Литмир - Электронная Библиотека

Я сделал ударение на слове «честные», чтобы сбавить напряжение. Перевёл мягкий взгляд на мать Смирнова.

— Даю вам слово, что сделаю всё как наставник гильдии, чтобы ваш сын не получил травму. Он находится под моей личной защитой. Как и все остальные в моей команде.

Слова прозвучали в тишине кабинета как принесённая клятва. Родители вновь неуверенно переглянулись. В глазах матери Кости мелькнуло долгожданное облегчение, женщина заметно расслабилась, убрала платок, перестала терзать ремешок своей сумочки. Смирнов-старший недовольно поморщился. Доводы у него явно иссякли, а спорить с железобетонной уверенностью наставника оказалось не так-то просто.

Отец Кости принял единственное решение, которое дало мне понять, что я не пробил его ледяную стену, не достучался до него, как бы ни хотел это сделать. Он резко вскочил со стула.

— Пойдём, Оля, всё понятно, — нервно дрожащим голоском бросил он, избегая моего взгляда. — Тут бесполезно разговаривать.

Женщина послушно поднялась. На выходе из кабинета она бросила на меня робкий, но благодарный взгляд.

Проводив гостей в коридор я закрыл за ними дверь, тяжело вздохнул.

Всё же какие тревожные у Кости родители! Смирнов-старший своим поведением напомнил мне одного человека. Моего собственного отца. Тот всегда пытался сделать так, как удобнее именно ему, совершенно игнорируя мои желания.

И комплексы Смирнова, понятно дело, берут начало из его детства. Как это и бывает. Когда все вокруг знают как лучше тебе, не прислушиваясь ни к единому слову.

Так что прочная чувствительная связь Кости и Желешки — это и хорошо и плохо. Плохо, потому что Желешка впитывает с ходу каждую эмоцию Кости. На этой почве у питомицы и появилось странное увлечение, смахивающее на клептоманию.

Но уверен, скоро Смирновы изменят своё отношение к сыну. По крайней мере я сделаю всё от меня зависящее, чтобы так оно и случилось.

Вернувшись за стол, я заметил барона Сверчанского. Сверчок развалился на столе, рядом с Искоркой и лениво перекатывал лапками карандаш, туда-сюда, провожая его фасетками.

— А я тебе так скажу, командир: родительские советы на передовой — сущее зло-с, — философски изрёк барон, поднимая на меня поблёскивающий взгляд. — Был у меня в эскадроне один зелёный корнет. Папенька с маменькой его со слезами на первую фуражировку отпустили. И что бы ты думал? Как только из щели попёрла рыжая прусацкая пехота, этот юнкер брякнулся в обморок. Притворился дохлым клопом! Я его потом к стенке припёр, дознался. И знаешь, что он мне выдал?

Сверчок сделал паузу, явно желая убедиться в том, что я слушаю.

— И что же он сказал? — улыбнулся я, замечая как Искорка забавно скривила мордочку, видать ей байки барона уже поперёк горла.

— Говорит: «А мне батя с маман строго наказали: чуть шухер — падай замертво, и враги побрезгуют!», — с горечью в голосе завершил байку Сверчанский. — Пришлось учить по старинке. Доставать полковые шомпола и всыпать этому «покойничку» по первое число, чтоб дурь из хитина выбить! Дезертировать в обморок и подставлять эскадрон — это ж позор для мундира! А если этому ещё и родичи учат, ну такое уже просто мрак запечный!

— Занятная история, — оценил я. — Всё правильно сделал.

— А то! Зато потом был как шёлковый. В следующий наскок прусаков бежал в атаку. Усы по ветру, волосы назад! — захохотал барон, отпихивая от себя карандаш

Покосился я в сторону. Заметил стакан кофе на столе и глотнул остывшего напитка, чувствуя, что вкус уже совсем не тот. Задумался, переключаясь на более насущные проблемы.

В памяти упрямо всплыла наша с Полиной недавняя поездка за препаратом. Элитный коттеджный посёлок, особняк Сысоева. Чёрный внедорожник без номеров у его дома. И лицо мордоворота, прошедшего мимо… Глубокий шрам на подбородке… И слегка искривлённый нос, намекающий на то, что его ломали не один раз.

Я отставил кружку. Теперь всё встало на свои места. Я вспомнил его. Старый знакомый из будущего, которое будет иным.

