Идти по лесу пришлось в страшном напряжении сил и воли. Группа постоянно натыкалась на мелкие и более крупные группы «духов», едва успевая раствориться в складках местности, чтобы не быть обнаруженной. В 15–00 встретили группу Шульгина, и троих разведчиков отправили на встречу с «Тайфуном». Пока ждали их, подтянулась и группа Паршакова. И только в 19–34 возвратились разведчики Шульгина, приведя с собой четверых наводчиков.
Седой взглянул на их рюкзаки и сразу все понял.
– У вас что, с собой только аппаратура?
– Ну, да! – удивленно ответили вновь прибывшие.
– А жрать, извиняюсь, что вы будете?
– Ну, нам выдали по одному сухпайку, – сказал один из корректировщиков. – Сказали, операция на сутки.
– Ну, надо же! Нам это постоянно говорят, но мы уже не верим… Н-да, переедание вам явно не грозит. Так, дальше идти нет смысла – темно. Стас, где вы прятались? Там втиснемся такой бандой?
– Легко! – ответил прапорщик Шульгин. – Огромный скальный выступ. Почти пещера, только открытая с двух сторон, потому продуваемая, как аэродинамическая труба.
– Ничего, один выход забьем камнями. Переночевать-то сможем? Не вымерзнем?
– Попробуем… – пожал плечами Стас.
Через час, пройдя по скользкому карнизу, втянулись под высокий каменный свод. Усталость валила с ног, и никто даже не заикнулся о еде. Выставив дозоры, разведчики упали на коврики, тесно, прижимаясь друг к другу и с треском натягивая на головы спальники, которых было всего десять штук…
Глава 9
18 февраля 2000 г. 9-30.
Минометная позиция боевиков
С группой моджахедов приехал араб Абдельжаффар – ас в минометном оружии. Он сразу же обнаружил закладку под вторым 82-мм минометом, оставленную русскими, и обезвредил ее. Теперь на позиции было три 120-мм и один 82-мм минометы – грозная сила. Вместе с Исой Саидовым он пристрелял минометы по ориентирам, выставил прицелы, и теперь минометчикам нужно было только закладывать мины в стволы оружия. Араб остался на позиции руководить боем, а группа моджахедов из полусотни человек, во главе с амиром Шапи Гусейновым, ушла искать следы разведгруппы «собак».
Около 12–00 на дороге послышался гул, и Иса передал по рации, что видит танк с противоминным тралом.
– Жди, пока танк сравнаитса с оринтирам номэр пят! – приказал Абдельджаффар. – Ми его будэм жечь, штаб она закрила дарога! Пригатовитса! Вистрел!
Четыре мины точно накрыли громоздкий корпус танка. Тот содрогнулся и, заскрежетав трансмиссией, встал, накренившись левым боком в глубокий кювет. Из моторного отсека повалил черный дым… И вдруг полыхнуло чадящим пламенем. Танкисты выпрыгнули из танка, разбегаясь по кюветам. Пламя теперь вырывалось из всех щелей. Сдетонировал боекомплект, сорвав башню, и она медленно сползла на дорогу, перекрыв ее.
– Цел давай! – приказал по рации араб.
– Ориентир номер один! – крикнул Иса.
– Выстрел! – скомандовал Абдельджаффар, быстро наведя прицелы на минометах.
Второй залп накрыл БМП, сметя с брони десант. Машина села на брюхо, раскорячив гусеницы. Одна из них, перебитая прямым попаданием мины, медленно разворачиваясь, поползла по дороге.
– Кто там воюет? – спросил Седой, прислушиваясь к звукам разгорающегося где-то поблизости боя.
– Судя по звукам выстрелов, бьют минометы, – сказал Паршаков.
– Это те, которые ты взорвал? – искоса взглянул на прапорщика Седой.
– Сделал, что смог, – хмуро ответил тот. – К тому же мы сразу передали в штаб координаты батареи. Ты забыл? Что стоит сейчас накрыть ее «Градами»?
Седой стал долбить штаб, повторно загоняя координаты минометной батареи боевиков. Его радиограмму принял начальник оперативного отделения и пообещал сейчас же отдать приказ артиллерии.
