— Ты уберёшься из жизни Ренора навсегда! И мне плевать, что ты его истинная. Это никогда не имело значения для него! — неожиданно, развеяв напускное спокойствие, огрызается блондинка, — Он мой!
Волна ярости поднимается в моей душе, словно лава из жерла пробудившегося вулкана.
— И не подумаю! Мы ещё посмотрим, кто куда уберётся! — грубо отрезаю в ответ, сжимая кулаки и делая вызывающий шаг в сторону Адель.
Моё лицо начинает гореть. Сердце колотится в горле. Челюсти сжимаются до хруста зубов. Ощущение, что она так нагло посмела претендовать на моего Дракона, отзывается во мне вспышкой неконтролируемого гнева.
Глаза блондинки в ответ полыхнули какой-то особенной злобой. Кажется, она и правда долгое время копила в себе ярость.
— Если ты не послушаешься, он умрёт. Отправится в посмертье кормить своей душой демонов, — мёрзлым тоном, вернув невозмутимое выражение лица, наотмашь хлещет словами Адель.
Остро и болезненно. Словно резкий удар в солнечное сплетение.
— Что? — шёпотом, будто не веря услышанному, переспрашиваю я, — Ты не посмеешь…
— Уже посмела, — голос блондинки звучит как удары молота, — Ты разве не заметила, что наш ректор уязвим? — она достаёт из кармана футляр, из которого высыпает на ладонь серый порошок, — Я уничтожу его, а затем и йаверлит одним движением руки! А без сердца академии и ректора, адепты останутся на этой земле, словно слепые котята. Я вытяну их магическую энергию, а остатки брошу на растерзание людишкам.
Мысль о том, что Адель может навредить Ренору, ледяным кинжалом пронзает моё сердце, рассекая его на множество мелких осколков. Я замираю, переставая дышать. Все возможные сценарии развития событий прямо сейчас проигрываются в моей голове и заканчиваются фатально.
— За тобой придёт армия императора… — отзываюсь я дрожащим голосом, не в силах скрыть поднимающуюся панику.
— А что мне армия… — оскаливается девушка, сдувая часть порошка с ладони в мою сторону.
Я машинально отшатываюсь назад.
— Но если ты будешь разумной адепткой и просто откажешь Стальному Дракону в замужестве и в истинности, уйдёшь в тень и не станешь мешать нашему счастью, ничего этого не произойдёт, — Адель самодовольно поднимает одну бровь и высыпает остатки порошка обратно в футляр, — Ректор и адепты никогда больше не почувствуют на себе действие этого порошка. Мы унесём с собой эту тайну… в могилу.
Словно в дрянном сне я заворожённо продолжаю стоять перед ней и слушать весь этот бред. Чувствую, как вся покрываюсь холодным липким потом. И нет выхода.
— Но… — перевожу сбившееся дыхание, мой голос сипит, — Как можно отказаться от истинности?
— Императорским указом и замораживающим связь артефактом. Если у Дракона есть другие кандидатки, — Адель широко победоносно улыбается, — Ему будет дозволено жениться на другой в случае добровольного отказа истинной от свадьбы. Верховный Дракон обязан быть женат по закону. В этом император Максимилиан непреклонен. Он, кстати, скоро прибудет в Академию… Ты меня поняла, девочка? — заканчивает добивать меня расчётливая дрянь.
Затем поднимается из кресла и направляется к выходу.
— Чтобы к вечеру тебя в этой комнате не было, если хочешь видеть Ренора живым, — омерзительным тоном бросает она, выходя за дверь.
Я сползаю по стене вниз, как подкошенная. Во мне будто что-то сломалось. Разорвать связь со Стальным Драконом сродни разрушению самой важной части моей души. Но мысль о его возможной смерти звучит бесконечно чудовищнее и невыносимее.
Решение принято. Моя новая жизнь завершилась, так и не успев толком начаться…
Ренор
За время полёта, как мне казалось, я окончательно сложил в голове между собой все пазлы произошедших событий. Почти все. И по возвращении мне надо было проверить некоторые свои догадки. Осуществив задуманное незамедлительно, я также отправил императору приглашение прибыть в Академию.
