Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Двухэтажное здание спало. Свет горел только в коридорах. Но окна остальные комнат были непроницаемо-темными. Видимо, наши собратья по несчастью уже завалились в койки и спят сладким сном. Мне стало даже завидно. Везет людям, дрыхнут почти час, а мы еще и не ложились… Зато как приятно будет после бесконечной ночи вытянуться на коечке, укрыться одеяльцем, положить голову на подушку…

Но не успела я развить свою мысль, как услышала душераздирающий женский крик, доносящийся из-за прикрытой двери корпуса:

— Помогите! Убивают!

Тут же после этого вопля последовал другой:

— На помощь!

Мы переглянулись и, не сговариваясь, вытащили из карманов газовые баллончики.

Тут дверь распахнулась и из нее, вереща, задыхаясь, размахивая руками, вылетела Изольда. В одном спортивном костюме, в тапках, лохматая, с совершенно бешеными глазами.

— Леля! — заголосила она, увидев меня. — Леля, на помощь!

И с новым нечленораздельным воплем кинулась ко мне. Не добежав каких-то пары шагов, она рухнула на снег и затряслась. Только тут я увидел, что по ее лицу течет кровь.

Мы с Ксюхой бросились к ней. Попробовали приподнять, но бухгалтерша не вставала — она цеплялась за нас своими худыми, цепкими пальцами и вновь заваливалась на снег.

— Изольда, что с тобой? Что случилось? — затрясла ее Ксюша. — Отвечай!

— Он… Он… Чуть не убил… — она опять начала всхлипывать и икать.

— Кто? Кто тебя чуть не убил?

— Не знаю. Кто-то. Напал… Напал… По виску… Стукнул…

Понять, что она хочет сказать, было невозможно, по этому мы решили сначала внести ее в корпус, дать выпить воды, а уж потом спрашивать.

— Давай, заноси, — скомандовала я, обхватывая Изольду за щиколотки. Ксюша, постояв в раздумье, ухватила пострадавшую под мышки.

— Ну а ты чего стоишь? — хмуро спросила она у Соньки. — Присоединяйся.

Сонька забегала, выискивая удобный выступ, за который можно Изольду ухватить, но не найдя ничего подходящего, махнула рукой и подняла слетевшие с ее ног тапочки.

— Я это понесу, — нагло заявила она. — Мне тяжелое нельзя, я женщина хрупкая. Не то что вы… Оглобли.

— Чего? — с высоты своего 180-ти сантиметрового роста, рыкнула Ксюша.

— Большие женщины созданы для работы, а маленькие для любви! — Сонька приподняла указательный палец и хмыкнула. — Народная мудрость. Так что тащите!

И мы потащили.

Изольда оказалась очень тяжелой. Кто бы мог подумать! Вроде худая, а костистая. Кило на 60 тянет. Но мы все же ее внесли. Кряхтя и отдуваясь, положили на ковер в фойе.

— Ну, не успокоилась? — не очень ласково спросила Ксюша. Видно, после того, как ей пришлось потерпевшую волочь, сочувствия в подруге поубавилось.

— Н-н-н-н-е-т! — затряслась Изольда. — Я умру?

Ксюша закатила глаза. Я же быстро осмотрела лицо потерпевшей. Оказалось, что рана не глубокая. А по началу казалось, что просто смертельная — уж очень много было крови.

— Не должна, — заверила ее Ксюша, но Изольда ей не поверила.

— Я точно умру… Я потеряла слишком много крови…

— Слушай, — обратилась я к Ксюхе. — Ты тут побудь с ней, а я за полотенцем сгоняю. Надо хоть утереть ее. Да и валерианочки накапать не помешает…

— Нет! — заорала Изольда в панике. — Не уходи! Я боюсь!

— Ну давай тогда я схожу, — предложила свои услуги Ксюша.

— Нет! — опять принялась голосить потерпевшая. — Не уходите! — И она вцепилась мертвой хваткой в наши с Ксюхой запястья.

— Но тебе надо оказать первую помощь…

— Вы уйдете… — Лицо Изольды стало серым. — А он вернется и добьет меня… — Она захныкала, но хватки не ослабила.

Мы растеряно переглянулись. Вырвать руки из этих тисков было практически не возможно. А идти за полотенцем кому-то надо.

— Ну давайте я схожу, — напомнила о себе Сонька.

— Нет… Нет, — продолжала гнуть свое Изольда. Но так как Сонька была от нее на недосягаемом расстоянии, сцапать ее она не сумела, и подруга смогла отправиться в комнату без особых проблем. Быстренько выхватив у меня ключ от комнаты, она потрусила к двери, ведущей в коридор.