Башка. Опасный уголовник и по совместительству родной брат Вити Пороха. Семейный подряд во всей красе. Пока гениальный Порох ковырялся в краденых устройствах и сейфах Синдиката, Башка выполнял для братишки всю грязную работу. Силовой рэкет, жёсткое выбивание долгов, похищение редких турнирных питомцев под заказ. Через пять лет с хвостом этот дуэт развернётся на полную мощь, и попортит немало крови гильдиям.

А столкнулся я с ним, когда пропал один из питомцев «Боевых щитов». Пришлось договариваться, и эту хищную физиономию я запомнил на всю свою жизнь.

Что такой персонаж забыл у нелегального поставщика медикаментов и тайного заводчика? У меня был лишь один ответ. Сысоев круто перешёл дорогу Пороху. Вариантов, что произошло, была масса.

Заводчик мог банально не отдать долг. Мог отказаться пускать в оборот опасную «левую» химию. Или просто не достал в отведённое время какой-нибудь специфический препарат.

Для «Огненных львов» всё же это крайне тревожный сигнал. Сысоев наш единственный поставщик качественных лекарств. И потерять его перед непростыми этапами в Бронзе, означало поставить на кон здоровье наших питомцев. Не будет же Полина лечить энергоузлы и успокаивать Ядра примочками из травяных настоев и бинтом с зелёнкой?

Я достал из кармана смартфон, открыл наш защищённый с Серёгой чат. Пальцы привычно застучали по экрану, формируя задачу. Описал я внешность Башки, упомянул приметный шрам, прикрепил данные по внедорожнику.

«Пробей, как глубоко Сысоев залез в долги к Пороху. Что там у них за разборки?», — отправил я сообщение хакеру.

Получил утвердительный ответ, спрятал телефон. Затем бросил взгляд на дремлющую возле стакана с карандашами Искорку. Если Порох всё же решит убрать Сысоева, надо его опередить. И популярно объяснить правила хорошего тона. Ресурсы у меня имеются. Хотя как же я не люблю все эти радикальные меры, кто бы знал.

Допивая кофе, я подхватил проснувшуюся Искорку на плечо и вернулся на тренировочный плац. Солнце уже ушло за плотные кучевые облака, стало прохладней. Но страсти в нашей команде продолжали кипеть.

Ветров молча и предельно угрюмо таскал за собой тяжёлые автомобильные шины на тросе. Дэнни держал слово и не произносил ни единого слова Савельевой.

Лишь сжимал губы, когда мимо проходила Анна, и зыркал в сторону Соколовой. Лера зорким оком следила за каждым вздохом Ветрова, готовая в любую секунду зафиксировать его поражение.

Костя выкладывался с Желешкой, которая вцепилась щупальцами в шину и тащила её за собой, словно это было делом всей её жизни.

Лишь Темников расслабился. Его кроль, напрягая необъятные мышцы, без проблем волок тяжёлый груз, как всегда оказываясь впереди остальных.

Белов дунул в свисток, обозначая перерыв, и все подались к лавочке, где я и устроился.

Темников отсел от остальных. Был он задумчив и мрачен. Видимо, всё ещё никак не мог отойти от досадного поражения. Но мы уже с ним разговаривали, я ему всё объяснил. Так что это уже его заморочки. Главное, чтобы никого не задирал и не срывал тренировки.

Зато Мангуст сияла как ясно солнышко. Соколова возилась неподалёку от меня со своим оправившимся от шока Бубликом. И я понимал отчего она озадачена. После перехода на четвёртый уровень у шестилапого варана появилось четыре свободных очка талантов, и Лера не понимала, как их распределить.

Так что она подсел ко мне, Бублик грузно опустился рядом, чуть ли не на мои ноги, поднимая клуб пыли.

— Тренер, у меня что-то не выходит, — обратилась ко мне Лера, почесывая шею варану, который аж зажмурился от удовольствия.

— Всё ты знаешь, Соколова, — приободрил я девушку. — Свяжись с питомцем. Мысленно раскидай статы так, как мы обсуждали на наших тактических занятиях. Вспоминай.

Лера наморщила лоб, прикрыла глаза и принялась рассуждать вслух:

— Так… я помню, что вы говорили, тренер… Вкидываем в Энергию два таланта. Запас прочности на пятый уровень.

— Не только для этого, — поправил я её. — Ещё для более точного регулирования концентрации кислоты и её количества. Скоро сможешь тренироваться с ним в этом плане. Но только учти. Кислота шестилапых варанов может достигать такой концентрации, что даже бетон прожигает. Это надо делать на специально оборудованной площадке.

4
{"b":"982953","o":1}