18-я БГ под флагом вице-адмирала Конгора Вулдыра, являлась третьим эшелоном обороны адмирала Пенделя, так сказать резервом. Эта армада состояла из восемнадцати мощных эсминцев П-класса, восьми тяжелых крейсеров и четырех старых линкоров, закаленных в боях старичков-ветеранов, которые находились в строю не менее тридцати лет. Устаревшим судам отводилась роль последней преграды на пути врага, однако все понимали: если силы Анака уже не будут значительно ослаблены, эта группировка мало что успеет сделать, прежде чем ее уничтожат.
Совещание продолжалось около метацикла — обсуждались детали отлета, намеченного на часы второй ночной вахты. Еще одно важное объявление Коллингсвуд приберегла на самый конец. Ее назначили командовать соединением легких крейсеров 16-й БГ, так что «Непокорному» предстояло теперь нести командирский вымпел, а обязанности капитана на нем переходили к Бакстеру Оглторпу Колхауну.
Возвращаясь на мостик, Брим продолжал ухмыляться. Сомнений не было, карескрийцы прокладывали себе дорогу в Имперский Флот — по крайней мере в его часть…
* * *
В последние циклы вечерней вахты Брим отдыхал, сидя в кресле за своим пультом. Где-то за его спиной медленно бормотал усилитель Рейнольдса, негромко подвывали рулевые генераторы, бьющийся в недрах корабля низкий, пульсирующий звук означал, что Урсис уже прогревает ходовые генераторы перед взлетом.
На улице моросил мелкий дождь, но видимость сохранялась приличная. На мокрой палубе суетилась швартовая команда, снимая защитные крышки с оптических клюзов, открывая и захлопывая контрольные лючки. В соседнем гравибассейне чуть покачивался под ударами ветра К.И.Ф. «Наглый», светящиеся гиперэкраны его мостика напоминали сердито прищурившиеся глаза. Несмотря на не располагающую к радости обстановку, Брим улыбнулся: даже внешний вид нового крейсера вполне оправдывал его название. Где-то далеко в море сиял, подпрыгивая на волнах, зеленый огонек бакена, а в голове у Брима почему-то зазвучал древний градгроутский гимн:
О Сила Истины Вселенной!
Галактики сплетая в косы,
От века охраняя космос,
И правя в вечности нетленной,
Услышь покорные мольбы:
Опасен путь, а мы — слабы
Бриму казалось, что эти слова удивительно соответствуют обстановке. Интересно, усмехнулся он, о чем думают сейчас монахи-канониры в своих бесполезных космических фортах? Они ведь не могут не знать о том, что творится сейчас на планете. Возможно, они даже видят это…
Через три часа после начала ночной вахты 16-я боевая группировка Онрана подготовилась к выходу в космос. К 0.50 местного времени воздушные коридоры освободили от любого движения, и скоростной танкер «Нимрод» первым ушел в небо с полосы 91Е. Уже через пятьдесят циклов последнее вспомогательное судно — К.И.Ф. «Грегори Стал», — отдав швартовы, вышло в Большой Канал с грузом запасных генераторов. Следующими, пока большие суда продолжали проверку навигационных систем, начали выходить в залив и разбегаться в космос эсминцы. Крейсерам предстояло выруливать сразу за ними. Брим в последний раз проверял системы управления «Непокорного», когда за его креслом возникла дежурная из рубки связи.
— Вам послание, — тихо сказала она. Брим нахмурился.
— Почему его не вывели на мой монитор?
— Все обычные каналы связи закрыты, лейтенант, — объяснила она. — Но ЭТО послание прошло по каналам портового обслуживания, и… — дежурная негромко засмеялась, — мне показалось, лучше доставить его вам лично в руки… — В следующее мгновение на мостике ударил колокол, Колхаун дал команду всем занять боевые посты, и связистка исчезла так же бесшумно, как появилась.
