В дверь позвонили. Трэвис отложил газету и в три шага оказался у двери. Ему не терпелось увидеть человека, которого Ким описала как «роскошного». Кроме того, интересно увидеть сына женщины, о которой отец отзывался, как о самом доверенном работнике.

Она служила у Рэндалла Максвелла с молодости. И когда Трэвиса уловками заставили работать на отца, Рэндалл велел Пенни позаботиться о сыне.

Трэвис открыт дверь и натолкнулся на самый разъяренный взгляд, какой только ему довелось встречать в жизни. Учитывая все то, что заставлял его делать отец, это о многом говорило.

Мужчины были почти одного роста, похоже, одного возраста. Оба красивы. Но лицо Трэвиса отражало все тяготы одинокой жизни. Следы постоянной борьбы, схваток со смертью, войны между родителями…

Глаза Рассела были злыми. Он вырос в тени всемогущей семьи Максвелл и возненавидел это имя, потому что оно была главным в их жизни. На этой неделе он не удивился, когда мать попросила его помочь Трэвису Максвеллу. Это имя он выучил раньше своего. И даже не был потрясен, узнав о том, что Трэвис никогда не слышал о нем и понятия не имел о его существовании. Сейчас гнев, который Рассел испытывал, был написан на лице, ощущался во всем теле, словно ему очень хотелось, чтобы Трэвис сказал такое, что позволит ему кинуться в драку.

– Вы сын Пенни, – начал Трэвис. – Не знал, что у нее…

Но под яростным взглядом Рассела умолк.

– Пожалуйста, входите, – вежливо пригласил он и отступил. Рассел вошел в голубую с белым гостиную Ким.

– Несколько убого для такого, как вы, не находите?

Трэвис тихо вздохнул. Имя Максвеллов! Жизнь в Эдилине и особенно работа у Джо едва не заставили его забыть предвзятые мнения окружающих людей о нем и его матери. Всю свою жизнь он слышал: «Это сын Рэндалла Максвелла, так что…»

Дальше можно было заполнять пробел любыми, самыми дикими предположениями.

Похоже, сын Пенни уже решил, что Трэвис – клон своего отца.

Выражение лица Трэвиса из дружелюбного, какое у него было всю эту неделю, превратилось в привычное, нью-йоркское. Никто не мог достучаться до него. Ранить.

Рассел уселся в большое кресло, и Трэвис сразу понял, что это означает. Рассел считает себя главным.

Трэвис устроился на диване.

– Что вы узнали? – сухо осведомился он.

– Дэвид Борман хочет получить контроль над бизнесом Кимберли Олдредж.

Трэвис поморщился:

– Я этого и боялся! Дьявол! Я надеялся…

Он глянул на Рассела и подумал: «Ну и черт с ним!» Это сын Пенни, и речь идет о Ким. Какое отношение все это имеет к имени Максвелла?

– Хотите кофе? Чаю? Текилы?

Рассел уставился на Трэвиса, словно пытался раскусить его и в соответствии с результатом принять или не принять предложение.

– Неплохо бы выпить кофе.

Трэвис направился к кухне, но Рассел и не подумал последовать за ним.

– Мне нужно его сварить. Не хотите пойти со мной и поговорить там?

Обыденность предложения, похоже, немного пригасила гнев в глазах Рассела, поскольку он поднялся и вышел на кухню, где сел на табурет и стал наблюдать, как Трэвис берет пакет с кофе и сыплет бобы в кофемолку.

– Наверное, я надеялся, – громко пояснил Трэвис, перекрывая шум, – что буду бороться с ним за Ким. Нечто вроде дуэли. Ким тяжело придется, когда она все узнает.

Рассел широко раскрытыми глазами наблюдал, как Трэвис сыплет порошок в фильтр и опускает в кофемашину Он, похоже, никак не мог осознать, что Максвелл способен делать что-то столь обыкновенное, как варить кофе. Где слуги? Дворецкий?

– Он третий.

– Третий? В чем?

– Третий человек, которого больше заботит ее успех, чем она сама.

– Что это означает?

– По словам Карлы…

Рассел нервно провел рукой по затылку.

– Такое неприятное свидание? – догадался Трэвис.

– Очень агрессивная особа.

– Похоже, что так. Задержала вас допоздна?

– До трех, – пожаловался он. – Я едва сумел сбежать, со…

– Сохранив честь? – улыбнулся Трэвис.

