у тебя на содержании, спасибо!
— Можешь управлять одним из моих ресторанов, — беззаботно предложил Шерлок и упал на кровать рядом Джоном, успев снять с себя носки.
— Тебе не нужен новый управляющий.
— Уволю кого-нибудь.
— Ты вообще слушал, что я тебе говорил? Ты не можешь просто кого-нибудь уволить, у тебя с ними общая история, и я не…
— Да, хорошо, заткнись, — сказал Шерлок и поцеловал Джона, потому что насколько бы приятно ни было слушать, как Джон его отчитывает, целоваться ещё лучше.
И Джон целовал его в ответ, а его вставший член плотно прижимался к животу Шерлока. Собственный член Шерлока был прижат к Джону… где-то — он не до конца был уверен, куда именно, и немного перекатился на кровати, пытаясь решить этот вопрос, не выпуская Джона из рук. Это совершенно не имело значения, за исключением того, что это имело значение, и…
— Ты думаешь, — сказал Джон.
— Где мой член?
— Упирается в мою тазовую кость.
— Ах.
— Предпочитаешь другое место? — спросил Джон, одновременно ужасно вежливо и раздражённо.
— Ну, я надеялся трахнуть тебя им. Поскольку у меня до сих пор не было возможности это сделать, а ты, вероятно, настолько зол на меня, что больше не вернёшься, логично предположить, что это мой единственный шанс.