— Они и не должны выглядеть красиво, — отозвался Кьяри. — Только бы работали.
— Похоже, «Скальный пес» не подходит ни под одну из этих категорий. Такого уродства я еще не видела. — Николь вышла на связь с мостиком. — Майор!
«А ты как думаешь? Хоть намекни, шкипер, с чего лучше начать?»
Николь отерла пот со лба, затем подперла подбородок поудобнее, насколько позволяла кислородная маска. Одно дело — распоряжаться на учебном плацу, и совсем другое — здесь. Сердце ее отчаянно колотилось.
— Командуйте, Николь, — последовал ответ. Девушка вздохнула. Кэт не станет вмешиваться, пока Николь не сядет в лужу.
— Паоло!
— Если мы не попытаемся, то никогда не узнаем, что там произошло. Пока до него доберется кто-нибудь другой, ничего не останется. С другой стороны, я-то свою задницу не подставляю.
— А что говорит компьютер?
— Воздерживается. Если вы сумеете соприкоснуться корпусами со «Скальным псом», то магнитные захваты «Скитальца» удержат вас. Если же нет, то вы отлетите пулей. Стоит напортачить при подходе, и катер вдребезги разобьется о корпус или будет измочален стрелами кранов. Как ни крути, риск велик и превышает порог допустимого.
— Потрясссно.
— Это умная машина. Может, она пытается что-то нам поведать?
— Я возьму себя в руки и нырну в эту свистопляску, пока не сдрейфила окончательно. А решение приму, когда взгляну на ситуацию вблизи.
— Понял, Николь. Дай знать, когда вы с Кьяри будете готовы, я откачаю ангар и открою люк номер один. Будьте осторожнее.
— Естественно, сорвиголова, — откликнулась она.
Пять минут спустя катер был уже в пути. Сократив дистанцию до трех тысяч метров, он лег на курс, параллельный траектории горняцкого корабля.
— Тут только одна дорога внутрь, — комментарии Николь адресовались не только Паоло и черному ящику, но и Кьяри. — Мы уравняем скорость и подойдем, насколько осмелимся, затем покинем катер и пойдем пешком.
— А где вход?
Как только вертящийся штопором отсек управления «Скального пса» повернулся определенным образом, Николь указала на него.
— Мы немного обгоним обломки, забросим на нос пару якорей и проползем вдоль тросов к ближайшему люку. Если зацепиться правильно, то тревожиться придется только об основной компоненте. Если тросы будут короткими, нас не бросит на стрелы кранов.
— Для этого надо подойти вплотную — сказал Поль. — У тебя не остается права на ошибку.
— Все равно так легче, чем пытаться причалить к нему в этом драндулете.
— Но это не ошибка.
— А что вам подсказывает внутренний голос? — поинтересовался Кьяри.
— Мне надо время от времени упражняться. А вы против?
Кьяри переключил интерком на личный канал и сказал:
— Окажись на твоем месте Кэт, я счел бы это показухой. А с тобой стоит попытаться.
— Кьяри, у тебя к ней ни капельки снисхождения!
— Как и у тебя, но на иной манер. С каких это пор ты ее защищаешь?
— Ты бросил ей донельзя обидные обвинения. Будь они заслуженны, ее бы здесь не было.
— У них с Морганом был роман, знаешь ли, и весьма бурный, — невесело рассмеялся он. — Морган нажал на нужные кнопки, чтобы протащить ее в свою команду. Уже за один этот финт Кэнфилд оторвала бы ему голову. Но когда он получил полную отставку, а Кэт осталась, Морган отвалил. Он так и не смирился, что, уцелев, она пошла своим путем. В каком-то смысле она и сама себя не простила. Все ее поступки той поры были своеобразной епитимьей, попыткой искупления. Но как бы блестяще — даже идеально — она ни проявила себя, в собственных глазах она не слишком хороша. Когда ты одержима подобным демоном, Ши, это пагубно сказывается на здоровье.
Кьяри потянулся к интеркому, но остановился, услышав голос Николь:
— Бен! — Он удивился тому, что она назвала его по имени. С того дня, когда он вывернул ей запястье, Николь обращалась к нему только по званию, намеренно держа дистанцию. — Та миссия была первым полетом Кэт?
Он просто кивнул.
