Литмир - Электронная Библиотека

                      Так выпьем же, товарищи, за нашу великую Советскую Родину, за нашего вождя – товарища Сталина, который ведет нас к победе мировой революции, за нашу скорую победу! Ура, товарищи!

                      - Ура! Ура! Ура! – трижды негромко прокричали присутствующие и запили тост выдержанным французским коньяком…

                      Глубокой ночью Сербин вышел на мостик и, запрокинув голову, посмотрел в чужое, забрызганное незнакомыми звездами небо. Их было так много, что он поразился – никогда у себя на Родине – в донецких степях он не видел на небе столько звезд одновременно… Да и Луна на здешнем небе была какая-то ущербная – сплошь изрытая каньонами и кратерами. Он вспомнил ровный спокойный диск своей Луны, светившей всегда мягким, добрым, серебристым светом…

                      «Увижу ли я ее – свою Луну еще хоть раз в жизни»? – вдруг с тоской подумал Путник. «Доберусь ли когда-нибудь до родных мест»?

                      Защемило сердце…

                      Сербин спустился в духоту кубрика и долго плескался под краном, смывая липкую духоту испанской ночи…

Глава 24

                               В 8-00 за геррильерос прибыл автобус из корпуса. Тепло распрощавшись с моряками, разведчики отправились в путь. Один из водителей группы попросился остаться на подлодке, где у него служил родственник, и Сербин оставил его, договорившись с Северино. Другие водители – Фиделито и Моралес решили остаться в группе.

                               - Куда мы направляемся? – спросил Путник водителя автобуса, когда машина вышла за город.

                               - В Валенсию, в диверсионную школу. Там вам ждут.

                               В школе их действительно ждали… Первым, кого увидел Сербин, едва разведчики выгрузились из автобуса был… Станислав Ваупшасов – коллега по работе на секретной базе 4-го Управления РККА. Вместе с ним Сербин занимался организацией тайников в Западной Украине и Белоруссии, вместе с ним готовил разведывательно-диверсионные группы для работы в тех районах…

                                Вауашасов – стройный, как всегда подтянутый, шел навстречу Сербину, широко распахнув руки. Они обнялись, хлопая друг друга по плечам…

                                - Не ожидал увидеть тебя живым! – сказал Станислав с легким литовским акцентом. – В Управлении мы всю твою группу давно похоронили… А ты вот – жив-здоров!

                                - Это как же? – удивился Путник.

                                - А вот так же! – воскликнул Ваупшасов. – Орлов написал рапорт, что вся твоя группа погибла в бою с итальянскими парашютистами. Он настаивал на том, что кто-то из группы мог выжить, и на место боя направлялась группа для проверки. Они нашли сгоревший автобус, превращенный пулями в дуршлаг, и двенадцать сгоревших трупов в нем. И что это было, Леонид?  Для чего нужна была эта инсценировка?

                                - Здесь история довольно мрачная, Станислав! – угрюмо сказал Сербин. – Даже не знаю, стоит ли подвергать тебя риску, рассказывая о ней… Орлов написал свой рапорт, чтобы спасти нас от неминуемого расстрела. Мы выполняли задачу особой государственной важности, свидетелей которой не должно было быть, понимаешь?

                                 - Понимаю… - задумчиво промолвил Ваупшасов. – Сам проводил подобные. Но, чтобы потом убирать всех свидетелей…

                                 - Не всех, Станислав.  Только непосредственных исполнителей. Нас списали еще в Москве, при подготовке операции.

                                 - Начинаю догадываться… Ладно, давай сейчас разместим твоих людей… Кстати, как тебя сейчас величают, я знаю, Ксанти сказал, а как с ребятами?

                                 - А вот здесь и начинается главная проблема, - сказал Сербин. – Группу выбросили на парашютах, нелегально. У них не было ни легенды, ни документов прикрытия… Так что, они так и остались с русскими именами.

                                 - Это плохо, - Станислав остановился. – Это очень плохо. Документы испанцев мы им здесь сделаем без проблем, но как они вернутся с ними на Родину? Там не объяснишь, что ты испанец, предъявляя в качестве основного доказательства свое рязанско-смоленское лицо. Самая поверхностная проверка выявит обман. Со всеми вытекающими последствиями.

                                 - Но что-то же можно придумать?! Давай обратимся к Старинову, к Ксанти! Сообща что-то придумаем!

                                 - И Старинов и Ксанти – Хаджи-Умар Мамсуров отозваны в Москву. Сейчас нами командует Христофор Салнынь. Партизанское прозвище – Виктор Хугос. Я не настолько близок с ним, чтобы решать подобные вопросы.

                                 - Всё против нас…- угрюмо пробурчал Сербин. Настроение его было окончательно испорчено известием об отъезде людей, которые могли как-то повлиять на ситуацию.

                                 - Ладно, Леонид, - подтолкнул его Ваупшасов. – Пошли знакомиться с руководством школы. Пока поработаете здесь инструкторами, а дальше посмотрим. Кликни кого-то из своих, я покажу вашу палатку. Только не зови русским именем!

                                 - У нас есть двое испанцев, - сказал Сербин. – А никого из русских я и не собирался звать. Кое-что смыслю в правилах конспирации…

                                 - Ну вот, уже обиды мне свои показываешь… - шутливо сказал Ваупшасов.

                                 Леонид позвал Фиделито, и Станислав показал ему палатку, где должна была разместиться группа.

                                  Пару дней отдыха благотворно повлияли на людей Дона Паулито. Они отъелись, отоспались, привели в порядок оружие, изрядно потрепанное в боях…

                                  Ваупшасов тоже не терял время даром – за эти два дня всех разведчиков сфотографировали и каждому вручили удостоверение личности с испанскими анкетными данными. Теперь они обращались друг к другу исключительно новыми именами.

                                  Это позволило хотя бы на время скрыть их от особистов Хугоса.

                                  Две недели разведчики работали в школе инструкторами, пока с инспекцией не прибыл сам Виктор Хугос. Человек, который с 1904 года был боевиком в революционных группах, а с 1920 года находился на нелегальной разведработе, просто не мог не обратить внимание на группу инструкторов, с которыми он не был знаком… Он их видел впервые в жизни…

                                  Состоялось тяжелое объяснение Сербина с Хугосом.

                                  - Вы же прекрасно понимаете, что я не буду покрывать вас и вашу группу! – сказал Хугос. – Я вынужден доложить о вашем появлении в штаб и арестовать вас до принятия решения. Поймите меня правильно, Сербин, я с 1904 года состою в рядах ВКП(б) и не могу, не имею права нарушать партийный устав. Вы член партии?

                                  - Нет!

                                  - Вот это и плохо! Будь вы членом партии, вы бы любое, слышите, любое решение партии приняли, как должное, и с честью приняли смерть во славу мировой революции!

                                  - Я думаю, нет нужды нас арестовывать, - сказал Сербин. – Мы не прятались ни от кого, выполняя сложнейшие задания, связанные со смертельным риском, не будем прятаться и впредь. Дайте нам возможность заниматься своей работой. Отправьте на самый опасный участок. Мы умеем делать свое дело, так зачем подготовленную, опытную боевую единицу держать под арестом, если мы можем продолжать служить своему Отечеству?!

                                   - Вы уже обманули свое Отечество, скрывшись после завершения операции. Кстати, что это была за операция, после которой вас должны были расстрелять?!

20
{"b":"165347","o":1}