– Именно, – кивнул Рассел.

– Завтракали? У меня здорово получается омлет.

– Нет. Это…

Рассел по-прежнему смотрел на Трэвиса с таким видом, словно не мог поверить собственным глазам.

– Это лучшее, что я могу сделать для сына Пенни, после того что она вытерпела от меня.

– Ладно, – медленно выговорил Рассел.

Трэвис принялся доставать из холодильника все необходимое.

– Расскажите все, с самого начала.

– Имеете в виду полную историю сексуальных похождений Карлы, которую она охотно рассказала мне во всех деталях, или то, что я смог вытащить из нее насчет мисс Олдредж?

– Никакой Карлы, только Ким, Ким и Ким, – рассмеялся Трэвис.

– Похоже, мужчины из маленьких городков не в силах вынести того обстоятельства, что женщина может оказаться успешнее их.

Трэвис хотел бы думать, что способен справиться с чем-то подобным. Но его проблема неизменно оставалась абсолютно противоположной.

– Так они бросали ее?

– Да, – кивнул Рассел, наблюдая, как Трэвис наливает ему чашку свежесваренного кофе и ставит ее на стойку вместе с молочником и сахарницей. Кофе оказался превосходным.

– «Сент Элена»?

– Совершенно верно. Я купил его здесь, в Эдилине, в местной бакалее. Можете поверить?

Он был приятно удивлен, что Рассел угадал вкус редкого и дорогого сорта кофе.

– Насколько я понял, этот Дэйв – немного не то, что другие.

– Карла и бывшая девица Бормана – подруги, и Карла все рассказала ей о Ким, даже о мужчинах, которые от нее уходили. Она совершенно не понимает значения слова «осмотрительность».

– Или «верность». Лук, сладкий перец и помидоры. Подойдет?

– Конечно. Полагаю, девица все рассказала Борману, и он составил план.

– Сейчас догадаюсь. Он бросил девушку и открыт охоту на Ким.

Рассел сунул руку во внутренний карман пиджака и вытащил несколько сложенных листов бумаги.

– Это финансовые отчеты компании Бормана за последние два года.

Трэвис, оставив овощи шипеть на сковороде, просмотрел первые несколько страниц, но пришлось остановиться, чтобы добавить яиц и положить ломтики хлеба в тостер.

– Может, вы этим займетесь? – попросил он Рассела.

Тот стал перелистывать документы, но помедлил, чтобы снять пиджак, повесить на спинку стула и ослабить галстук.

– Итоги подтверждают, что Дэвид Борман – паршивый повар, слишком много тратит и к тому же ленив.

Трэвис положил омлет на тарелку, которую поставил перед Расселом, и вынул из ящика нож и вилку.

– Поэтому он решил заполучить бизнес Ким.

– Плохо дело, – кивнул Рассел, начиная есть. – Неплохо…

– Так плохо или нет?

– Плохо с Борманом. Омлет совсем неплох.

– Понял.

Трэвис наблюдал, как ест Рассел. Многое в его манерах напоминало Пенни. Они часто засиживались допоздна и ужинали прямо в офисе. Странно, почему ему в голову не приходило спросить Пенни о ее личной жизни? Но если бы и спросил, та вряд ли бы ответила.

Рассел выжидающе уставился на него.

– Кольцо. Как насчет кольца?

– Борман пригласил Карлу на ужин, рассказал слезную историю о том, как сильно влюблен в Ким. Умолял «одолжить» ему кольцо, чтобы подарить Ким, когда в этот уик-энд сделает предложение.

– И тогда Карла рассказала всему городу о намерениях Бормана, – докончил Трэвис и, протянув Расселу тост, вынул из холодильника масло. – Поэтому и навязался ехать в Мэриленд вместе с ней.

– Карла не увидела ничего дурного в том, что вы и мисс Олдредж живете вместе, несмотря на то, что она вот-вот получит предложение от Бормана. Вот ее точные слова.

«Думаю, не стоит отказываться ни от каких даров судьбы».

– Я живу в гостевом домике, – рассеянно пояснил Трэвис, думая о только что услышанном.

– Весь город считает, что вы и Ким…

– Это сплетни, – возразил Трэвис, но, увидев недоверчивый взгляд Рассела, разозлился:

– И вы, похоже, им поверили.

Рассел снова вернулся к еде.