Непонятно почему, но командир мотострелкового полка принял другое решение и отправил на высоту разведроту. Попав под огонь минометов и потеряв шесть бойцов, разведчики откатились на дорогу. Но комполка посылал их снова и снова, и разведрота вынуждена была штурмовать высоту, теряя людей. Боевики подтянули к сопке подкрепление и полностью перекрыли гребень, отрезав доступ к батарее. А батарея посылала на дорогу мину за миной, разнося колонну в пух и прах, и скоро вся дорога была забита сгоревшей и подбитой техникой.
Разведрота, встретив ожесточенное сопротивление боевиков и потеряв треть личного состава убитыми и ранеными, была наконец-то отведена на отдых. Собрав погибших, хмурые разведчики ушли в расположение, не понимая уже ничего в этой бессмысленной бойне…
С наступлением темноты боевики прекратили огонь, и на дорогу выползли ремонтники. Сгоревшую технику распихали по кюветам, подбитую стали вытаскивать в тылы, освобождая дорогу…
Группа Седого к концу дня добралась до высоты 947,0, но плато под высотой было забито прибывающими подразделениями «духов». Нечего было и думать прорваться сквозь их порядки, и Седой увел группу в глубокий распадок.
– Командир, а почему не работала в течение дня наша артиллерия? – спросил прапорщик Паршаков, завязывая тесемки маскхалата. – Мы же сбросили им координаты батареи «духов»!
– Ты не знаешь, почему? – с глухой яростью переспросил Седой. – Да потому, что ее нет! Плавает где-то в лужах… А если и есть, то без боезапаса, поскольку колесная техника по такому распутью просто не пройдет. Вот поэтому я и приказал тебе уничтожить батарею минометов!
Дрюня виновато опустил голову…
Глава 10
19 февраля 2000 г. 8-00.
Расположение разведчиков
Седой построил группу и, разделив на две части, отправил работать с наводчиками по целям.
Связавшись со штабом и узнав, что в горы выброшено еще несколько групп разведки мотострелков и ГРУ, он взялся за голову и некоторое время сидел, раскачиваясь всем телом.
– Хоть бы, блин, своих не перестреляли! – наконец выдавил сквозь зубы. – Ни одна группа не сможет выполнять задание: в течение дня все завязнут в локальных боестолкновениях. Это же ясно, как божий день! Что они там, в штабах, вообще с ума посходили?!
Он предупредил по портативной рации своих разведчиков, что теперь в лесу они не одни, и приказал удвоить бдительность, чтоб не вступить в бой с разведгруппами пехоты и ГРУ.
Седой оказался прав: очень скоро с разных направлений послышались автоматные и пулеметные очереди; правда, все стычки заканчивались очень быстро – постреляли и разбежались в разные стороны.
Он не находил себе места. Хотя от ушедших на задание групп поступали рабочие доклады, командир каждый миг ждал беды. Кто-то должен был нарваться на крупную группу «духов», и он молил господа, чтоб это были не его пацаны…
И все же первой нарвалась группа Стаса. Наведя артиллерию на две позиции «духов», она вышла к накатанной лесной дороге, которая не была обозначена на карте. Разведчики только начали по одному проскакивать дорогу, как из-за деревьев вылетел «КамАЗ», а следом за ним – старый, раздолбанный «ЗИЛ-130». Шульгин сразу же влепил очередь в ветровое стекло «КамАЗа», прочертив его ровным пунктиром, и автомобиль, завиляв по дороге, врезался в дерево и заглох. «Зилок» остановился так резко, что его занесло на мокром снегу и поставило поперек дороги. Из кузова горохом посыпались «духи», сразу же уходя под прикрытие машины и открывая огонь. Тюлень и Суслик свалились в снег. Точку в сражении поставил Филин. Сдернув с плеча «Муху», он быстро привел ее в боевое положение и послал заряд в бензобак. «Зилок» рванул так, что задние колеса оторвались от земли на метр, и сразу полыхнул огнем. Разведчики заскочили за пылающий грузовик и добили раненых «духов», отброшенных взрывом от горящего автомобиля.
Заглянув в кузов «КамАЗа», Шульгин увидел, что тот полностью забит ящиками с боеприпасами, и окликнул сапера:
– Крот! У тебя сколько тротила?
– Десять шашек по 400 граммов, – ответил тот.