— Наверно, вы и можете ее судить, комиссар, но я не имею права. — Она возобновила связь со «Странником». — «Скиталец-один» — Базе. Выходим на финальный отрезок.
— А мы уж гадали, не передумали ли вы, «Скиталец», — небрежно отозвался Поль. — Боюсь, в пункте назначения без перемен.
«Я тоже боюсь, приятель, — внезапно подумала Николь. — Боже, как я хочу поменяться с тобой местами!»
— Медведь говорит, что медицинские показатели в норме, — продолжал Поль, — хотя твой пульс чаще и потовыделение выше, чем у комиссара.
— Вот она, неразделенная страсть, — заметила Николь.
— Николь, подтверди необходимость выхода, — попросил Поль.
— Подтверждаю. Мы подойдем на ноль шесть кэмэ, а потом перейдем на ручное. Бортовые системы «Скитальца» будут переподчинены вашему пульту, так что вытащите нас в случае чего.
— Понял.
— Ну так мы пошли, Паоло! — Николь натянула перчатки, глубоко вдохнула и надела шлем. Оттуда пахнуло, как из необжитого дома; девушку в очередной раз поразило, как громко отдается в ушах собственное дыхание.
— Комиссар! Потуже затяните ремни. Николь и сама проделала то же самое, и когда Кьяри сказал, что все в порядке, включила боковые двигатели.
Но едва они тронулись с места, как в наушниках внезапно завопила Кэт:
— Назад, «Скиталец», назад!!! Отрицательный угол, полная тяга, ну!!!
— Майор, что стряслось?! — Николь уже выполнила приказ.
Кьяри принялся подстраивать камеру «Скитальца», пока экран не заполнило изображение средней части «Скального пса». Центробежная сила изогнула грузовую стрелу назад и в сторону, резко увеличив давление на крепеж; прямо у них на глазах одно из соединений будто взорвалось, стрела согнулась еще больше, а двадцатиметровый фрагмент антенны полетел прочь от беспризорного корабля.
— Какая скорость, — отметил Кьяри. — Увернемся?
— Впритык…
Огромная тень промелькнула над фонарем, заслонив звезды, и Николь, не сдержавшись, отпрянула в сторону. Но не успела она перевести дух, как вдруг услышала в наушниках слабый отзвук сигнала тревоги на «Страннике».
— Паоло, что там?!
— Антенна, Николь, — с деланным спокойствием сообщил Поль. — Метит прямиком в нас.
Помудрив с двигателями, Николь развернула катер.
— Вы сможете уклониться?
— Не настолько, командир. Погоды это не сделает. Нет времени.
— Дьявол! — ругнулась Николь про себя и сказала: — Кьяри, следи за нашими тылами. Дай знать, если оторвется еще какое-нибудь дерьмо!
Поль не стал отключать связь; Николь отчетливо слышала каждое слово, произнесенное на мостике. Кэт приняла командование и со скоростью пулемета раздавала приказы.
— Всем надеть перчатки и шлемы! Загерметизироваться, возможно столкновение! Да Куна, снизить внутреннее давление на корабле, чтобы в случае удара уменьшить последствия разгерметизации. Закрыть все внутренние переборки. Поддерживать связь по рации скафандров.
— Майор, что вы делаете?! — завопил Поль. — Святый Боже, Николь, она запускает ядерные ракеты!
Николь заметила вспышку чуть ниже мостика: включились двигатели ракет.
— Они поджарят всех нас!
— По-моему, у нее другая задумка, — одобрил Кьяри с заднего сиденья.
— Доверьтесь мне, — тотчас сказала Кэт, обращаясь к Полю и Николь.
— Наблюдаю ракеты, — доложил Кьяри. — До контакта с целью тридцать секунд.
— Я не зарядила боеголовки, — продолжала Кэт. — Этой уловке я научилась у горняков Пояса — в экстренных ситуациях пользоваться небольшими холостыми зарядами в качестве дополнительных буксиров. Благодаря тому, что ракеты вручную управляются с моего пульта и имеют лазерную систему самонаведения, мы нежно подведем их к этой дряни, а когда дадим полную тягу, она полетит прочь.
«Это еще вопрос», — подумала Николь, и в этот момент Поль крикнул:
— Контакт!
Ракеты ослепительно вспыхнули; выхлопы пламенели сбоку от искореженных обломков. Несколько секунд казалось, что ничего не происходит.