Каналы обслуживания? Совершенно сбитый с толку, Брим торопливо развернул маленькую полоску пластика и расплылся в улыбке. «Удачи Тебе, и да ускорит Вселенная твой полет, любимый, — прочитал он старомодные иероглифы. — Ожидаю все твое оборудование назад в полной сохранности и боеготовности. Клавдия». Покраснев, он сунул пластик в кармашек на рукаве своего боевого скафандра, Примерно в 2.40 по местному времени Урсис дал энергию на четвертый ходовой генератор, швартовые лучи исчезли, и Брим вывел «Непокорный» в канал. За ним следовали «Наглый» и четыре скоростных крейсера П-класса: «Поразительный», «Пыхтящий», «Паскудный» и «Простой». Выйдя из канала в воды залива, корабли ненадолго задержались. В 2.58, нацелив нос на алый вектор полосы 91 Е, «Непокорный» начал разбег и вышел в космос, на полной скорости взяв курс 6145Н. Всего несколько циклов спустя он прошел синхробуй «CeBep-45J», и через несколько мгновений индикатор световой скорости показывал уже 1,1 — Гелик исчез в звездной черноте за кормой, будто его и не было…
Не прошло и часа, как шесть линкоров и пять скоростных линкоров Онрана тоже доложили о выходе в космос; а в 4.19 по местному времени восемь тяжелых линкоров под командованием самого кронпринца легли на курс 6145Н. Эти тяжелые корабли — даже названия им по традиции давались тяжеловесные — являлись главной ударной силой 16-й Б Г. «Разгром», флагман Онрана, покрывали многочисленные боевые шрамы — это судно принимало участие в дюжине смертельно опасных, но, к счастью, успешных рейдов против Кабула Анака. За ним следовали К.И.Ф. «Оглушительный», К.И.Ф. «Опасный» и только что сданный в эксплуатацию К.И.Ф. «Атеб Креду». Вторая эскадра под командованием вице-адмирала Якоба Стурди состояла из К.И.Ф. «Завоевателя», К.И.Ф. «Канодд», К.И.Ф. «Морвир» и К.И.Ф. «Громоподобный» — последний нес больше высокочастотных разлагателей и башен, чем любое другое судно. Впереди них шли четыре скоростных линкора адмирала Эрата Плутона: К.И.Ф. «Королева Элидеан», К.И.Ф. «Генриэль», К.И.Ф. «Диатом» и К.И.Ф. «Барряг» — все они являли собой почти идеальное сочетание крепкой брони, мощного вооружения и исключительно высокой скорости. Эти боевые корабли заметно уступали в размерах трем массивным линкорам типа «Ренгаз» Кабула Анака, но под должным руководством — а старого Плутона никто не мог обвинить в неумелом руководстве — такая мощная эскадра дала бы мощный отпор любому противнику.
Арьергард эскадры линкоров Онрана составляли: К.И.Ф. «Беньюэлль» под флагом адмирала Цорн-Хобера, «Грейффин IV», «Принцесса Ширрейн», «Гвир Нейввира», «Оддеон» и «Йейт Галад». Три из этих изящных, но мощных тяжелых линкоров были ветеранами еще первых боев с Анаком. Многие из их экипажей имели к облачникам давние счеты.
Брим знал, что Онран постарается уничтожить как можно больше кораблей Облачников, особенно транспортников с оккупационным корпусом — почти сотней тысяч отборных головорезов — на борту. Как сказала на совещании Коллингсвуд: «Нам надо избавиться от этого космического мусора, тем более вблизи от обитаемых планет…» В то же время Онран весьма и весьма остерегался численного превосходства противника и сопутствующей этому второй основной цели Анака: уничтожить Имперский Флот. Поэтому в обязанности его входило по возможности сберечь свои корабли. То, как принц разрешит эту дилемму, могло серьезно повлиять на его будущее — в случае проигрыша домой он мог не возвращаться.
Еще через несколько вахт Брим, сидя за своим пультом, сонно слушал сообщения по КА'ППА-связи об отходе с Гелика 17-й БГ — как раз в эти дни там полагалось проходить старинному Празднику Огней. В этом году Аталанта отложила праздник в надежде на лучшие времена, но он помнил голозаписи прошлых лет: дети с разноцветными флажками, речи, фейерверки, пышные парады. Сегодня улицы древнего города оглашал лишь грохот стартующих в порту тяжелых боевых кораблей. Брим попытался представить себе, что делает сейчас Клавдия, но тут же усмехнулся про себя. Он знал, как бы она проводила время, будь ОН в городе…
Четыре могучие звездные армады — вся мощь галактической Империи Грейффина IV и Лиги Темных Звезд Негрола Трианского — неслись навстречу друг другу и неумолимой судьбе. Только один флот мог выйти победителем из этого сражения. Непосредственной целью операции была защита — или вторжение, это с какой стороны смотреть, — мелкой планетки, крутившейся вокруг третьеразрядной звезды. Однако на самом деле на карту была поставлена судьба Авалона и ряда соседних планет. Но даже это выглядело в общем-то мелочью по сравнению с тем, что могло решиться в этом поединке — судьба всей цивилизации на долгие поколения…