– Слушай, не голоси! Ты не в церкви, а я не священник! Ответишь на мои вопросы правильно, возможно и увидишь своих детей. А теперь…
– Господин, ноги целовать буду! Я…!
– Хватит! Надоел! Куда ты был должен отвести лазутчика? В какое место?
– К Горелому месту, добрый господин. Да вы не знаете, наверно, где это? Это в тот год произошло, когда мой отец помер, на праздник святой Магдалены! В том месте стояли сараи приезжих купцов, а в ночь они загорелись. Так вот, говорят…
– Грязный червь, или ты расскажешь моему господину, где это место, или я тебе кишки наружу выпущу!
– Добрый господин, сжальтесь надо мною! Это все от испуга! А это место недалеко от Северных ворот. Я покажу! Во время больших ярмарок там продавались товары прямо с возов, а… Молчу!
– В какое время вы должны были встретиться с горожанами или людьми Джерико? Какой сигнал должны подать, чтобы вас заметили?
– Ночью, а когда именно, не знаю. На счет сигнала тоже не знаю. Мне нужно было только довести солдата до места.
– Уведите его! И приведите другого лазутчика! Не успел тот переступить порог, как я озадачил того вопросом:
– Кто тебя должен был встретить?
Тот на какой-то миг растерялся, отвел глаза, но потом собрался с духом и сказал:
– На стене меня должен был ждать человек. После того как он убедится, что я тот за кого выдаю, горожане скинут веревочную петлю, а затем втянут на стену.
– Тебя кто-то знает в городе?!
– В городе – вряд ли, а из отряда Джерико знают многие.
– Они знают, что именно ты придешь?!
– Да, господин.
– Когда тебя ждут?
– Каждую ночь.
– Джеффри, мы можем приготовить пару лестниц за завтрашний день?
– Можем, господин.
– Слушай меня, шлюхино отродье, – обратился я к наемнику. – Как ты должен был поступить с крестьянином, своим проводником?
– Забрать с собой в город или убить, если не пойдет.
– Гм. Крестьянина отпустишь. Теперь ты. Если сделаешь все как надо, подарю тебе жизнь и пятьдесят дукатов в придачу. Наемник рухнул на колени.
– Господин, ваша щедрость не знает границ. Я готов целовать вам ноги, ваша милость. Я…! Все сделаю! Верьте мне!
– Попробую поверить. Теперь говори: где будет ждать Граво сигнала из города? Ясно, что для этого он должен будет подойти как можно ближе к городу. Что за сигнал должен подать Джерико? Глаза солдата удивленно расширились:
– Как вы узнали об этом, господин?
Я воспользовался моментом и тут же постарался окончательно сбить наемника с толку, посеяв сомнения в его душе: – У нас есть свои доносчики.
– Так я не случайно попал в засаду?!
– Тебя ждали, – нагло соврал я.
– Господин, я весь ваш – телом и душой! Располагайте мною, как вам будет угодно!
– Отвечай! Где будет ждать Граво сигнал из города?
– Точно не знаю, но, скорее всего напротив Южных ворот. Сигналом должна стать пущенная с городской стены горящая стрела. Она будет означать, что на следующий день, когда колокола пробьют полдень, Граво со своими людьми будет должен напасть на отряд, стоящий под стенами города. Пока солдаты маркиза будут отражать нападение, им в спину ударит Джелико со своими людьми.
– Почему Граво и Джелико так уверены, что их людей хватит, чтобы разбить наш отряд?
– Вы только прошли половину пути, как мы уже знали, что Феррара пришлет лишь только малую часть своей армии. Все любят деньги, господин, – при этом высказывании шпион позволил себе ухмылку.
– Через час тебя доставят к стене. Делай то, что собирался делать. Но, помни, уже на следующую ночь я должен получить от тебя весточку. Ты грамоту знаешь? – пленник отчаянно закрутил головой. – Не знаешь. Тогда… сбросишь камень с привязанной к нему тряпкой в том же месте, где тебя поднимут на стену. Если тряпка будет белого цвета все остается как есть, если тряпка будет другого цвета – план или сигнал поменялись. Советую тебе постараться убедить Джелико – оставить прежний план. Игнацио, ты все слышал?
– Да, господин.
– Отведешь его в указанное место, а затем будешь ждать от него вестей. Идите! Все уходите! Я буду спать!
