Дания. Кальмарская Уния. 1397 г.
Третье государство, Дания, имело более непосредственное значение для прочей европейской истории, преимущественно для германской. В 1363 г. Вальдемар IV выдал свою 11-летнюю дочь Маргариту за Хокона Норвежского. Этой женщине удалось, хотя тоже ненадолго, составить федерацию или союз трех народностей. Вальдемар IV умер в 1378 г. после 60-летней жизни, богатой смелыми замыслами и искусными проектами, тревожно деятельной, но совершенно бесплодной. Государство разделилось на мекленбургскую и норвежскую партии. Королем был избран Олуф, сын Хокона и Маргариты, которая была назначена регентшей. Ганза признала Олуфа датским королем. В 1380 г. умер его отец Хокон, норвежский король, и Олуф получил его корону. Он стал подписываться «Король Дании и Норвегии и действительный наследник шведского престола», но умер в 1387 г., не достигнув совершеннолетия — ему шел семнадцатый год. Королева Маргарита, показавшая себя хорошей регентшей, в обоих государствах была признана «княгиней и основательницей государства», без королевского титула. Она повела войну с Альбрехтом Мекленбургским, шведским королем, потерпевшим поражение при Фальчёпинге (1389 г.), взятым в плен и просидевшим в тюрьме г. Линдхольма 7 лет. Но Стокгольм долго сопротивлялся королеве, а мекленбургские герцоги и города Висмар и Росток поощряли позорные и пагубные бесчинства пиратов. Король Альбрехт был освобожден в 1395 г. благодаря посредничеству Ганзы. И тогда Маргарита без дальнейших затруднений достигла цели, к которой стремилась, — соединения трех северных государств. Она хотела утвердить их наследие за детьми своей племянницы Марии, супруги одного померанского герцога. В Дании и Норвегии будущим королем был признан ее внучатый племянник, 14-летний Эрик. То же произошло и в Швеции: в шведском городе Кальмаре (в Смоланде) были созваны на риксдаг чины всех трех королевств, и здесь в 1397 г. была заключена знаменитая Кальмарская уния, согласно которой всеми тремя государствами должен был править один король, причем каждое из них сохраняло свои законы и свое судебное право.
Вражда между тремя королевствами прекращалась; иностранные дела и войны велись сообща. Общим было и избрание короля, но оно должно было ограничиваться королевскими сыновьями. Если король умирал бездетным, его место занимал «достойнейший» по общему выбору. В этом документе значилась большая держава от Ледовитого моря до Одера. Таким образом, здесь расширению Германии был положен конец, как и на ее восточных границах.
Западные государства. Франция
В числе государств Западной Европы пока не упоминается о находившихся на Пиренейском полуострове, поскольку они стали играть заметную роль в историческом прогрессе лишь с XV в., после изгнания мавров. Но прежде чем приступить к описанию великих событий этого столетия, необходимо указать на развитие английского и французского государств, оказавших большое влияние на ход всемирной истории, особенно на знаменательное направление, которое приняли дела церковные.
Вверху: монеты Филиппа IV Красивого.
Внизу: монета папы Климента V (1305–1314). Париж. Нумизматический кабинет.
