Блондинка лежала и смотрела на Арджи. Она почувствовала себя неловко, глядя в наполненные тяжестью зеленые глаза. Ли моргнула. «Я никогда так раньше не делала. Ну, со времен школы…». Семилетний возраст можно не брать в расчет. Всегда был только секс.
– Ты не устала? – Зевая спросила Арджи, борясь со сном. – Я могу встать. Ты, наверное… – пробормотала она и задремала, захлопывая глаза.
Ли перевернулась и посмотрела в окно в темное небо.
***
Она открыла глаза, не зная, сколько прошло времени. Комната была наполнена тенями, когда из-за плеча раздался тихий, хриплый ото сна голос, поплывший сквозь тишину.
– Я люблю тебя, Ли Мэтьюс.
Тепло от дыхания Арджи защекотало шею Ли, но она лежала тихо, позабыв, как дышать.
– Боже, прости меня, но это так. – Арджи устало выдохнула, и Ли могла легко представить наполненный волнением задумчивый взгляд, который на секунду задержался на лице перед тем, как исчезнуть.
Сердце Ли снова начало биться.
Глава 12.
Ли перевернулась в теплых объятиях Арджи, окинув взглядом лицо любовницы. «Когда спит, она выглядит по-другому», – подумала Ли. Красивые тревожные глаза, казалось, противоречат спокойной натуре Арджи. Нетерпеливо перескакивающий взгляд от вещи к вещи, изучающий мир, как будто она видит его впервые. «Как мило». Выражение лица Ли смягчилось. «Такая молодая, но иногда ведется себя так, как будто она – таинственная старая душа».
Арджи положила руку на талию подруги, подвинулась и притянула ближе. Она счастливо вздохнула, успокоившись даже во сне тем, что Ли рядом.
Они не могли проспать больше четырех часов. Комната была все еще погружена в плотные серебристые тени. Запах теплой кожи и чистых простыней висел в воздухе. Арджи дышала медленно и равномерно. Ли могла видеть слабые движения глаз под веками. «Интересно, что ей снится?»
В уголках губ Арджи виднелся небольшой намек на улыбку.
Ли протянула руку до лба, чтобы убрать упавший темный локон волос. Она остановилась на половине движения и посмотрела на дрожащую руку. Все это было таким пугающим, таким чужим. Чувствовалось, как будто кулак сжимает сердце.
Она тяжело сглотнула. «Ну, давай, Ли, трусливое ничтожество». Прилагая усилие, она успокоила руку и решила закончить простое действие, чтобы убрать назад этот локон непослушных волос. Пальцы слегка коснулись мягкой, опухшей кожи вокруг почерневшего глаза Арджи и опустились до щеки.
Высокая женщина слегка вздрогнула от легкого, как перо, прикосновения.
Ли улыбнулась, нахмурив брови. «Боже, что я делаю? Не хочу», – зашипел мозг. – «Я не хочу влюбляться в нее. Я не хочу ни в кого влюбляться! Не буду». – Но, подумав, не могла поверить словам. Она бесстыдно врала много раз за жизнь. Но даже, когда мир собирался перевернуться, как было несколько раз, она пыталась не врать самой себе. До этой недели.
Сегодня вечером, сквозь дымку сна, она слышала приятные слова Арджи. Кожей чувствовала тихое шептание и движение своего сердца в ответ. И в этом состоянии между сном и бодрствованием слова вызвали лишь на секунду тревогу и липкий страх до того, как она смогла отбросить их и погрузиться в сон. Но теперь, проснувшись, они казались слишком реальными. И слишком сильными, чтобы справиться.
Ли осторожно выбралась из-под покрывала. Она нежно прикрыла плечи Арджи, долго наблюдая, как приподнимается и опадает от дыхания грудь. Ли пыталась побороть заполняющее ее отчаяние и страх. Не получалось. Она подняла помятое покрывало, упавшее на пол. Мысли начали наползать одна на другую, заполняя голову ненужными образами, которым она никогда не позволяла появляться. Ее охватила паника. Ли задрожала, поплотнее завернулась в покрывало, едва замечая шершавость голой кожей, и пошла, ускоряя шаг. Она дошла до стеклянной двери, открыла ее, втягивая большим глотком холодный ночной воздух, как тонущая женщина, вырвавшаяся на поверхность. Страх был таким реальным, что она могла почувствовать его в горле.