Сразу же за помолвкой я планирую провести церемонию бракосочетания в максимально короткие сроки. Уверен, что моя девочка не откажет мне в столь быстром развитии событий, хотя до конца и не исключаю такую возможность. Я не хочу давить на неё, чтобы не создавать ощущение принуждения, но и затягивать нельзя…
От мысли, что Эрлиона будет моей женой, чувствую необыкновенный прилив энергии. Сердце бьётся чаще обычного. В уме непроизвольно всплывают картины проведённой вместе ночи на берегу океана, её бархатная кожа, потрясающий медово-сливочный аромат тела, его изгибы, её невероятно глубокие серые глаза, сияющие безграничной любовью… Я будто снова окунулся в важнейшее и счастливейшее событие в своей жизни.
Ноги сами скорее несут меня в ректорское крыло, внутренний Зверь тянется к Эрлионе, издавая в голове нетерпеливый рёв и распаляя драконье пламя в моей груди.
Я почти у цели во всех смыслах. И готов прямо сейчас вновь озвучить своё предложение моей девочке.
* * *
Эрлиона
Всё недолгое время после ухода Адель я, глотая слёзы, собирала вещи, судорожно обдумывая возможные варианты, чтобы изменить будущее. Говорить Ренору про Адель никак нельзя. Учитывая его пылкий нрав, он попытается немедленно её разоблачить, а это чревато необратимой бедой. Я не готова подвергать его жизнь опасности. Да и остальные адепты ни в чём не виноваты. Не исключено, что мерзавка уже начинила каждый уголок в зданиях академии своим порошком со взрывчаткой и шантажирует не зря…
Расчётливой твари удалось сделать всё практически идеально, но не вышло убить меня. Теперь я была полностью уверена, что взрыв в таверне был организован ради этого. Неужели всё из ревности и она действительно любит Ренора?
А ещё я не знаю, каков уровень отношений Адель с императором. Судя по всему, достаточно высокий, раз именно он назначил её в невесты ректору лучшей магической академии в империи. Если она добивается безграничной власти, то легко поступится чем угодно: подставит, убьёт, оклеветает…
По тяжёлым шагам и открывшейся двери я уже знала, что пришёл мой Дракон. Я понимала, что сейчас своими действиями причиню ему боль. Но этот разрыв необходим, во имя жизни. Я не прощу себя, если с Ренором что-то случится.
— Эрлиона, милая, что ты делаешь? — Дракон чувственно обнял меня сзади, горячо выдыхая дым мне в шею.
Я ощутила его возбуждение каждой клеточкой своего тела.
— Рен… подожди, — я нехотя высвободилась из его объятий и повернулась к нему лицом, пряча глаза, — Нам надо поговорить… — мой голос с трудом резал тишину.
— Я хотел сказать тебе то же самое, — Рен взял меня за подбородок, заставляя поднять взгляд, — Вернёмся к нашему утреннему разговору.
Я убрала его руку от моего лица и отшатнулась.
— Я не могу стать твоей женой. Прости. Я не желаю такой судьбы. Это была ошибка… Ты должен жениться на Адель, как и собирался, — заговорила я на одном дыхании, напустив в свой голос столько льда, сколько могла собрать в душе.
Глаза Стального Дракона полыхнули недобрым огнём. Комната постепенно заполнялась густым дымом, который Ренор выдыхал с каждым движением мощной груди. Он молчал в ответ.
О, пресвятая бездна! Как бы я хотела, чтобы он начал орать, расшвырял мебель, сжёг эту комнату дотла вместе со мной! Но он не шелохнулся. И только по оседающему на полу пеплу, яростно ходящим желвакам и раздувающимся ноздрям, я понимала, что Ренор в неистовстве.
Я оглядела его лицо сквозь наполнявшие мои глаза предательские слёзы. Я видела, как надулись вены на его шее и висках. Казалось, вот-вот из его груди вырвется драконий огонь. Но ничего не происходило. На красивом мужественном лице Дракона в один миг отразилась лишь гримаса боли, после чего оно стало непроницаемо ледяным. Дыхание успокоилось. Взгляд Ренора был неприступным и безжизненным, таким влёгкую можно выморозить душу.
— От таких предложений не отказываются, адептка Эрлиона. Но принуждать я никого не собираюсь. Ты свободна. Что же касается метки истинности, её уберёт декан Том. Надеюсь, ты сохранишь в тайне, что она была ложная. Окружающим объявят, что мы добровольно применили артефакт, замораживающий связь. Ты сможешь продолжить обучение в академии на общих условиях.