Филипп Красивый и орден тамплиеров
Идея национального государства нашла ревностного поборника в Филиппе Красивом, о столкновении которого с папой Бонифацием VIII было рассказано выше. Вследствие этой борьбы ему удалось завладеть самим папством. Папа Климент V, долго пребывавший во Франции, служил ему орудием против могущественного и богатого ордена тамплиеров, бывшего до этого одним из главных оплотов и украшений господствовавшей церковной системы и олицетворявшего собой самый блестящий период церковного владычества. Пребывание на Востоке, общение с сарацинами, политическая и иная безнравственность, царившая в тех христианских колониях еще со времен крестовых походов, непомерные богатства, которыми пользовался орден, наряду со сравнительной праздностью, к которой вынуждало рыцарей безнадежное положение дел в Святой земле, — произвели неблагоприятное воздействие на дух и нравы этой рыцарской общины, причем занимаемое орденом высокое положение развило высокомерие и распущенность в среде этих рыцарей. Ходили слухи об их тайном отрицании и поношении святынь, об их ужасных кощунствах, чудовищных обрядах, языческих жертвоприношениях и противоестественных пороках. Король, которому недостаточно было его обыкновенных финансовых мер (обирания евреев и операции с чеканкой монеты), воспользовался этими слухами для начала судебного преследования, прикрывавшегося личиной религиозного усердия, но задуманного исключительно по политическим и финансовым соображениям, порожденным властолюбием и корыстью. Король при этом вполне мог надеяться на такого союзника, который всегда приходит на помощь при уличениях и преследованиях, касающихся религиозных вопросов: фанатизм, который, однажды пробужденный, готов верить всякому обвинению и тем охотнее, чем оно будет нелепее, находя чудовищное удовольствие в розыске виновных. Одной только возможности хотя бы и неправдоподобного преступления достаточно для ослепленных фанатизмом людей. Быть подозрительным или лишь заподозренным равносильно уличению в вине. В таком духе велось все расследование, так что бессмысленно разбирать хаос всех диких обвинений, среди которых невозможно определить, насколько они действительно соответствовали фактам. При господстве суеверия, фанатизма и чувственности в обществе не удивительно было, что некоторые лица доходили до нелепых заблуждений, кощунственного поклонения вымышленным божествам. Но положительных данных для этого нет: видны только следы деспотического гнета, страх перед ним, несправедливость, корысть, жестокость. Секретными указами (14 сентября 1307 г.) административным лицам предписывалось арестовать всех рыцарей. Инквизиция принялась за это, применяя пытки со всей варварской утонченностью того времени, благодаря чему не было недостатка в признаниях во всех возможных и невозможных преступлениях. Папа, побуждаемый к этому королевской тиранией, в 1308 г. повелел подвергнуть розыску всех рыцарей Храма. Гроссмейстер ордена Жак де Моле был вызван с Кипра хитростью, и следствие над ним было поручено папским комиссарам. Процесс должен был принять дурной оборот, поскольку усложнялся другим обстоятельством. Король настоятельно напоминал папе Клименту о его обещании расследовать дела его предместника Бонифация VIII. Ради того, чтобы избавиться от тягостной обязанности обвинять папу в еретичестве и возможных грехах, Климент предал тамплиеров.
![Всемирная история. Том 2. Средние века. - i_388.jpg](/BookBinary/213054/1406483255/i_388.jpg/0)
Тамплиер в орденском облачении.
Тамплиер в полном вооружении конца XIII в.
Миниатюра из рукописи, хранящейся в библиотеке Барберини. Рим.
На щите рыцаря, налатнике и попоне коня — красный орденский крест.
На Вьеннском соборе в 1312 г. орден был объявлен уничтоженным и рыцари преданы суду. Некоторые из них, отрекшиеся от вырванных у них пыткой показаний на бывшем еще раньше соборе в Вьенне, были приговорены к сожжению как впавшие в ересь. 54 человека были уже сожжены перед парижскими воротами (1310 г.). Кровавая расправа завершилась: гроссмейстер, твердо отстаивавший дело своего ордена, был возведен на костер; имущество рыцарей было отобрано, часть его отдана иоаннитам и другим орденам, но значительнейшие богатства достались королю. На том же собрании папа Бонифаций, против которого его противники приводили такие обвинения, которые не уступали выставляемым против тамплиеров (между прочим, он якобы отрицал и бессмертие души), был оправдан от подозрений в ереси. Постыдный процесс против тамплиеров, при котором церковь заставила себя поразить плоть от плоти своей, закончился тем, что король со всем двором возложил на себя крест, как участник крестового похода, который, по решению во Вьенне, должен был состояться через 6 лет.