Литмир - Электронная Библиотека

И в это самое мгновение послышался громкий хлопок, а за ним треск разбитого стекла — один из стоявших на трюмо флакончиков с духами, к которым вот уже много лет никто не притрагивался, разлетелся вдребезги.

Перед самой дверью в комнату Дэвида Мередит, держа в одной руке ключ, а в другой навесной замок, вновь вопросительно посмотрела на Александра.

— Может, подождем до завтра? — заботливо спросила она. — Мне кажется, для первого раза впечатлений уже и так слишком много…

Но Александр лишь покачал головой.

— Раз уж мы здесь, то отступать не станем, — с мрачной решимостью сказал он.

Мередит с очевидной неохотой вставила ключ в замочную скважину и повернула. Внутри что-то щелкнуло, и замок открылся. Вынув его из петель, Мередит распахнула дверь, затем, войдя, нащупала на стене выключатель и повернула. Вспыхнул свет.

Александр вошел в комнату и огляделся. В детской, куда никто не заходил без малого уже тридцать пять лет, стоял затхлый запах пыли и плесени, но вместе с тем что-то здесь показалось ему неуловимо родным и знакомым. Нет, дело было вовсе не в том, что Александр знал: да, именно здесь, в этой комнатке прошло его детство. Нет, он и в самом деле вспомнил и эту комнату и многие находящиеся в ней предметы. В голове его замелькали видения, скорее даже беспорядочные фрагменты воспоминаний, которые тут же исчезали. Да, эта комната хранила тайну первых четырех лет его жизни.

Александр присел на кроватку и, затаив дыхание, провел рукой по мягкому синему покрывалу. Плюшевый мишка на кровати, бейсбольные перчатка и мяч, которые, несмотря на покрывавшую их пыль, выглядели совсем новехонькими (не удивительно — ведь ими ни разу не пользовались!), игрушки в шкафу, детские одежды — все это было ему знакомо. От странного ощущения по телу Александра поползли мурашки. Да, все это было частью прошлого, которое он не помнил.

Цюрих.

Герр Хауптман был заинтригован. Зачем мсье Дессен, инспектор Интерпола искал встречи с ним? Что ему могло понадобиться? Времени у Юлиуса Хауптмана было в обрез, а дел по горло, и все же, обуреваемый любопытством, он решил согласиться на встречу с инспектором.

— Просто не представляю, инспектор, что вас ко мне привело, — медленно промолвил он, когда француз вошел в его кабинет. — Впрочем, вы, наверное, сами мне это объясните, да? — спросил он.

Инспектор Дессен улыбнулся; улыбка у него получилась настолько теплая и располагающая, словно Хауптман был его закадычным другом.

— Вам, конечно, известно, — начал он, — что у «Корпорации Киракиса» возникли серьезные финансовые трудности? — спросил он в ответ.

— Разумеется, — невозмутимо кивнул Хауптман. — Хотя я, признаться, впервые слышу, чтобы Интерпол интересовался такими делами.

— Как, правило, герр Хауптман, Интерпол в таких случаях и впрямь остается в стороне, — признал инспектор Дессен. — Однако в данном случае события развиваются по не совсем обычному сценарию. Видите ли, в последние годы «Корпорацию Киракиса» словно преследует какой-то необъяснимый злой рок — на ней постоянно происходят загадочные несчастные случаи, а в недавнее время прокатилась необъяснимая череда арестов и даже смертей высокопоставленных сотрудников. Однако вам, безусловно, все это известно, не так ли?

— Откровенно говоря, меня подобные истории мало интересуют, — заявил швейцарский банкир.

Дессен усмехнулся.

— Право, герр Хауптман, — сказал он. — Чтобы человеку, занимающему такой пост…

— Вот именно, — перебил инспектора Хауптман. — Человек, занимающий такой пост, не станет опускаться до подобной ерунды…

— Но разве не вы являетесь главным финансистом «Корпорации Киракиса»? — небрежным тоном поинтересовался Дессен.

— Это — сугубо конфиденциальные сведения, — строго заметил Хауптман.

— Верно, — охотно согласился инспектор. — Однако всем известно, насколько внимательно любой крупный банкир следит за всеми публикациями, которые могут скверно отразиться на сделанных им капиталовложениях. Ведь это так, да?