Ли закрыла глаза и медленно выдохнула, позволяя прохладному ветру с моря обдувать ее и разметать спутанные после сна волосы в разные стороны. Она вышла наружу, игнорируя неожиданный холодный пол для голых ступней. Потом облегченно выдохнула, комната давила, а теперь можно дышать.
Взгляд устремился в сторону Пьюджет-Саунд и на мерцающие огни гавани. – Это просто секс, – уверенно сказала она себе. – Хорошо, просто великолепный секс. И было весело. Очень весело, чем с кем-то другим. Даже, когда мы просто ходили за покупками или вообще ничего не делали. И это все. Ничего больше. Но когда она смотрит на меня, колени слабеют, и приходится бороться с тем, что я теряю голову, как жалкий подросток. А когда она плачет, мое сердце разрывается. Черт. Черт. Черт! – Она расстроенно закрыла глаза. – Хорошо, это немного больше, чем секс.
Ли продолжила болтать сама с собой. – Ну и что из того, что она меня любит? – Она равнодушно пожала плечами, как будто для нее это ничего не значит, как будто ей нет никакого дела. – Так иногда бывает. Я не виновата. – Глаза наполнились неожиданными слезами. – Я не заставляла. – Она тяжело сглотнула.
Ли повернулась назад и посмотрела на темный номер отеля в сторону кухни. – Черт возьми, у меня даже не осталось стаканов, чтобы разбить. – Тон Ли колебался между злостью и паникой. – Я зависима от кофейных кружек, и ненавижу мыть керамику. Она подумала о тарелках, но решила, что счет за этот месяц и так уже не смешной. «Может быть, они не заметят вмятины на стене в гостиной. Может быть, она забудет о том, что сказала. Может быть, я ей скажу. О том, как чувствую себя рядом с ней. Р-р-р».
Удрученная, она отвернулась и прислонилась к перилам. «Что мне делать? Что я хочу делать?» Ум насмехался над ответом. Она хотела сложить вещи и сбежать в ночи, как трусливый скунс, которым была в действительности. «Запрыгнуть в красный грузовик, даже с мамой на кузове, и мчаться на восток так быстро, насколько смогут восемнадцать колес». Но от этой мысли свело живот.
Она вытащила руку из-под покрывала и протерла глаза. Холодный весенний ветер уже осушил щеки. – Или я не смогу убежать, вернусь к обычной жизни и буду принимать вещи такими, какие они есть, вместе с Арджи. У меня могли бы быть нормальные отношения. А почему их не было раньше? – Нахмурилась Ли. Не все должно быть гладко и просто. – Я могла бы по-настоящему дружить. – Она надолго замолчала, и все, что могла слышать – это стук сердца и свист ветра. Плечи обвисли, а глаза опустились вниз. – Ага, – фыркнула она, – у меня мало шансов, чтобы ничего не испортить.
– Что испортить?
Ли обернулась и увидела Арджи в двери. Тело было очерчено мягким светом луны, обернутое в тонкую простынь. Она почти дрожала.
– Что ты тут делаешь? – Спросила Ли, натянутым от эмоций голосом.
Арджи уткнула руку в бедро и ответила материнским тоном. – На самом деле, это к тебе вопрос, почему ты стоишь там на ветру? Ты хочешь поймать смерть? – Несмотря на слова, она без колебаний вышла на крыльцо, чтобы присоединиться к подруге.
– Я просто думала громко, – сказала тихо Ли, глядя на ноги. – Я провела слишком много времени одна в грузовике, не считая радио.
На лице Арджи появилось болезненное выражение.
Ли пожала плечами. – Поэтому, я разговариваю сама с собой. Не о чем беспокоиться. Я не сошла с ума. – Взволнованная, она посмотрела вверх на Арджи из-под белесых ресниц. – Ничего странного. – «По крайней мере, для меня». Глаза метнулись в сторону, Ли поспешила сменить тему разговора. – Я разбудила тебя? Я… э… Я не думала, что буду так громко бормотать.
– Ты меня не разбудила. – По большому счету это было правдой. Холодное, пустое место рядом с ней в кровати – вот что ее разбудило. За прошедшие несколько дней Арджи поняла, что ей нравится делить постель. Это затрагивало какие-то струнки в глубине души и успокаивало. Ночью ей уже было необходимо присутствие Ли. Становилось опасно. Сознание отказывалось думать об этом. Не сегодня. Пока нет.