- Эл, я даже не думал об этом.
- А ты подумай, звучит как издевательство, но время у тебя есть. Или ты вернешься один и будешь год или два в муках забывать ее, или тебя ждет иное будущее вместе с любимой. Выбирай.
- Я - женатый человек? - Дмитрий изумленно поднял брови. - Не смеши, командор. И почему ты думаешь, что я буду мучаться? Из-за женщины? Никогда.
- Я знаю, какие силы в тебе пробуждаются. Ты в самом начале. С тобой, да поможет Космос, не произойдет того, что было со мной. Вместе с могуществом будут просыпаться и другие силы. Страсти, страхи, гордыня, злоба. Страсти и ярости в тебе и сейчас довольно, ты сам знаешь. Их могут удержать лишь их противоположности. Эта битва будет страшнее реального боя, в котором ты преуспел. Прежде, чем ты станешь таким черствым типом, как я, мысль о самоубийстве не однажды будет ласкать твой ум. Никакое чувство долга тебя не спасет. Любовь - это единственное чувство, которое во мне не угасло после всего, что было в моей жизни. Это даже не чувство, это сила, которая выше чувств, выше ума, без времени, без границ. Она всегда манила, как дальняя цель. Она не дает покоя. Она питает и лечит раны. Это ответ на вопрос, почему я вернулась к реальному Алику. Наши чувства взаимны, по крайней мере, на этом этапе жизни. Мы друг другу необходимы, чтобы продолжалась жизнь, чтобы свершилась наша судьба. Поразительно, но самым острым состоянием она становится в самые жуткие моменты. Если однажды сердце понимает ее силу, не возникает никакого желания сопротивляться. Это становиться естественным состоянием. Это красиво.
- Просто поэзия! Ты - женщина. У нас разные взгляды на любовь.
- Правда? Упрямый мальчишка! А ты любил кого-то? Для тебя любовь - охота за чувственным наслаждением, экстазом, сексуальным удовольствием. Не более. Ты о подлинной любви ничего не знаешь. Ты с ней первый раз столкнулся здесь.
- Я не Оля не надо меня воспитывать. Я не готов представить себя рядом с кем-то. Диана - это просто очередная вспышка, она сильнее остальных, я согласен. Но чтобы это длилось долго? Такого не будет. Плохо ты меня знаешь.
- Пусть. Довольно об этом. Ты не будешь сердиться, если я пока буду тебя опекать во сне? Только до тех пор, пока мы домой не вернемся.
- Идет. Я на тебя сердит.
- Я вижу. Из-за Алика.
- Сначала я узнаю о парне из миров. Теперь этот нарисовался. Кто этот второй из видений? Наш Алик о нем знает?
Эл улыбнулась и скосилась на него.
- Мы, женщины, склонны идеализировать своих возлюбленных. Я подозреваю, что этот образ создал для меня Остров. Он вынырнул из пелены моего подсознания в тот момент, когда я почти забыла Алика. Он возник как вспышка в памяти о временах, когда я кого-то любила. Удивительное было ощущение, а после того, я впервые подумала о том, чтобы возвратиться к вам.
- Ты об этом раньше не говорила так открыто.
- Тебе сейчас это важно, потому и говорю. У меня нет опыта, кроме своего собственного. Вдруг пригодиться.
- Ты пробовала забыть Алика?
- Забывала, несколько раз. Ничего у меня не вышло. Это сильнее меня. Звучит смешно, но моему уму однажды пришлось согласиться с тем, что я не мыслю себя без него. Образ он или реальный, он стал частью меня.
- Значит, ты его все-таки любишь.
Он почувствовал облегчение в сердце, но от дневного сна в голове было мутно. Тревога сна рассеивалась, его напряжение породило подозрительность, которая ушла с последней фразой.
- Дим, я не утверждаю, что ты никогда ее не забудешь. Конечно, забудешь. Что будет более ценным - тебе решать. И далеко ходить не надо. Посмотри на Игоря. Понаблюдай, он как раз сейчас в очередной раз пробует забыть свою любовь, - добавила Эл.
Дмитрий хмыкнул, потом пробормотал.
- Да уж. Идите вы к лешему с вашей любовью. Посмотришь, что вокруг твориться, хочется остаться с каменным сердцем и ледяной головой.