На рассвете я собрал своих офицеров и рассказал им о лазутчике, после чего изложил свой план. После того как тот был одобрен, я послал гонца к графу Анжело ди Фаретти с донесением о том, что лагерь врага обнаружен и иду на разведку, после чего приказал собрать с десяток лучших следопытов и разведчиков. Отобрав из них троих, сносно знающих итальянский язык, приказал им переодеться паломниками. После чего переоделся сам и в сопровождении Игната, и вместе с ними под видом группы паломников, мы пошли в направлении, указанном лазутчиком. Следом за нами, на расстоянии, соблюдая все меры предосторожности, ехало шесть конных лучников. Для прикрытия и страховки.
Так как я приблизительно знал, где надо искать лагерь наемников, что изрядно сузило мне круг поиска. Спустя четыре часа мы вошли в небольшое селение. Остановившись у крайнего дома, я за мелкую монету купил у хозяина дома три кувшина молока, а пока мы его пили, получил от того, весьма довольного сделкой, столь необходимые мне сведения. Из его слов стало ясно, что невдалеке от деревни, на выпасе, стоит отряд отпетых разбойников, которым ничего не стоит оскорбить, а может даже и ограбить людей, которые идут к святым местам.
– Как дойдете до конца деревни, то не идите дальше по дороге, а сразу сверните за виноградники. Там по краю оливковой рощи и пройдете.
– Спасибо, добрый человек. А теперь мы пойдем.
– С Богом!
Добравшись до конца деревни, мы сделали вид, что сворачиваем с дороги в сторону, чтобы обойти опасное место стороной, а сами дошли до близлежащей рощи, где под прикрытием деревьев нас ждали конные разведчики. Я приказал им ждать здесь, после чего разделил нашу группу «паломников». Отправил троих разведчиков обойти лагерь наемников слева, а сам с Игнатом решил понаблюдать за ним с правой стороны.
Спустя полчаса мы подобрались настолько близко, что могли спокойно наблюдать за лагерной жизнью. Мне десяти минут хватило, чтобы понять: это не военный отряд, а шайка разбойников. После недолгих раздумий я послал Игнацио с приказом: двоим конным разведчикам срочно скакать в расположение отряда и привести сюда людей. Но не весь отряд, а только большую часть, так как не мог позволить снять все кордоны и засады вокруг города.
Честно говоря, отдавая этот приказ, я совсем забыл о своем начальнике, графе Анжело ди Фаретти. Ведь за свою самодеятельность, в случае неудачи, я вполне мог лишиться головы, но за последние полтора года настолько привык полагаться только на самого себя, что решая поставленную передо мной задачу, напрочь забыл о нем, а когда вспомнил, было уже поздно. По моим расчетам отряд, идущий скорым маршем, должен был уже пройти не менее трети пути. Только я попенял себя за оплошность, как вдруг до меня дошло, что я, таким образом, возложил на себя всю ответственность за эту операцию. После нескольких минут сомнений и колебаний я даже подошел к мысли все же отослать гонца к графу и ждать его приказаний, но в последний момент передумал, решив оставить, все как есть.
«Пока гонец его найдет, объяснит и вернется с ответом, пройдет не меньше чем шесть, а то и восемь часов, а мои люди будут здесь через два, максимум через три часа. Разница во времени где-то пять часов. Где столько времени можно укрывать больше сотни людей? Эта местность больше похожа на выбритую тонзуру монаха! Нет, так не пойдет! Наш козырь – неожиданность! Подойдет отряд – сходу в атаку!».
Придя к подобной мысли, я занялся изучением подходов и определением направления главного удара. Железным кулаком, который обрушиться на лагерь должны были стать латники Черного Дика. Роль лучников из-за их небольшого количества должна будет свестись к поддержке атакующих и отстрелу беглецов. Было важно, чтобы никто из них не ушел, потому что любой добравшийся до города беглец мог разрушить мой план.
Первым делом я наметил для себя, где стоит охрана. Правда, эти дозоры, которые стояли по периметру лагеря, занимались всем, чем хочешь, но только не несением караульной службы. По самому лагерю шатались пьяные, возникали ссоры и драки. Только после трех часов наблюдений в лагерь прискакал небольшой отряд легковооруженных солдат. Судя по всему, это были разведчики, которых посылали узнать обстановку у города. Один из них соскочив на землю, вбежал в палатку командира, стоявшую почти в самом центре лагеря. После его доклада, по лагерю забегали посыльные, собирая офицеров. Я успел насчитать шесть офицеров, которые вошли в палатку к Граво, как за моей спиной раздался шорох. Резко обернулся,… а это оказались мои офицеры. Черный Дик и Уильям Кеннет. Узнав, сколько людей они с собой привели, я принялся быстро прикидывать.