— Да, конечно, — был вынужден согласиться припертый к стенке Хауптман. — Однако «Корпорация Киракиса» уже много лет славится своей незыблемостью и сверхустойчивостью. У неё блестящая репутация в деловом мире. Да, консорциум швейцарских банков предоставил «Корпорации Киракиса» довольно внушительные займы…

— В том числе и вы, герр Хауптман, — доброжелательно подсказал ему Дессен.

Хауптман покачал головой.

— О нет, инспектор, тут вы ошибаетесь.

— А, по-моему, нет, — приветливо улыбнулся Дессен. — Видите ли, герр Хауптман, у меня исключительно надежные осведомители.

Банкир несколько смешался.

— У меня имелись достаточно веские причины для того, чтобы скрывать свое участие в консорциуме, — сказал он наконец. — Мой Совет директоров отклонил мое предложение принять участие в финансировании проектов господина Киракиса, и поэтому мне пришлось использовать в качестве инвестиций собственные средства. Если это выплывет наружу, меня могут упрекнуть в личной заинтересованности и даже — коррупции. Вы меня понимаете?

— Да, — кивнул инспектор Дессен. Откинувшись на спинку кресла, он вынул из кармана трубку. — Вы не возражаете, если я закурю?

Хауптман покачал головой.

Нет, нет, пожалуйста.

Дессен разжег трубку и некоторое время задумчиво попыхивал ею, наполняя кабинет ароматным дымом со сладковатым запахом. Да, Хауптман, определенно, что-то скрывал.

— Есть у меня кое-какие догадки, — наконец заговорил он, тщательно подбирая слова. — Видите ли, герр Хауптман, я совершенно убежден, что кто-то отчаянно пытается разорить Александра Киракиса. Вывести его из бизнеса.

— Это чепуха, — быстро ответил Хауптман. — Киракис — миллиардер. Трудно представить, чтобы его корпорации могло что-нибудь угрожать.

— Вы так считаете? — Дессен воззрился на него исподлобья. — Тогда почему, герр Хауптман, вы так упорно давите на своих собратьев-банкиров, чтобы те потребовали от Киракиса выплаты всех долгов?

Глава 29

Мередит взошла на платформу, где снималась программа «Глядя из Манхэттена», но тут же голова у неё закружилась, и она была вынуждена опереться о спинку стула, чтобы не упасть. Головокружение прошло, и она уселась перед камерами, коря себя последними словами за то, что не позавтракала. Придется после съемки взять датский «хот-дог» с соком, чтобы хоть как-то дотянуть до ланча. Они условились с Кейси, что пообедают вдвоем в итальянском ресторанчике. «Надо было поговорить с Гарвом насчет отпуска», — подумала Мередит.

Александр придет в ярость, если узнает, что она до сих пор не предупредила продюсера об их планах. Мередит подняла голову и посмотрела на осветителя, который возился с одним из юпитеров. Почему-то сегодня освещение было особенно ярким. И жарким. Невыносимо жарким. Мередит почувствовала предательскую слабость в ногах, но твердо решила довести съемку до конца.

— По-моему, Мередит, вам следует подгримироваться, — сказал ей режиссер, который в течение последней минуты смотрел на неё в камеру. — Вы что-то бледноваты сегодня.

Мередит вымученно улыбнулась.

— Да, мне тоже так кажется, — сказала она.

Режиссер нахмурился.

— Вам нездоровится, Мередит? — озабоченно спросил он.

— Ничего, как-нибудь выживу, — отмахнулась Мередит, глядя в свои записи. — Съемку вот только закончим.

— Что ж, давайте тогда разок прорепетируем, — предложил режиссер.

— Хорошо. — Мередит посмотрела в объектив камеры и улыбнулась. — Добрый вечер. Я Мередит Кортни. Добро пожаловать на очередной выпуск нашей передачи «Глядя из Манхэттена». Наш сегодняшний гость… Сегодня у нас в гостях человек, который… — Она запнулась, начисто позабыв, кто приглашен на эту передачу. — Извините, Дейв, не могу понять, что со мной происходит. — Она кинула взгляд на свои записи, но строчки вдруг поплыли прямо у неё перед глазами.

117
{"b":"2833","o":1}