— Где на тебя напали? — спросила я у Изольды, как только Сонька скрылась.

— В туалете. Когда я умываться пошла. Сзади… за шею… схватил… — залепетала он. — И когда я вырываться начала, стукнул… Так больно. Чем-то тяжелым… Я начала сознание терять, падать… Я видела у него в руках нож

— И что?

— Он бросил меня на пол. Наверное, услышал что-то. Или увидел в окно, что вы идете…. Не знаю…

— И кто это был? Ты смогла разглядеть? — продолжала допрос Ксюша.

— Нет. У меня в глазах туман был…

— Но нож-то ты разглядела!

— Он был прямо перед моими глазами… Я видела его в мельчайших деталях… А еще брюки. Вернее, спортивные штаны. И ботинки, с такими штучками…

Вдруг из глубины коридора раздался грохот и дикий визг. Визжала Сонька. Судя по голосу, от ужаса.

Мы с Ксюшей тут же бросили Изольду, воспользовавшись тем, что от неожиданности, она ослабила хватку, и ринулись на Сонькин зов.

Когда вбежали в коридор, обнаружили подругу в полу обморочной состоянии. Она сидела у распахнутой двери, поджав под себя ноги, и беззвучно шевелила губами.

— Что с тобой? — заверещали мы в один голос.

Она что-то произнесла, но так тихо, что мы не расслышали.

— На тебя тоже напали? — спросила я, бухнувшись на колени рядом с подругой. — Да?

Она опять ничего вразумительного не ответила, только показала пальцем куда-то в комнату. Мы, ничего не понимая, заглянули.

Я честно признаться, готовилась к самому страшному — к окровавленному трупу посреди комнаты. А с чего бы тогда Соньке так орать? Ясно, что увидела нечто душераздирающее. Если не труп, то, как минимум, лужу крови. Но, обшарив взглядом помещение, ни трупа, ни следов трупа, ни даже капель крови не обнаружила. Зато наткнулась глазами на поломанные лыжи и две гантели, которые валялись у самой двери. Почти тут же была брошена покореженная полочка для головных уборов.

Я все еще не врубалась.

— А чего тебя так напугало?

— Гантели….

— А что в них страшного? Обычные гантели…

— Обычные!? — Сонька, наконец, обрела дар речи, и возмущенно затарахтела. — Ты считаешь, что летающие гантели можно назвать обычными? Посмотрела бы я на тебя, когда на твою голову спикируют обычные…

— Что сделают?

— Упадут, грохнуться, шмякнуться! Называй, как хочешь…

— Они упали тебе на голову? — наконец, докумекала я.

— Почти упали! Иначе я бы с тобой не разговаривала, — выпалила Сонька. Но, прооравшись, продолжила боле вразумительно и спокойно. — Открываю я дверь, толкаю. А тут ка-а-ак грохнуться. Две штуки! Еле успела отскочить. Иначе бы все, кирдык.

Я осторожно — вдруг еще парочка летающих гантелей притаилась под потолком — вошла в комнату. Осмотрелась. Присела. Подняла поломанную лыжу. Задрала голову, прищурившись, обследовала стену над дверью и вынесла вердикт:

— Кто-то пытался тебя убить.

— Меня? Но почему меня? — опешила Сонька. — Ведь мы здесь втроем живем.

— И правда, — согласилась я. — Тогда, может, тебя? — спросила я у Ксюши.

— А меня-то за что? — побледнела подруга. — Меня не за что…

— А меня, значит, есть за что? — взвизгнула Сонька.

— И тебя не за что, — тут же согласилась Ксюша, хотя, судя по глазам, не совсем искренне. — Тогда это Лелю.

— Меня? Ну уж простите, я вообще никому ничего плохого не делала…

— А все знают, что ты вечно нос суешь в разные расследования. Вот и решили на всякий случай тебя прибить.

— Но откуда этот гад мог знать, что именно я войду в комнату первой?

— Ключи от комнаты всегда у тебя на пальце. Это все видели, ты же их крутишь постоянно, Значит, открывать дверь будешь ты, а значит, и войдешь первая, — проявила чудеса находчивости Ксюша.

— А может, я тебя вперед пропущу?

— Ты что джентльмен что ли?

— Так. Подождите. — Я нахмурилась. — Некто, назовем его убийцей, соорудила нечто, назовем это, орудием…

31
{"b":"29793","o":1}