Эл покосилась на него, засмеяться бы сейчас, сказать, что у него ни того, ни другого. Очередной повод для шуток может смягчить напряжение, а ему оно необходимо. От звука имени у него загорались глаза, при мыслях о ней он начинал улыбаться. Если не дать ему остро прожить свои чувства он призовет свое упрямство и убьет их.
- Я пойду? - спросила она.
- Чем мне заниматься?
- Сегодня больше нечем. Завтра оповестим патруль телеграммой, назначим встречу, а дальше - вернемся к поискам.
- Лукаш вернулся?
- Да. Играет с Аликом в шахматы в столовой.
- А Игорь?
- За роялем в танцзале.
- А Оля?
- Поехала к Матильде на ужин, они вчера договорились. Будет жаловаться на меня баронессе.
- Не часто ли они видятся? Подозрительно выглядит.
- Я бы выглядела, а Оля - нет. У Матильды на нее виды.
- Тео?
- Да.
- Ты одну ее отпустила?
- С ней Шарлота.
- Ты чем займешься?
- Пойду мышку осваивать. Франсин мне поможет.
- А как же я?
- А ты пройдись все-таки. Патруль проверь.
Дмитрий погрустнел. Бездействие после такого разговора?
Эл ушла, он оделся к выходу, камердинер назойливо ухаживал за ним. Он спустился с третьего этажа на второй, какая-то сила потянула его в библиотеку. Он заглянул в дверь и увидел, как Алик перелистывает большой альбом.
- Выиграл у Лукаша?
- У него больше практики. Мы посто говорили о технике. Он подал мне несколько интересных идей. Если завтра будет время, я загляну к мистеру Хоупу.
- Это кто?
- Забыл. Я рассказывал вчера об инженере, который занимается системами отопления. Из окна его офиса…
- Вспомнил.
- Ты идешь гулять?
- Угу.
- Возьмешь с собой?
- Да. Мне нужна компания. Только поклянись, что вы с Эл не договаривались.
- О чем?
Алик недоумевал искренне, Дмитрий объясняться не стал, кивнул.
Потом они шагали по тротуару рядом. Дмитрий молчал. Алик не спрашивал ничего, бесполезно. Когда Димка бывал таким мрачным, его сложно было разговорить, но он не хотел быть один. Алик знал его особенности характера. Он свободной походкой шагал рядом, тянул чистый прохладный воздух и отдыхал. Дмитрий засунул руки в карманы своего легкого пальто, что тут было не принято, но исправился, как только увидел людей, шедших навстречу.
- Я отупел или патруля нет? - спросил он.
- Нет, - кивнул Алик. - Действительно, нет.
- Я хочу с тобой посоветоваться, - сказал Дмитрий и посмотрел на него первый раз с начала прогулки.
- На предмет?
Дмитрий советовался с ним только по работе, в прочих областях жизни он всегда принимал решения либо, ориентируясь на мнение Эл, либо сам, примерно поровну, а то и вообще пускал дела на самотек, если не требовалось срочного решения. Алик знал, что за время войны сильно надоел Димке своим командованием, выработав у него оборонительный рефлекс, а последующие пару лет отвык вообще ему советовать, потому что Дмитрий огрызался или упрямился, так что, было только хуже. Алик удивился и растерялся. Что же он может посоветовать другу?
- Это личное, - пояснил Дмитрий.
Алик тут же понял, что речь пойдет о Диане.
- Эл рассказала, что я бредил.
- Не успела уйти сегодня, я знаю, - согласился Алик, чтобы облегчить ему задачу.
- Почему сразу не сказали?
- Один, два дня думали, что переволновался, потом некогда было. А когда днем сегодня началось, уже собирались сказать. Ты вовремя проснулся.
- И что ты об этом думаешь?
- Я думал, вы с Эл уже поговорили.
- Меня твое мнение интересует, - заворчал Дмитрий. - Что сказала Эл, я знаю.
- Не ждал, что ты спросишь. Тебе же известно мое отношение к твоим любовным похождениям. Если этот случай крайний, то не удержусь и замечу, что это тебе за все прошлое.
- Знал, что ты так скажешь. Ну и пусть. Говори дальше. Отведи душу, можешь издеваться, только потом дело говори.
Он опять сунул руки в карманы.
- Я не совсем понимаю, что тревожит тебя? Что плохого в том, чтобы влюбиться? - спрашивал Алик.